Фантастика 2026-71 - Юрий Иванович

Проверка удачи. База: 1. Бонус −2 общий. Бросок:4. Требование: 2. Успех.

У меня не было и шанса на сопротивление, что не мешало мне цепляться за победу, вгрызаясь в противника зубами. Не найдя ничего лучше, я метнул во врага копье. Вроде, не целясь. Но просвистевший рядом с шевелюрой преступника наконечник заставил его развернуться полубоком, теряя меня из виду.

Не дожидаясь, пока на меня со всех сторон набросятся остальные волки, я с размаху запустил первого из противников, ломающего о металл зубы, в бандита, даже не рассчитывая на успех. Но то ли удача была на моей стороне. То ли активировалась способность поиска уязвимостей и подправила траекторию. Споткнувшись о младшего собрата, преступник кубарем прокатился по траве и, распластавшись, замер у моих ног.

— Стой! — взревела волчица, до этого обнимавшаяся с бандитом, когда я уже был готов добить лежачего, — стой! Все назад! Давай договоримся!

— Как интересно, — я действительно остановился, хоть кинжал от его шеи и не убрал, наоборот прижал голову так, чтобы он не смог резко вырваться, — зачем тебе этот преступник?

— Это мой сын. Один из многих. Сохрани ему жизнь, и мы не тронем тебя.

— Это? — переспросил я невольно, — это же явно человек, пусть и волосатый.

— Вырождение. В семье как знаешь не без урода. А у меня она очень большая. Тронешь его — и живым тебе не уйти. Отпустишь, и мы уйдем от каравана.

— А что мне с этого проку?

— Тебе безразлична жизнь других? Вы же были в общей упряжи?

— Что не делает нас даже товарищами, пусть и по несчастью. У меня последнее время крайне скверно с доверием. Так что я хочу услышать клятву, и нет, не Дланью. Знаю, что она для вас ничего не значит. Как и для меня. Клянись светом, что ты и твоя семья не тронет меня и поможет выжить.

— Светом? Хорошая шутка, — оскалила пасть волчица, — но если тебе от этого будет легче… Я Серая Кровь из Томвова клянусь светом, что ты получишь от меня помощь всегда, когда это потребуется, и моя семья поможет тебе выжить.

Стоило ей это произнести, как выражение на морде тут же изменилось с пренебрежительно веселого на удивленное. В ее зрачках промелькнул страх. У меня же загорелась надпись перед глазами: «Клятва принята».

Глава 7

— Что это было? — еще не веря в произошедшее, спросила матриарх стаи.

— Приветствие от нашего бога. Живого, — улыбнулся я, — и очень злого ко всем, кто не хочет выполнять данные обещания. Просто поверь. Ты не хочешь быть той, кто разозлит Святогора!

— Демоны тебя задери, — прорычала волчица, — я бы и так держала слово! Без всей этой угрозы!

— Значит, ничего не изменилось. А теперь забирайте раненых и уходите.

— Ты приказываешь мне? Раб!

— Ошибаешься. Дважды. Я прошу тебя, и я не раб. Да, понимаю, как все выглядит, — пришлось согласиться мне с ее красноречивым взглядом, указывающим на кандалы, — но это лишь неудобство. Временное. Как ты сказала, называется область, где вас найти?

— Не область. Град Томвов, в южных лесах Славии. Вот, — после недолгого раздумья волколак протянула мне клочок шерсти. Откуда она его вырвала — я старался не смотреть, — запах несколько месяцев не выветрится. Считай это пропуском. Прощай!

Взвыв во всю глотку, она подхватила все еще приходящего в себя не в меру волосатого бандита и скрылась в ближайших кустах. Следом бросились остальные волки, и уже через несколько секунд лес оглашался только многоголосыми стонами раненых заключенных. Они кричали и причитали, прося о спасении, но все, кто был им способен помочь, стояли спина к спине на ладье, боясь повторения атаки.

Выходить к ним совершенно не хотелось. Так что я решил лучше поискать грибов и ягод. Благо одной из моих способностей было слепозрение. До жути полезная штука как в подземелье, так и в темном лесу. Она досталась мне вместе с мутацией подкожной брони от кракена. И даже не знаю, радоваться сейчас ее наличию или нет.

До того, чтобы стать Морфом — преобразившимся магом школы Жизни, мне оставалось всего доли процента морфизма. Проблема только состояла в том, что я их сейчас абсолютно не могу контролировать. Все те прелести, которыми меня наградил брат, а в последствии Бог, в Свете жили сейчас своей собственной жизнью. Если так можно говорить о том, что происходит внутри меня.

Гроас Дпров, Дитя Вопроса или Истины, если угодно, позже взобравшийся на самую верхушку пищевой цепи и пожертвовавший всем, включая собственный разум. Он был магистром Жизни и моим наставником. И совершенно не стеснялся экспериментировать как на себе, так и на всех окружающих. Как он любил повторять — ради науки. А то, что после этого выживал один на сотню — его не особенно волновало.

Последний раз, когда я взглядывал в собственный, расшатанный ко всем чертям Источник, он выглядел следующим образом: Полукровка 50%, Драконид 15%, Кракен 10%, Демон 10%, Хамелеон 5%, Крысотитан 10%. Держался на тоненькой нитке, если можно так сказать. Любые доли процента к чему угодно, кроме первоначального определения системы Длани — и я стану полноценным Морфом. А они, увы, не обладают правами наследования.

Правда рассуждать о том, что у меня как единственного оставшегося сына графа Рейнхарда есть гипотетические права на Дождливую крепость, когда сидишь в грязи и ищешь, что поесть, наверное, слишком самоуверенно. Правда, от этого вкус сыроежек и земляники хуже не становится.

Я прожил в деревне сколько себя помнил, а это лет семь, да еще приемная мать — эльфийка Наоми была травницей и многому меня научила. Так что различить съедобное от несъедобного я мог почти безошибочно. Особенно если применять правило — чего не знаешь, того в рот не тяни. Будь у меня больше времени я бы откопал корни лопуха или дикой картошки, но пока довольствовался тем, что можно было просунуть в щели стального намордника.

Проверка выносливости. База: 2 (-3 при смерти, −2 тяжелое истощение, +5 «Разбитое сердце», +2 выносливость). Бонус: −12 (-2 общий, −10 божественное заклинание). Бросок: 3. Требование: 2. Божественный провал.

Наесться от пуза я не успел. Силы начали оставлять меня, будто рекой утекая в начавший светиться неестественным фиолетовым светом метеоритный ошейник. Руны горели так, что видно их было, наверное,