Герой на полставки (Genshin Impact) - Мистер Ву

не види, все работает на пространственных аномалиях. Если мы застряли в петле, значит, пространство вокруг нас закольцовано, в виде купола, а что делают с куполом, когда хотят выйти?

— Бьют по нему очень сильно? — радостно предложила Паймон, высунувшись из-за плеча Принцессы.

— На удивление умная мысль для летающего желудка, — хмыкнул я. — Именно, но просто бить бесполезно, энергия рассеется по петле, нам нужно создать точку критического давления.

Я вытянул вперед обе руки, концентрируя Анемо-энергию, проверяя наброски на практике

— Я сейчас сожму воздух в эпицентре этой петли до состояния абсолютного вакуума, что при перепаде энергий создаст черную дыру в миниатюре, которая начнет засасывать ближайшую ткань пространства. Как только она станет размером с мяч и начнет пульсировать, Принцесса, вливай в неё самый мощный элементальный взрыв, на который способна, поняла?

Люмин кивнула, её меч вспыхнул ослепительным Пиро-элементом, смешанным с Электро.

— Готова.

Я закрыл глаза и с силой свел ладони вместе, ветер вокруг нас задрожал. Я почувствовал, как пространство сопротивляется, а бездна пытается раздавить мою магию своей скверной, но я давил в ответ. В метре от нас образовалась маленькая, абсолютно черная сфера, закручивающая свет и туман в спираль.

— Давай! — рявкнул я.

Люмин не заставила себя ждать, она сорвалась с места и с грацией вонзила свой пылающий клинок прямо в центр вакуумной сферы.

КРАК!

Пространственная петля не выдержала одновременного сжатия вакуумом и колоссального элементального расширения, реальность осыпалась осколками, и фальшивая гравитация исчезла.

Мы камнем полетели вниз, уже по-настоящему.

— АААААА! — завизжала Паймон, вцепившись в волосы Люмин.

Мы рухнули на холодный, твердый камень, подняв облако многовековой пыли. Я откашлялся, поднимаясь на ноги и отряхнул плащ.

— Конечная остановка, — пробормотал я, оглядываясь.

Мы стояли на широкой площади. Над нами, уходя в бесконечную тьму, висели перевернутые шпили башен, мосты и арки. Каменные строения были покрыты светящимися фиолетовыми рунами: Перевернутый город. А прямо перед нами, в десятке метров, замерев с поднятыми посохами и клинками, стоял целый отряд Магов Бездны и пара огромных Вестников. Они смотрели на нас своими светящимися глазами-щелочками, явно не ожидая, что кто-то просто проломит потолок и свалится им прямо на головы.

— Кажется, мы прервали их тайное собрание, — Люмин встала рядом со мной, её меч снова засиял.

— Отлично, — я усмехнулся, призывая лук Амоса. — Сейчас мы спросим дорогу.

Эти черти из Ордена оказались абсолютно бескультурными щеглами. Я, как цивилизованный человек (ну, почти), хотел вежливо спросить у них дорогу до ближайшего кабинета их начальства или узнать, где тут прячется один конкретный блондин. Но стоило мне только открыть рот, как они с мерзким визгом набросились на нас всей толпой.

Никакой тактики и построений, весь их боевой план строился на тупом прорыве и заражении концентрированной скверной. И, надо признать, в обычных условиях это была лютая имба, эту дрянь не пережили бы добрые 99,99 % населения Тейвата, включая парочку Архонтов, плоть бы сгнила, а разум вывернуло бы наизнанку.

Но вот незадача — против Сошедших эта хваленая скверна работала так же эффективно, как водяной пистолет против Голема Руин.

Вестник Бездны с ревом обрушил на меня свои водяные клинки, пропитанные темной энергией, я даже не стал уклоняться, лезвия ударили в мой Анемо-щит, скверна попыталась вгрызться в мою ауру, но лишь бессильно зашипела и испарилась, встретив абсолютное отторжение моего иномирного естества. Глаза Вестника под маской комично расширились, к такому жизнь на дне Бездны его явно не готовила.

— Что, не пробивает, рыбий хвост? — оскалился я и, перехватив лук Амоса как дубину, с размаху впечатал его зачарованное древко прямо в рогатую морду монстра, вестник с хрустом отлетел в стену.

Всё, что мне нужно было делать в этой свалке — это периодически отпихивать в сторону визжащую Паймон, чтобы её случайно не задело шальным файерболом. Если честно, я вообще не был уверен, что эта летающая консерва может умереть, учитывая все фанатские теории и мои собственные подозрения, эта писклявая мелочь вполне могла оказаться самой Асмодей — одна из теней Фатейна, повелительница пространства, которая и разлучила героев изначально, и он по итогу, просто потеряла память или притворяется дурочкой. Но проверять эту гипотезу эмпирическим путем, позволяя Магу Бездны поджарить её, мне не хотелось, вдруг при смерти она сдетонирует на полконтинента?

Пока я раздавал лещи Вестникам, Люмин устроила настоящий геноцид Магов Бездны, она двигалась как смазанная молния, а её меч переливался всеми доступными элементами, убивать их? Неееет, смерть для слабаков, она их аннигилировала, превращая в кучки пепла с милой улыбкой. Спустя минуту на площади остался только один живой Пиро Маг Бездны. Он жалко барахтался на земле, лишившись своего щита, и в ужасе смотрел на нас.

Теперь настало время для классического допроса с пристрастием. Я подошел к барахтающемуся пушистому комку скверны, наступил тяжелым сапогом на край его балахона, пригвоздив к полу, и наклонился.

— Смотри, пушистик, какие у нас тут расклады, — ласково начал я, кивая в сторону Принцессы. — Вот эта милая тетя…

Люмин за моей спиной возмущенно поперхнулась воздухом от слова «тетя», но промолчала, подыгрывая.

— …очень, просто до дрожи в коленках, любит устраивать геноцид злодеев, — продолжил я, сгущая краски. — И убивает она с такой доброй, светлой улыбкой, что у нормальных существ кровь в жилах стынет. А ты, как сам понимаешь, существо не очень светлое, и даже не просто темное. Ты — порождение Бездны, а это, как говорится в моих краях: вообще пиздец. Сектор «Приз» на барабане, и он достается тебе, тебе не повезло раз эдак в десять в десятой степени.

Я повернулся к Люмин, которая подошла ближе, поигрывая острием меча.

— Люмин, солнышко, — лейным голосом спросил я. — А что ты обычно делаешь с абсолютным, неисправимым злом?

Принцесса очаровательно улыбнулась, её янтарные глаза невинно сверкнули, и она выдала:

— А-а-а… Ну, сначала я ломаю все @#@@, после чего беру раскаленный прут и засовываю @₽₽## прямо тебе в @#₽##. Твоя жалкая сущность будет страдать, как #@###, а когда ты будешь умолять о смерти, я @@###… дальше я попрошу местного некроманта воскресить тебя, и после этого мы перейдем к #@₽###! А если ты и после этого будешь молчать, то твоя душа будет вечно гореть в @₽###, пока я буду нарезать из тебя ленточки!

С каждым её словом, зацензуренным моим собственным ошалевшим сознанием, мои уши вяли всё сильнее, а глаза лезли на лоб. Я, конечно, много дерьма повидал, но чтобы эта икона целомудрия и доброты выдавала такие извращенные пыточные концепты…

Пиро Маг Бездны под моим сапогом заскулил