Герой на полставки (Genshin Impact) - Мистер Ву

Конечно, у меня тут же возник вполне логичный вопрос. Если эта разумная жижа слышала всё, о чем мы трепались на том собрании, если она знает, что мы, по сути, собираемся выступить против Селестии и отгородить от неё Тейват… почему Бездна ничего не делает?

Хотя, если пораскинуть мозгами, всё предельно логично. Бездна — это не благотворительный фонд и не повстанческая армия с высокими идеалами, она никогда и никому не будет помогать без абсолютно эгоистичной причины.

Как, например, сейчас, причина: забрать поехавшую кукухой сестру Принца Бездны подальше отсюда, пока она окончательно не разнесла им всю жилплощадь.

Я посмотрел на бессознательную Люмин, то, что она вообще осталась жива после того, как попыталась выжечь собственное ядро, — это чудо. Нет, я, конечно, рад, что мне не придется тащить наверх её труп, но на месте Бездны я бы её давно уже того самого… растворил в кислоте пока она слаба.

Но тут всплывал другой нюанс, бездна, при всей своей хтонической мощи, отчаянно не хочет расстраивать своего драгоценного Принца. Иначе Итэр, проснувшись и обнаружив сестру мертвой, сам пойдет к первородной тьме «разъяснять по понятиям». А это будет очень, очень неприятно. Особенно когда ты — древнее зло, но внезапно осознаешь, что в твоем собственном лагере самым сильным существом является этот наемный менеджер-блондин, и адекватной замены ему на должность гендиректора апокалипсиса не предвидится. Бездна просто не хочет терять своего собственного, идеологически преданного босса. Плюс ещё немаловажный факт: моя система уже дала ей хорошего пинка под зад. Будь я тоже Бездной, внутри которой сидит хтоническая гниль, я бы тоже лишний раз не хотел связываться с подобной непонятной хренью.

— Понял, принял, осознал, — пробормотал я вслух, обращаясь к пульсирующему щупальцу.

Я быстро, пока аттракцион невиданной щедрости не закрылся, сгреб обе светящиеся сферы — и зеленую, и непонятную фиолетовую — и рассовал их по внутренним карманам плаща, щупальце удовлетворительно булькнуло и втянулось обратно в портал, который тут же начал стремительно схлопываться.

— Так, ладно, — я с трудом поднялся на ноги, отряхивая колени, голова кружилась, но адреналин еще держал меня в тонусе. — Пора делать ноги, пока спящий красавец не очнулся и не решил продолжить банкет.

Я закинул обмякшую Паймон себе на плечо, мой большой мешок с мукой. Затем подошел к Люмин. Девушка дышала ровно, но выглядела бледной как смерть, золотые трещины на её лице исчезли, оставив после себя лишь глубокую усталость. Я подхватил её под мышки и с натугой взвалил на спину, твою мать, для такой хрупкой на вид девочки она весила как чугунный мост.

— Ну что, спасительница миров, — прокряхтел я, балансируя на краю платформы с двумя телами на горбу. — Идём чёрт его дери домой.

Я бросил последний взгляд на бессознательного Итэра, валяющегося в руинах, и, активировав силу воли, начал мучительный подъем наверх. Стоит ли мне вообще говорить о том, как именно я встретил преисполнившегося местного Вергилия, когда наконец-то выполз на верхний уровень?

Дайнслейф сидел всё на том же стуле, но теперь вся его былая пафосная аура трещала по швам. Он кое-как держал рот закрытым, чтобы челюсть не пробила пол. Я тяжело поднялся на последнюю ступеньку, волоча на себе две бессознательные тушки, и посмотрел на него. Он посмотрел на меня, затем я окинул взглядом местное убранство.

То, что раньше было величественным залом, теперь больше напоминало зону боевых действий после ковровой бомбардировки. Стены пошли трещинами, потолок грозил обвалиться в любую секунду, а всё это архитектурное великолепие держалось исключительно на честном слове, остатках магии и, видимо, на несгибаемой эджлордской харизме самого Дайнслейфа. Ударная волна от битвы близнецов дошла даже сюда, устроив локальное землетрясение.

Сумеречный Меч прокошлял в кулак.

— Справились? — как-то подозрительно неуверенно спросил он.

Во-первых, его явно смутило состояние двух девушек: Люмин висела на мне, как тряпичная кукла, а Паймон пускала слюни мне на плечо. Во-вторых… про мой внешний вид лучше было вообще не вспоминать, всё лицо в засохшей крови, под глазами залегли черные тени, а сам я шатался так, словно меня переехал Голем Руин, сдал назад и переехал еще раз. По мне нужно было плакать на поминках.

— Ага… — прохрипел я голосом столетнего деда, выплевывая каменную пыль. — Лучшая работа в мире!

Я криво усмехнулся, цитируя отрывок из фильма «Ярость». Дайнслейф, естественно, отсылку не выкупил, но сарказм оценил, он медленно поднялся со своего стула, явно не горя желанием спускаться вниз и проверять, что там.

— А… — он неловко кашлянул в кулак, теряя последние крохи своего загадочного шарма. — Ну, не буду мешать… э-э-э… можно вас провести к выходу? Пока тут всё окончательно не рухнуло.

— Буду безмерно благодарен, — выдохнул я, чувствуя, как колени начинают подгибаться. — Только веди без фокусов.

Он молча кивнул, развернулся и зашагал в темноту коридора, освещая путь тусклым сиянием своей звездной магии. Я поудобнее перехватил Люмин, поправил сползающую консерву и, хромая на обе ноги, поплелся следом.

Обратный путь на поверхность оказался до неприличия спокойным.

Если по пути вниз нам приходилось прорубаться сквозь орды фанатичных культистов, магов и гончих, то теперь коридоры Безымянных Руин вымерли. Абсолютно никто даже не думал смотреть в нашу сторону, не говоря уже о том, чтобы попытаться напасть.

Оно и понятно, мы с Люмин еще на спуске знатно проредили местную популяцию, оставив после себя лишь кучки пепла и тлеющие маски. Да и после локального конца света, который устроили эти двое ненормальных близнецов на нижнем уровне, даже самый тупой хиличурл понял бы: к этим ребятам лучше не лезть, ударная волна, разорвавшая пространство, стала отличной рекламной кампанией нашей скромной группы.

Я краем глаза замечал, как в тенях прячутся выжившие Маги Бездны, они вжимались в стены, сливаясь с камнем, и провожали нас полными первобытного ужаса взглядами-щелочками. Один Пиро-маг, случайно оказавшийся на нашем пути, при виде меня просто пискнул, бросил свой посох и с позором телепортировался куда подальше.

Дайнслейф, шедший впереди, тоже это заметил, он то и дело нервно оглядывался, явно не привыкший к такому.

— Они боятся, — констатируя факт, произнес он, не оборачиваясь.

— Еще бы им не бояться, — прохрипел я, перехватывая сползающую Люмин. Моя спина уже пела ламбаду. — Ваш большой босс сейчас валяется в отключке среди руин, а девчонка, которая его туда отправила, висит у меня на горбу. Я бы