Современная зарубежная фантастика-4 - Тэмсин Мьюир

Может, он как раз поэтому и хочет сохранить все в тайне? Известно, что Али питал к шафитам теплые чувства. Впрочем, не то чтобы она жаловалась. Всего несколько часов назад она тряслась от страха, как бы Гасан не покарал ее за случайное убийство шейха. А теперь в ее спальне отлеживался его младший – и, если верить дошедшим до нее слухам, любимый – сын, и его жизнь была всецело в ее руках.

Подхватив инструменты и отвар, Нари сунула под мышку медный кувшин с водой и побежала обратно в свои покои. Она открыла дверь и обнаружила Али в том же самом положении, как когда она уходила. Джамшид вышагивал вокруг кровати и, вероятно, жалел о стечении обстоятельств, которые привели его сюда.

Когда она вошла, он поднял голову и подскочил к ней, чтобы забрать из рук поднос с инструментами. Она кивнула на столик у камина.

Джамшид поставил поднос.

– Я позову его брата, – прошептал он на дивастийском.

Нари взглянула на Али. Принц был весь в крови. В состоянии шока он шарил дрожащими руками по перепачканным простыням.

– Уверен, что это хорошая идея?

– Уж лучше так, чем двоих Дэвов поймают с поличным, пока они заметают следы покушения на жизнь принца.

Логично.

– Только быстро.

Джамшид ушел, и Нари вернулась к постели Али.

– Али? Али, – повторила она, не получив ответа. Он вздрогнул, и она потянулась к нему. – Пойдем к огню. Мне нужен хороший свет.

Он кивнул, но не пошевелился.

– Пойдем, – попросила она мягко, поднимая его на ноги.

Он протяжно зашипел от боли и обхватил рукой живот.

Она усадила его на диван и дала в руки горячую чашку.

– Пей.

Нари подтащила столик и разложила на нем нить и иголки, потом пошла в хаммам, откуда вернулась со стопкой полотенец. К этому моменту Али отставил отвар в сторону и глотал воду прямо из кувшина. С гулким стуком он поставил опустевший кувшин на стол.

Нари изогнула бровь.

– Пить захотелось?

Он кивнул.

– Извини. Увидел кувшин и… – у него был слегка обалдевший вид, и Нари не понимала, от опиума это или от травмы. – Я не мог остановиться.

– У тебя в организме, наверное, не осталось ни капли жидкости, – ответила она.

Сев на диван, она вдела нитку в иголку. Али до сих пор держался за бок.

– Убери руку, – попросила она и сама потянулась к нему, когда он не послушался. – Мне нужно… – она осеклась. Кровь на правой руке Али была не черной.

Она была темного алого цвета – кровь шафита. И ее было много.

У нее перехватило дыхание.

– Я так понимаю, нападающему не удалось уйти.

Али уставился на собственную руку.

– Нет, – тихо проговорил он. – Не удалось. – Он поднял голову. – Я приказал Джамшиду сбросить его в озеро… – Его голос доносился издалека, как будто он удивлялся какому-то диковинному факту, не имеющему отношения к нему лично, но его взгляд был мутным от мучений. – Я… я даже не уверен, что он был мертв.

Пальцы Нари задрожали на иголке. «В Дэвабаде, если Кахтани отдает приказ, ты его исполняешь».

– Допей отвар, Али. Ты сразу почувствуешь себя лучше, и все пройдет намного легче.

Он даже не отреагировал, когда она начала зашивать его. Она внимательно следила за точностью каждого своего движения – она не могла позволить себе ошибиться.

Несколько минут она работала молча, дожидаясь, пока опиум возымеет полный эффект, и наконец спросила:

– Почему?

Али отставил чашку – точнее, он попытался, но чашка выпала у него из рук.

– Что почему?

– Почему ты скрываешь, что тебя хотели убить?

Он замотал головой.

– Я не могу тебе сказать.

– Брось. Не жди, что я вылечу твои раны, так и не узнав, что случилось. Я же умру от любопытства. Мне придется сочинить какую-нибудь похабную историю.

Нари старалась говорить шутливым тоном и время от времени отрывалась от работы, чтобы понаблюдать за его реакцией. Он был совершенно обессилен.

– Умоляю, скажи, что это из-за женщины. Я всю жизнь буду припоминать тебе…

– Это не из-за женщины.

– Тогда из-за чего?

Али сглотнул.

– Джамшид отправился за Мунтадиром?

Нари кивнула, и его пробила дрожь.

– Он меня убьет. Он… – он вдруг прижал руку к голове, как будто борясь с головокружением. – Извини… у тебя есть еще вода? – попросил он. – Я… ужасно странно себя чувствую.

Нари подлила в кувшин воды из узкой бочки на стене. Она хотела налить воды в чашку, но он замотал головой.

– Весь кувшин.

Он забрал у нее сосуд и залпом осушил его точно так же, как и первый. Он вздохнул от удовольствия. Нари искоса посмотрела на него и продолжила накладывать швы.

– Осторожно, – сказала она. – Никогда не видела, чтобы кто-то так быстро выпивал столько воды.

Он не ответил, но подернутым все более заметной поволокой взглядом обвел ее спальню.

– Лазарет намного меньше, чем мне казалось, – произнес он сконфуженно, и Нари украдкой улыбнулась. – Как тут помещаются пациенты?

– Слышала, твой отец хочет, чтобы я брала на лечение больше больных.

Али безразлично махнул рукой.

– Он просто хочет стрясти с них деньги. Хотя нам они не нужны. У нас их и так много. Просто завались. Казна однажды просто лопнет по швам. – Он снова махнул рукой и уставился на нее. – Я не чувствую своих пальцев. – Сообщил он со странным равнодушием к такому открытию.

– Они на месте.

Король зарабатывает деньги на моих пациентах? Это не должно было удивлять ее, но она все равно почувствовала, как закипает в ней злость. Вот тебе и трещащая по швам казна.

Она не успела продолжить расспросы, потому что обратила внимание на влажную струю под пальцами. Она встревоженно посмотрела вниз, ожидая увидеть кровь, но жидкость была прозрачной, и, потерев ее между пальцами, Нари поняла, что это такое.

Вода. Она вытекала через щели в незатянувшихся ранах Али, вымывая кровь и просачиваясь в швы, разглаживая кожу на своем пути. Исцеляя его.

Ради всего святого, что за… Нари бросила озадаченный взгляд на кувшин, гадая, не было ли в воде какого-то секретного ингредиента.

Странно. Но она продолжала трудиться, прислушиваясь к все более бессвязным бормотаниям Али и периодически успокаивая его заверениями, что это нормально, что комната кажется синей, а в воздухе пахнет уксусом. Опиум благотворно сказался на его настроении, и с каждым новым швом наблюдая его улучшение, она, вопреки логике, начала расслабляться.

Ах, если бы я могла добиться таких же успехов с волшебными недугами! Она вспомнила испуганные глаза старика, уставившиеся на нее, когда он