Герой на полставки (Genshin Impact) - Мистер Ву

— Знаешь, — я скревился ещё сильнее, — у вас тут, видимо, совсем туго с развлечениями, раз вы смотрите на мои страдания, рейтинги хоть хорошие были?

— Заоблачные, — Итэр подмигнул мне, а затем снова перевел взгляд на сестру. — Люмин, ты нашла себе очень… нестандартного компаньона.

— Итэр… почему? — Люмин наконец-то обрела дар речи, хотя её голос всё ещё дрожал. — Почему ты здесь? Пойдем домой!

— Дом? — Принц Бездны мягко покачал головой, и на секунду в его золотистых глазах промелькнула тень той самой первородной тьмы. — Наш дом уничтожен, Люмин. А этот мир болен, и я здесь, чтобы вылечить его, но ты пока не поймешь этого. Твое путешествие только началось.

— Хватит семейной драмы, — грубо встрял я, выходя вперед и задвигая Люмин за свою спину. — Я сюда приперся не для того, чтобы слушать ваши философские дебаты о судьбах миров, у меня конкретное дело.

Итэр с интересом посмотрел на меня.

— Слушаю тебя, звезда моего любимого шоу.

— Куда деваются те, кто умер, будучи зараженным Бездной? — прямо в лоб спросил я. Мне нужен был мой гребаный «файл», и я собирался его получить.

— А? Те, кто умирали от Бездны? — Итэр слегка удивленно приподнял брови, он небрежно махнул рукой за свою спину. — Так ясно где, вон там.

Он указал на ту самую платформу, на которой сидел до нашего появления, и на пульсирующую, разорванную дыру в ткани мироздания позади неё, портал; внутри него клубилась абсолютно черная, густая масса. От одного взгляда на эту воронку у меня заныли зубы, а в голове зашептали тысячи агонизирующих голосов, вот он мусорный бак Тейвата.

— Но я бы туда не лез на твоем месте, — заботливо, с искренней братской интонацией предупредил Принц Бездны. — Там всё… скажем так, совсем нестабильно, для того, кто не является представителем Бездны или не прошел инициацию, это будет сродни купанию в кислоте. Твой Анемо-щит продержится секунд десять, а потом тебя просто разложит на атомы. Ты там очень, очень сильно пострадаешь, но я могу помочь.

Я прищурился, мой внутренний радар, настроенный на распознавание дерьма, заверещал с новой силой.

— О как… — протянул я, скрестив руки на груди. — И за какие такие услуги Принц всея мутантов готов поработать для меня пинцетом в этой радиоактивной луже?

— Всё проще простого, Странник, — Итэр улыбнулся, и в этот раз его улыбка показалась мне древней. — Просто послушай мою версию событий, когда я говорю, что этот мир болен, я имею в виду это буквально, он гниет изнутри.

Итер перевел свой золотистый взгляд на сестру, которая ловила каждое его слово, словно глоток свежего воздуха.

— Сестра… ты тоже послушай, тебе пора снять розовые очки, которые на тебя надели эти так называемые «боги».

Люмин замерла, её дыхание участилось.

— Я слушаю, Итэр, — прошептала она. — Я хочу знать всё.

Я мысленно застонал, ну конечно. Сейчас начнется злодейский монолог с презентацией в повер поинт на тему «Почему Селестия — отстой, а щупальца — это круто». Но выбора у меня не было, мне нужен был доступ к корзине Ирминсуля.

— Валяй, блондинчик, — я облокотился о каменную колонну, демонстративно глядя на воображаемые часы на запястье. — У тебя есть пять минут, пока моя печень не отказала от местного воздуха.

Итэр тихо рассмеялся, ничуть не задетый моей наглостью, он медленно прошелся вдоль края платформы, заложив руки за спину.

— Тейват, который вы видите, Люмин… — начал он, и его голос зазвучал глубже, резонируя с самой Бездной. — Это не мир а гигантский инкубатор, огромная, красиво раскрашенная ферма. Вы можете посмотреть на небо и увидеть звезды, но это фальшивка, в действительности это твердый купол, скрывающий истинную вселенную. Архонты никогда небыли правителями, они лишь надсмотрщики, следящие за тем, чтобы стадо не вышло за ограду.

Он резко остановился и посмотрел на нас.

— Знаете, что такое Ирминсуль на самом деле? — Итэр криво усмехнулся. — Большой Сервер, который стирает память целым нациям, стоит им только узнать правду. Каэнри'ах узнали, они поняли, что мы все — лишь батарейки для Небесного Порядка, и за это их превратили в монстров. Истинная болезнь Тейвата — это его боги, Люмин, а Бездна — это радикальная химиотерапия для мира, пораженного раком Селестии, понимаете, антитела, против настоящий твари.

Он протянул руку в сторону сестры.

— Я не злодей, Люмин, а доктор на полставки, и мне нужно вырезать эту опухоль, даже если мне придется утопить этот мир в крови.

Люмин завороженно смотрела на протянутую руку брата, в её янтарных глазах отражалась целая буря эмоций: боль, надежда, сомнение и щенячья преданность, она начала медленно, поднимать свою ладонь.

Я мысленно выругался, классическое аниме-клише, сейчас она пожмет ему руку, он её не отпустит, затянет в портал, или начнется слезливая драма с промыванием мозгов, а потом обязательная битва на смерть, где мне придется отдуваться за двоих.

Плавали, знаем.

Недолго думая, я сделал резкий шаг вперед, вклиниваясь прямо между ними, прежде чем Люмин успела коснуться брата, я бесцеремонно схватил Итэра за протянутую руку и крепко, по-деловому её пожал.

Его ладонь оказалась ледяной, как у трупа, а под кожей пульсировалв скверна, пытающиеся впиться в мои пальцы. Но мой Анемо-щит, сконцентрированный на кисти, удержал этот напор.

— Какие сильные слова! Вот она истинна Принца Бездны! — громко, с издевательским энтузиазмом провозгласил я, энергично тряся его руку. — Я ставлю десять из десяти вашему сценарию, Ваше Темнейшество! Глубоко, метафорично, про рак и химиотерапию — вообще в десяточку, спасибо за информацию,

Я отпустил его руку, Итэр застыл.

Вся его многовековая, тщательно выстроенная аура загадочного Темного Властелина дала трещину, он смотрел на свою ладонь, потом на меня, и в его золотистых глазах читалось абсолютно искреннее, человеческое непонимание. Я буквально видел, как в его голове крутятся шестеренки, пытаясь осознать, как какой-то левый хрен только что сломал самый драматичный момент в его жизни.

Не дожидаясь, пока он перезагрузится или решит испепелить меня на месте, я обошел застывшего Принца по широкой дуге.

— Эй! Ты куда?! — пискнула Паймон.

— За файлом, консерва! — бросил я через плечо.

В один прыжок я заскочил на парящую каменную платформу, прямо передо мной пульсировала самая настоящая рана мироздания, вблизи она выглядела еще хуже, это была густая, вращающаяся мясорубка из искаженного пространства, каких-то кричащих душ и радиации Бездны, плюс оттуда несло гнилью.

Я остановился на самом краю, глядя в эту бездну.

Мой