Герой на полставки (Genshin Impact) - Мистер Ву

Пока на фоне, метрах в десяти от нас, происходила напряженная словесная баталия брата и сестры, где Люмин пыталась достучаться до остатков совести Итэра, Паймон повернулась ко мне. Она не стала вылетать из-за моей спины — видимо, там ей всё же казалось безопаснее — но её лицо вдруг потеряло ту привычную, глуповато-детскую наивность. Она хмыкнула, звук был тихим, но в нем проскользнула такая нотка снисходительности, что у меня мураши побежали по затылку.

— И кто же такая Паймон, по-твоему? — спросила она, склонив голову набок, её голос на долю секунды перестал быть писклявым.

Я медленно повернулся к ней, наклонился, надвигаясь прямо к её крошечному уху, чтобы прошептать то, что крутилось у меня в голове с самого начала.

Краем глаза я уловил абсолютно сюрреалистичную картину: густой, фиолетовый туман скверны вокруг нас вдруг перестал хаотично клубиться, пара теневых щупалец, торчащих из портала, изогнулись и потянулись в нашу сторону. Бездна, буквально подвинулась поближе, как любопытная бабка на скамейке, желая подслушать чужой секрет.

Я усмехнулся и выдохнул ей прямо на ухо:

— Ты — одна из четырех Теней Изначального, Асмодей. Хранительница Небесного Порядка.

В этот самый момент Бездна дала деру, хтоническая фигня, которая секунду назад тянула к нам свои любопытные щупальца, словно бабка у подъезда, услышавшая сплетню века, вдруг резко икнула и стремительно ретировалась обратно в портал.

Паймон замерла, и после чаго механически начала поворачиваться ко мне. Мы встретились взглядами, на какую-то ничтожную долю секунды, на краткий миг, в её огромных, по-детски наивных глазах цвета звездного неба мелькнуло что-то… другое. Но наваждение исчезло так же быстро, как и появилось.

Паймон вдруг надула щеки, её лицо покраснело от возмущения, она неожиданно протянула свою крошечную ручку и, вцепившись мне в щеку с силой, которой позавидовал бы иной кузнец, мстительно потянула её в сторону.

— Паймон — это Паймон! — возмущенно запищала она, болтаясь в воздухе и не отпуская мое лицо. — А ты — некультурный тип и грубиян! Я тоже чувствительная натура! Обвинять Паймон в чем-то таком непонятном… Какая еще Асмодей?! Паймон даже слов таких не знает!

Я поморщился, пытаясь отцепить её пальцы-тиски от своей кожи, но мелкая вцепилась намертво. Она вдруг замолчала. Её хватка ослабла, она отпустила мою многострадальную щеку и опустила взгляд, нервно теребя край своего белого плаща.

— Я… — тихо начала она, и её голос прозвучал на удивление серьезно.

Я напрягся, подавшись вперед, неужели раскололась? Сейчас будет эпичное признание с возвращением памяти и божественной формы? Я уже мысленно готовился кастовать Анемо-щит на случай локального апокалипсиса покруче чем бездна.

— Я… — Паймон подняла на меня глаза, в которых блестели самые настоящие слезы. — Я просто хочу, чтобы мы все вместе поели вкусной медовой жареной курочки! И чтобы Люмин перестала грустить! А ты придумываешь всякие страшные вещи и пугаешь Паймон еще больше!

Она отвернулась и, всхлипнув, спряталась за мой затылок, утыкаясь лицом в мой воротник.

— Пожалуйста, Странник… — её голос сорвался на жалкий, тоненький писк, крошечные ручки вцепились в мой воротник так, словно я был её последним спасательным кругом. — Не заставляй Паймон вспоминать… Я просто хочу быть хорошей… Я так этого боюсь… Пожалуйста…

Она действительно, абсолютно искренне и горько заплакала, крупные, блестящие слезы покатились по её пухлым щекам, оставляя мокрые дорожки. Ух, ё-моё. Я тупо уставился в пространство, чувствуя, как мой внутренний Шерлок Холмс только что совершил ритуальное харакири от разочарования и внезапного укола совести.

То ли она действительно гениальная актриса, заслуживающая всех Оскаров Тейвата и парочки внеочередных наград, то ли её амнезия настолько глубока и травматична, что попытки копнуть туда вызывают у неё первобытный ужас. Я тяжело вздохнул, чувствовать себя мудаком, доведшим до истерики местного маскота — то еще удовольствие.

Я неуклюже сгреб эту мелкую, всхлипывающую фею в охапку, прижимая к груди, она была легкой, теплой и пахла чем-то сладким, вроде засахаренных закатников.

— Ладно, ладно, не плачь, — проворчал я, неловко похлопывая её пальцем по спине. — Я просто сопоставляю факты, вот и все, это профдеформация. Я не заставляю тебя ничего доказывать или вспоминать. Ты сама по себе особенная, консерва, уникальный летающий желудок.

Паймон шмыгнула носом, подняла голову и потерла глазки кулачками, стирая слезинки. Она посмотрела на меня, и вдруг её щеки залил густой, совершенно не детский румянец, она как-то странно, смущенно отвела взгляд.

— Спасибо… — пробормотала она себе под нос, комкая край моего плаща. — Спасибо, что ты ценишь Паймон такой, какая она есть…

— Э-э-э… окей, — я слегка отодвинул её от себя, чувствуя себя максимально неловко от этой внезапной смены настроения. — Только давай без романтики, я не по этой части.

Тем временем, на фоне затихающего портала Бездны, который всё еще изредка плевался искрами скверны, словесная баталия между братом и сестрой тоже подходила к своей неизбежной, взрывоопасной кульминации.

Люмин стояла, сжав кулаки так сильно, что её суставы побелели, ее хрупкие плечи мелко дрожали, а Итэр смотрел на неё с тем самым непробиваемым, печально-снисходительным спокойствием тысячелетнего мудреца.

— Ты не понимаешь, Люмин, — голос Принца Бездны разнесся по залу, обрывая все её логические и эмоциональные аргументы. — Этот мир не спасти добрыми словами и милыми улыбками, я не отступлю от своего плана.

— Тогда… — Люмин медленно подняла голову.

В её янтарных глазах больше не было ни единой слезинки, ни капли той растерянной сестринской любви. Там разгорался знакомый мне, пугающий, маниакальный огонь абсолютного, пробивного упрямства, взгляд, с которым она аннигилировала магов Бездны пару часов назад.

— Тогда я заставлю тебя пойти со мной, — её голос упал на октаву, зазвенев холодным металлом. Воздух вокруг неё начал искрить от переизбытка концентрированной элементальной энергии. — Даже если мне придется переломать тебе обе ноги и тащить тебя на себе.

Итэр моргнул, его снисходительная улыбка слегка дрогнула. Кажется, к такому повороту событий Принц Бездны готов не был. Я же, всё еще держа Паймон подмышкой, мысленно потянулся за попкорном. Сейчас начнется настоящая семейная терапия по-тейватски.

* * *

Итер, который…

….Совершил небольшую глупость

Но глава повествует о секретах, котрае ты не захочешь знать и даже вспоминать:

Глава 33

Что тут началось… Началась самая настоящая, радикальная битва за вправление мозгов заблудшему братику, причем вправление планировалось исключительно физическими методами, через боль, унижение и переломы.