Фантастика 2026-96 - Макс Вальтер

что читают, и всё. Сейчас я вас оставлю. У меня есть другие дела, и необходимо уладить вопросы с вашим оформлением и отправкой на экзамен. Пока посидите здесь, а если что-то нужно, скажите моему слуге, он в соседней комнате, зовут его Карен.

Через несколько минут после ухода архимага я попробовала встать. При этом голова еще слегка кружилась то ли от пережитой истерики, то ли в качестве последствий перемещения. Осторожно, небольшими шагами передвигаясь по комнате, подошла к книжной полке. Все книги, которые я здесь увидела, были рукописные, однако буквы не выглядели особо сложными в написании и не имели каких-либо дополнительных завитушек и закорючек, что могло бы указывать на многовариантность прочтения одного и того же знака. Хотя и об обратном это тоже не свидетельствовало, в том же английском или немецком языке с подобной задачей успешно справлялись различные сочетания букв.

— А вот, кстати, о способности понимать местный язык… Если я прочитаю слово про себя, то, наверное, заклинание не сработает, поскольку понятие не будет сформировано, а если произнесу его вслух, то пойму так же, как понимаю, что мне говорят другие. Или язык для освоения чтения все же придется учить? Как бы это проверить?

Потихоньку дошла вдоль стены до двери и выглянула в соседнюю комнату. За большим письменным столом сидел молодой парень в штанах и тунике, подпоясанной кожаным ремнем. До моего появления он что-то старательно переписывал на белый лист гербовой бумаги с желтоватого листа, испещренного мелкими записями с множеством зачеркиваний. Для письма использовалась деревянная палочка, внешне напоминающая не то карандаш, не то черенок от детской рисовальной кисточки. На верхней части этого письменного прибора располагался небольшой голубоватый кристалл, размером чуть больше ластика, который у нас крепят с обратной стороны карандаша. Из-под заостренного конца палочки выходили ровные строчки темно-синего цвета. Оторвавшись от своего занятия, парень посмотрел на меня и приветливо улыбнулся.

— Хотите, я принесу вам поесть? — первым заговорил он.

При мысли о еде накатила сильная тошнота, и я инстинктивно зажала рот рукой. Видимо, жест был очень информативным, и вопрос о еде отпал.

— Если вам нехорошо, могу принести прохладной воды, это обычно помогает, — предложил Карен.

Я утвердительно кивнула, все еще опасаясь говорить из-за приступа дурноты, и попыталась изобразить на лице благодарность.

— Присаживайтесь, — указал он мне на свободный стул у стола и вышел через еще одну дверь.

Я последовала этому крайне разумному в моем состоянии совету и начала разглядывать комнату. Она была небольшой — что-то вроде приемной, где сидит секретарь. Да так, наверное, и было. Вдоль одной из стен стояли два шкафа с полками, между ними располагалась красивая витая деревянная вешалка, на которой сейчас ничего не было. В одном из шкафов стояли книги, в другом лежало что-то похожее на папки с документами — на завязках, но не из картона, как у нас, а из плотной и жесткой на вид ткани. Стол, два стула и полупрозрачные занавески на единственном окне — вот и все убранство комнаты.

Вернувшийся Карен протянул мне белую керамическую кружку с водой.

— Извините, а вы не могли бы написать для меня алфавит в столбик на каком-нибудь ненужном листе? — попросила я. — И, если можно, под ним несколько простых и часто употребляемых слов.

Парень посмотрел на меня удивленно, но вынул из стола чистый лист простой желтоватой бумаги и просьбу выполнил.

— Скажите, а я смогу пользоваться таким письменным прибором, как у вас, или это требует каких-то специальных умений?

— Стилус? Ими все пишут, — Карен протянул мне местный аналог авторучки.

Взяв его и пододвинув к себе лист с алфавитом, я попросила:

— А теперь, пожалуйста, по очереди назовите мне ваши буквы.

Парень удивился еще больше, но ничего не спросил и стал перечислять. Я быстро записывала транскрипцию напротив каждого знака. Увидев, что я делаю, Карен стал произносить буквы немного медленнее. Некоторые символы их алфавита звучали как слоги моего родного языка.

После того как к каждой букве чужого языка была приписана своя транскрипция, пришло время для основного эксперимента. Первое из предложенных Кареном слов состояло из трех букв. Я довольно легко нашла их в списке и ниже аккуратно вывела: «а-ри-л». Проговорила про себя слово целиком и поняла, что оно для меня ничего не значит. Теперь — самое главное. Глубоко вдохнув, я выпалила вслух такое непонятное «арил», стараясь не представлять размер своих проблем по изучению чужого языка в случае, если результат будет отрицательным. И чуть не задохнулась от радости и нахлынувшего облегчения — свой голос, произносящий чужое слово, я слышала как бы на заднем фоне, а в голове отчетливо прозвучало привычное «мама». Эмоции переполняли меня, хотелось прыгать от радости и кричать, но я заставила себя проделать все то же самое с оставшимися двумя словами и получила «дом» и «небо».

Карен смотрел на меня, грустно улыбаясь.

— Здорово вы придумали с такой записью, даже жалко, что не понимаете слов, которые произносите.

И вот как доказать ему, что я понимаю значение слов, которые читаю? Ведь если я произнесу слова на своем языке, он услышит их на местном и решит, что я просто повторила транскрипцию. На поиск решения потребовалась примерно минута.

— Мама — это женщина, которой мы обязаны своим появлением на свет, дом — здание, в котором живут люди, а небо мы видим у себя над головой, когда находимся на улице.

Несмотря на некоторую сумбурность данных мной определений, Карен вскочил, опрокинув стул, и уставился на меня округлившимися от изумления глазами.

— Невероятно! Нужно срочно рассказать об этом господину архимагу!

Он метнулся к выходу, видимо намереваясь действительно бежать со всех ног, чтобы отвлечь занятого человека от важных дел свежей новостью. Я собиралась окликнуть его, чтобы попытаться остановить, но в этот момент открылась дверь, и парень, не сумев вовремя затормозить, врезался во что-то невидимое перед архимагом Лисандром.

— Карен, что случилось? Куда ты так спешишь?

— Господин архимаг, — захлебываясь эмоциями, выпалил Карен, — она читает! Она понимает, что читает!

Хватило одного строгого взгляда, чтобы парень сник и отступил в сторону.

— И что же вам удалось прочитать, что так сильно впечатлило моего помощника?

Я молча развернула и пододвинула к нему исписанный лист. Лисандр разглядывал его несколько секунд, после чего поинтересовался:

— Что означают символы рядом с алфавитом и под словами?

— Это звучание ваших букв, записанное на