Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

– Ну, тогда подставляйте спину.

– Что? – опешила я.

– Пороть вас буду, – мрачно изрек куратор с таким серьезным выражением лица, что мне и в голову не пришло усомниться или ослушаться.

Вот так, да? В Академии разрешены физические наказания? Шмыгая носом, я принялась выползать из кровати, думая только о том, что спину все-таки защищает ткань рубашки, а значит, будет не так больно.

В лице мастера Вайса что-то дрогнуло. Будто он хотел улыбнуться, а потом сообразил, что я поверила, и испугался следом за мной.

– Элиза! – воскликнул он. – Глупая девчонка. Никто не собирался вас наказывать. Я… пошутил…

Пошутил? Вы умеете шутить, мастер Вайс? С таким выражением лица на эшафот отправляют, а вовсе не пытаются насмешить. Он, видно, и сам это понял.

– Вот, посмотрите, это всего лишь мазь. – Он подошел ближе и показал предмет, который оказался жестяной коробочкой, в которой обычно хранят мази. – От простуды. Отлично помогает. Моя бабушка…

Он замолчал, но я и так уже поняла, что он собирался сказать: «Моя бабушка дала мне ее». И только сейчас поняла, что у мастера Вайса есть бабушка, которая любит его и беспокоится о нем. А потом я вспомнила историю маленького мальчика, который провел ночь в лесу рядом с телами родителей, и захлюпала носом. Все смешалось – мой испуг, обида, простуда и жалость, мне стало ужасно жаль того малыша…

Я подобрала колени к груди, сжалась в комочек и украдкой вытирала слезы, которые, как назло, никак не хотели уняться. Мастер Вайс застыл рядом темной тенью. Растерянной тенью, надо сказать. Наверняка он не знал, что делать с женскими слезами.

– Элиза, я не могу вас обнять, чтобы утешить, – сказал он тихо. – Простите мою неуместную шутку… Мне очень жаль.

Он извинялся передо мной? После всего, что я натворила? Поставила всех на уши, и не в первый раз причем… Нет, мастер Вайс, вы ни в чем не виноваты…

– Давайте свою мазь, – сипло произнесла я. – Завтра буду как огурчик.

Куратор кивнул, осторожно вложил в мои руки жестяную баночку и ушел, оставив меня одну.

Но когда я проснулась утром, то первым, что я увидела, был его профиль на фоне светлеющего окна. Он провел у моей постели всю ночь…

Глава 6

К счастью, я скоро оправилась от простуды и нервного потрясения той ночи. Я ожидала, что уже утром следующего дня получу новую печать куратора, означающую, что я еще долгие три недели проведу под домашним арестом, но мастер Вайс лишь покачал головой.

– Мне кажется, это бесполезно, – туманно выразился он.

Я даже не знала, радоваться этому или огорчаться. Ведь это не означает, что мой строгий куратор поставил крест на своей незадачливой подопечной? Однако следующая фраза все объяснила.

– Лучше я так загружу вас учебой, что у вас не останется времени совершать глупости.

И действительно, мастер Вайс обошел вместе со мной всех преподавателей, узнав у каждого, нужны ли мне дополнительные задания. Как выяснилось, нареканий я не вызвала только у магистра Ортис – преподавательницы теории ведения боя, и то лишь потому, что она любила тишину, а я на ее лекциях сидела тише воды ниже травы.

Суровее всех высказался магистр Сверр.

– Я не допущу студентку Илмари к Турниру – об этом и речи быть не может. Боюсь, я даже не смогу поставить ей удовлетворительную оценку за экзамен: она очень слабо владеет мечом.

Но, услышав, что со мной станет заниматься сам куратор, строгий преподаватель сменил гнев на милость.

– Ты был одним из лучших моих учеников, Аларис…

Черты лица магистра Сверра смягчились в улыбке, но тут же он спохватился, вспомнив, что речь идет о кураторе.

– Кх-кх, мастер Вайс… – добавил он, прокашлявшись. – Вам повезло, мисс Илмари.

Уже к обеду я обзавелась длинным списком отработок и расписанием тренировок с мастером Вайсом. Я была готова к тому, что выйти на полигон придется уже утром следующего дня, но, изучив расписание, увидела, что куратор дал мне три свободных дня на то, чтобы прийти в себя.

– Не вздыхайте, Элиза, – сказал он, обгоняя меня по дороге к корпусу. – Вы привыкнете. И даже постепенно научитесь находить время на общение с друзьями. Сегодняшний вечер у вас, например, свободен.

Он произнес это совершенно спокойным, безразличным тоном, но я вся вспыхнула, глядя ему вслед. Значит ли это, что он снимает свой запрет на общение с Виком? Как понять?

Мастер Вайс оглянулся через плечо и улыбнулся уголком рта. Да! Это означало «да»!

Наверное, он понял, что в неприятности я отлично умею влипать и без посторонней помощи – Вик здесь ни при чем.

* * *

Я ждала Вика у корпуса огневиков. У второкурсников занятия заканчивались позже, я успела прочитать скучный длинный параграф по истории магии, пока дожидалась его. Даже увлеклась, разглядывая карту битвы при Нарре, потому вздрогнула, услышав над ухом недоверчивое:

– Большеглазка? Ты что здесь?

– Тебя жду.

Судя по ошалевшему виду Викара, он явно не ожидал меня здесь увидеть, но не скрывал радости.

– Ледяная скульптура оттаяла и выпустила тебя на свободу?

Мне отчего-то стало неприятно слышать такое о мастере Вайсе, хотя раньше я, пожалуй, согласилась бы с Виком. Но теперь я знала, что он вовсе не бесчувственная ледышка. Он строгий, да. Но таким и должен быть наставник. Потому я ничего не ответила, а Вик уже оживленно болтал о другом:

– …сейчас, только учебники закину в комнату. Куда пойдем? Погуляем или в столовую? Я тебя угощу…

Студентам разрешалось иметь немного карманных денег и тратить их на мелочи: покупать заварные колечки в столовой или фрукты и орешки в лавочке, которую держала приятная пожилая женщина. У меня карманные деньги были, но вряд ли у Вика их было много.

– Погуляем, – улыбнулась я.

Мы шли по дорожкам парка, устланным опавшей побуревшей листвой. Я и не заметила, как наступила поздняя осень. Время пробежало так быстро: кажется, еще только вчера я прибыла в Академию, и вот уже пролетело почти два месяца. Со дня на день выпадет первый снег, и студенты разъедутся по домам отмечать праздник Примирения. Я вдруг поняла, что соскучилась по родителям, по их заботе и вниманию, иногда слишком надоедливым. Но сейчас я бы не отказалась проснуться в своей постели, выпить горячего пряного напитка, съесть булочку и думать лишь о том, какое платье надеть и какую прическу сделать. А вовсе не об истории магии, научной работе о полиписах, еще даже