Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

фуражирах из Тимпатру… Якобы их видели в местах, где люди убивают друг друга… Мы оба понимаем, что Тени стараются привлечь других на свою сторону. Если они в какой-то момент окажутся в Беру, здесь будет небезопасно!

– Мы не поедем в Троссард-Холл, – вдруг серьезным голосом заявил Даниел. – Я не собираюсь возвращаться в школу, зная, что ты находишься в исправительной колонии. Покуда не вытащу тебя, не успокоюсь. Да и Диана. Я уверен, что она не захочет возвращаться в школу…

По лицу заключенного пробежала тень сильного огорчения.

– Дан, я буду очень переживать за вас… Тех фуражиров видели как раз таки вблизи степного города… Если насчет Беру у меня еще есть какие-то сомнения, то в Полидексе, я думаю, теперь совсем опасно!

Послушный сын академиков, маменькин сынок и человек, не далее как год назад боявшийся всего на свете, с некоторым вызовом и бесстрашием во взгляде покосился на приятеля:

– Столь нехарактерный для тебя пессимизм. Такое чувство, что ты превратился в меня, честное слово. Может, ты тоже Тень, Артур? – невесело пошутил он.

– Но послушай, может, вам все-таки…

Даниел с заметным сожалением покачал головой.

– Прости, мой друг. Мы оба слишком любим тебя, чтобы оставить на растерзание гиенам. Слушай, что я думаю сделать. Я обещаю, что сперва разберусь с Тином. Мы попробуем также разузнать что-нибудь про коронера и адвоката, а затем сразу же отправимся в Ту-что-примыкает-к-лесу, возьмем Алана и полетим на единорогах в Полидексу. Поэтому, если вздумаешь бежать раньше времени, имей это в виду.

– Но… Я думал… Вдруг у меня получится сбежать раньше? Еще до Полидексы?

– Не торопись, – загадочно ответил Даниел. – Во-первых, за тобой будут следить. Если предпримешь хоть одну попытку и попадешься, второго шанса уже не будет, они удвоят охрану. Во-вторых, было бы неплохо разобраться, кому выгодно отправлять тебя в Полидексу помимо Дорона. Неужели коронеру? Но с какой стати? Зачем он притворялся, что не разговаривал с тобой до суда? Все это более чем странно. Но главное, не совершай поспешных действий. Ты знаешь, что беглых могут запросто пристрелить, как кролика? Так что отправляйся в Полидексу, а мы уже постараемся вытащить тебя на свободу. Алан тот еще пройдоха; уверен, он придумает что-то путное. Кстати, насчет фуражиров из Тимпатру… Как думаешь, зачем они начали покидать муравейник?

Артур пожал плечами.

– Что нужно Теням? Новые жертвы…

– Я жутко боюсь этого всего, Артур. Я боюсь, что они могут неожиданно напасть!

– Тени не нападут. Им важнее привлечь на свою сторону, а не убить. Правда, легче всего им это сделать, если люди сами будут убивать друг друга…

– Думаешь, будет война? – упавшим голосом пробормотал Даниел.

– Не знаю, не знаю. Если и будет война, то, скорее всего, между основными крупными городами. Беру – первый претендент на арену для боевых действий. Поэтому я еще хочу, чтобы вы поскорее убрались отсюда. Дан… Прошу тебя, присмотри за Рикки. Мне нечем будет его кормить; он же сможет сослужить вам хорошую службу.

С этими словами Артур скосил взгляд на свою белую рубашку, на которой уже виднелись грязные следы от картошки. Из кармашка на груди тут же выглянула знакомая мордочка, словно рептилия заранее поняла, что говорят о ней.

– Рикки… Присмотри за Даном и Дианой до моего возвращения, – тихо попросил Артур. Ящерица недоуменно посмотрела на своего обожаемого хозяина. Желтые глаза с вертикальными зрачками непонимающе мигнули. Могло ли животное разуметь, что Артур не предает его, не бросает, не отказывается… А просто не имеет возможности больше за ним следить? Жаль, что человеку не дано видеть мысли зверей. Ящерица медленно подползла к его щеке и прижалась головой на какую-то долю секунды. Затем она послушно перебралась на рукав Даниела. Глядя за траекторией ее движения, руководитель почувствовал, как мрак и одиночество застилают ему душу – всегда невыносимо прощаться с друзьями, особенно когда нет твердой уверенности в ближайшей встрече. А потом Артур поднял голову, расправил плечи и с вызовом посмотрел вокруг себя: людей стало меньше, зрители принялись расходиться. Жандармы пришли за арестантами, чтобы сопроводить их к тюремным повозкам, запряженным единорогами.

– Позаботься о Диане, – еще раз на прощание прошептал юноша другу. Его лишили возможности попрощаться с любимой, однако с какой-то стороны он был даже рад подобному развитию событий. Видеть перед собой прекрасное лицо девушки было бы для него сейчас невыносимым испытанием.

Полицаи по очереди вывели сопротивлявшихся Бабочника и Жабу, которые напоследок успели кинуть по паре картошин вслед уходившим беруанцам. Артур, не дожидаясь особого приглашения жандармов, последовал за ними, высоко подняв голову. Пусть сегодня он проигрался в пух и прах, как случится, наверное, еще не раз в жизни, но ведь битва не закончена, а значит, борьба продолжается!

Виолетта Орлова

Естествознатель. Книга 4. Зловещие топи

Глава 1. Будь тверд и мужествен

Если бы у Оделян однажды спросили, какое место на свете она считает самым печальным, та не задумываясь назвала бы Зловещие топи – куцый островок земли посреди унылых вязких болот, где холодная почва в любое время суток источала зловония ядовитых грибов и гнилых водорослей, гадюки извивались между вечно мокрыми низкорослыми кустарниками и мшистыми кочками; где будто рослый бык голосила выпь, а постоянный туман безжалостно истреблял в сердцах людей любые проблески надежды. Этот суровый край черных, словно наполненных чернилами болот, без сомнения, считался погибельным для человека небывалого, но Оделян уже свыклась с его природными особенностями и находила даже некоторую прелесть, наблюдая, например, за неподвижной, как пучок камышей, стройной выпью, терпеливо подкарауливающей добычу. Храбрая девушка наизусть знала здесь все секретные тропки и плотины, могла с закрытыми глазами отыскать дорогу в тягучей трясине; ее крепкую долговязую фигурку, напоминающую неуклюжего длинноногого олененка, частенько можно было увидеть в самых непроходимых и опасных для жизни местах, ибо Оделян, сродни болотному духу, обитала повсюду, куда только не проникал взор. В руке бесстрашной жительницы трясин находилась длинная палка – поистине незаменимый атрибут безопасного перемещения по болотам. В Зловещих топях Оделян негласно считалась полноправной властительницей – девушку слушались все без исключения: заключенные (ибо жутко ее боялись), тюремные надзиратели (уважавшие ее за смелый и решительный нрав) и даже директор исправительной колонии, так как сам, будучи часто в отъездах, полагался на ее непререкаемый авторитет.

Мрачный край гибельных болот официально именовался Доргейм-штрасс, и находился он в нескольких часах полета на единороге от Полидексы. В Беру о Доргейм-штрассе распространялись лишь положительные слухи, а в