Фантастика 2026-2 - Олег Велесов

— После тебя!

Саша с Шахом и Женей захлопнули свой люк. Через несколько секунд на пятачке остался один Скарабей. Сталкер неловко пытался подняться, но он был настолько потрепан, что не оставалось сомнений — ему крышка.

— Помни, Марлинский! — рычал он, пытаясь перекричать вой ветра. — Ты еще поймешь, в какой капкан тебя отправили эти психи! И я покажусь тебе жертвой, понял⁈

Мне очень хотелось послать его, но порывы заглушили все звуки. Я полез в танк, где уже сидела Аки.

Оказавшись внутри, я понял, какое испытание нам предстоит — несколько часов во тьме, замкнутом пространстве, по «соседству» с теми, кто, возможно, так и не смог выбраться.

Что ж… Это Амерзония. Придется терпеть.

Скарабей еще что-то кричал, но я не слушал. Крышка закрылась, и все потонуло в темноте и в режущем слух завывании Поветрия.

* * *

— Саша, это ты⁈

— Тут, держись за меня. Женя, ты тут?

— Да… Дайте только запру люк. Все. Дайте руку. Сука, больно!

— Сейчас мальчики, еще чуть-чуть… Женя, помоги мне положить Шаха. Вот так… Больно?

— Больно… Ты как? Он тебя не…

— Молчи, дурак. Женя, включи фонарик. Ай!

— ЧТО⁈ Вот блин!

— Не смотрите на них. Им уже ничего не интересно. Смотрите на… Мамочки, кровь везде… Шах! Шах, не пропадай! Шах!

— Я тут. Просто закрыл глаза. Саша, мне так жаль. Мила…

— Не болтай. Я сама виновата. Надо было держать ее с вами, а я… Блин, зачем напомнил… Ох, мамочки, бедная Мила…

* * *

— Аки, ты где⁈

Мне никто не ответил. Снаружи доносились пугающие звуки, стенки танка скрипели, а я, пытаясь найти Аки в абсолютной темноте, натыкался то на стенку, то на мусор, то ловил руками воздух. Фонарик никак не желал находиться.

— Аки! Отзовись!

Наконец я нащупал что-то, похожее на кисть. Потянул, и оно с хрустом отвалилось, оставшись у меня в руках.

Зараза…

Наконец, фонарик нашелся. Луч высветил внутренности танка — рычаги, кнопки, тесноту, ржавчину, а еще пару кресел. В одном сидела фигура в полуистлевшей военной форме. Голый череп под шлемом улыбался мне желтыми зубами.

— Илья, — коснулся моих ушей голос Аки. — Я тут…

Лучик высветил Аки. Она сидела, забившись в угол. Ее глаза испуганно блестели в темноте.

— Аки, — выдохнул я, отодвигаясь подальше от трупа. — Все хорошо. Этот мудак мертв. Ребята тоже в порядке. Иди ко мне.

Девушка ответила не сразу — не могла отвести взгляд от черепа. Ее била дрожь, по щекам текли слезы.

— Аки, смотри на меня, — сказал я, тронув ее за плечо, а затем потянул на соседнее кресло. Она не сопротивлялась. Ее всю трясло.

— Илья, прости меня. Я была такой дурой… — простонала она мне на ухо. — Вела себя как последняя идиотка… Прости…

Она зарыдала в голос. Я же вытащил из кармана платок и помог девушке вытереться. Затем улыбнулся.

— Я и не злился на тебя, Аки. Ну разве что, чуть-чуть.

— Врешь. Ты очень злился на меня. Любой бы злился.

— Ну ладно, было дело. Было и прошло. Думай о том, что делать сейчас. Хватит плакать.

Какое-то время мы молча сидели и слушали, как снаружи завывает Поветрие, как стонут стены, как дребезжит пол под нашими ногами. Обняв девушку, я чувствовал, как бьется ее сердце, а изо рта вырывается прерывистое дыхание. Пару раз она пыталась снова оглянуться на череп, но я удержал ее голову. Прижал к себе, а черепушку пнул сапогом. Подскочив, голова укатилась куда-то в темноту.

— Илья… Мы умрем тут? — послышался шепот. — Только не ври…

— Нет.

— Ты врешь, Илья. Скарабей прав. Даже если мы и дойдем до Цитадели, обратно мы не вернемся. Амерзония не даст нам выйти, она заберет нас, как она забрала Милу и Юлию…

— Аки, забудь, — сказал я, гладя девушку по голове. — Возможно, они и не погибли… Есть шансы…

— Нет. Нет, никаких шансов. Не ври, Илья. Не ври. Они мертвы, и мы…

Я сжал ее руку. Не сильно, но чтобы она перестала накручивать себе.

— Глупости. Они живы. И Саша с Шахом и Женей. Сейчас Поветрие закончится, и мы пойдем дальше — в Красную зону. Там до второй Цитадели рукой подать. Не бойся, самое тяжелое позади.

— Как?.. — все повторяла Аки. — Как не бояться, если весь мир против нас?.. Если Резервация нас… Ох, мамочки, как же я сразу не догадалась… Илья…

И она заглянула мне в глаза.

— Она ХОЧЕТ, чтобы мы дошли до конца. Она хочет, чтобы мы зашли внутрь Цитадели, и там…

Что «там» она так и не сказала. Я поцеловал Аки в щеку.

— Успокойся, мы выберемся. Дойдем до этой чертовой Цитадели, заберем кристалл и вернемся домой. В усадьбу к Мио, Ги и остальным…

Аки всхлипнула носом. Я поцеловал девушку еще раз.

— Как раз они к нашему возвращению отремонтируют усадьбу, — продолжил я. — Ги с Томой и Лизой приготовят что-нибудь. Механик придумает усовершенствованный механизм защиты от Поветрий, а потом…

— Нет, Илья, — гнула Аки свою линию. — Думаю, нет больше усадьбы. Нет ни Мио, ни Ги, ни Механика…

— Не говори ерунды. Все с ними нормально. Они ждут нас. И тебя, и меня. Они любят нас.

Я заглянул ей в глаза. Улыбнулся.

— Аки, ты же хочешь вернуться домой? Со мной?

Сглотнув, она кивнула.

— Поэтому мы вернемся. Поплачь уж, если тебе от этого легче. Пока у нас есть время раскваситься.

Девушка доверчиво вжалась мне в плечо, а затем стала совсем податливой, словно у нее с плеч слетел огромный камень. Похоже, она очень и очень долго сдерживала в себе чувства — и вот этот танк, скрипящий от натуги, эта темнота и мертвец в ней, наконец, доконали ее.

Она плакала. Очень горько, но как-то… с облегчением?

Сложно было ее винить — погибнуть мы могли даже сейчас, ибо Поветрие изо всех своих адских сил пыталось до нас добраться. Мне тоже начинало казаться, что вот-вот и нас вскроют как консервную банку.

— Илья, я…

— Что такое, Аки? — спросил я, стерев очередную