Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

как декабристы от народа. Значит нам нужно оружие, нивелирующее преимущество потенциального противника в этом компоненте. Европейцев ведь хлебом не корми, дай шпагой помахать. Перебрав множество вариантов, в итоге мы остановились на немного укороченных глефах, которые хороши и как церемониальное оружие и для успокоения ретивых фехтовальщиков.

В итоге, кроме оружия открытого ношения, бойцы прихватили еще диверсионные арбалеты и по паре гранат, на всякий пожарный случай, а мы с Добрым по паре револьверов с глушителями, которые запилил Гном, снабдив нас также бездымным порохом, который продолжал производить в небольших количествах в своей старой мастерской.

Еще до принятия присяги, я заказал местным портным, скорнякам и ювелирам изготовление всего, что нам нужно, но поначалу работа шла ни шатко, ни валко, да и я сильно их не торопил. Но результаты поездки в Питер заставили меня мобилизовать все производственные мощности герцогства и за неделю мы смогли завершить работы, хотя нам пришлось фактически дневать и ночевать в мастерских, чтобы оперативно устранять выявленные недостатки.

А через неделю после моего возвращения из Питера, в Руэнтальский дворец привезли задержанного на границе бывшего герцога Петра Бирона. Ландмилиционеры, которым я ввел пятипроцентную герцогскую надбавку к денежному содержанию (чтобы не заморачиваться с голосованием в ландтаге), сработали на отлично и показали, что находятся на моей стороне. Передав, едва не лопнувшему от возмущению, Бирону письмо Екатерины, я приказал препроводить его до границы с Россией и запретил ему въезд в герцогство пожизненно. Таким образом, страницу с Курляндией можно было перевернуть с чистой совестью.

Глава 7

План нашей поездки по Европе на первом этапе был прост, как три копейки. Встречусь с Потоцким, а дальше еду хрен его знает куда – искать принцессу. Кведлинбургское аббатство я, конечно, найду. Но, ведь не факт, что она будет там, хотя Екатерина сказала мне, что по информации из последнего письма, месяц назад она была на месте. А мне без нее дальше никуда. Потому, как план дальнейших действий будет зависеть от того, что она сможет мне рассказать про финансовые операции своего братца. Разговор с Екатериной и возможная скорая встреча с Софией, снова разворошили костер страсти в моей душе. Я и так не собирался долго засиживаться в Курляндии, но сейчас у меня прямо подгорать начало.

Через десять дней после выезда кортеж герцога Курляндского, состоящий из двух карет и двадцати одного всадника въезжал в Варшаву. Я взял с собой, как и планировал семь троек бойцов под командой Доброго, Вейсмана, Ефрема и Архипа. А в Руэнтальском дворце за старшего осталась Мария, показавшая, что ей по силам руководить людьми и организовать быт огромного дворца, под охраной оставшихся бойцов.

Я, конечно, не знаю точно, как выглядит королевский прием, но Потоцкому стоит отдать должное, встречали нас пышно, с почетным караулом и торжественным приемом в королевском дворце. Меня вся эта канитель доводила до белого каления, но, как говориться «назвался груздем, полезай в кузов». Поэтому, я стоически вытерпел официальную часть и быстро утащил Потоцкого на переговоры тет-а-тет, оставив на растерзание польским вельможам новоиспеченных баронов фон Корфа и фон Вейсмана.

Еще на этапе планирования операции «Курляндия», я прикидывал какие официальные должности могут подойти для моих соратников, не могут же они быть при мне просто так. Вейсману, на мой взгляд, подошла должность статс-секретаря, звучит солидно, не то что, какой-то помощник. Ну а с Добрым было все просто – командир герцогской гвардии. А вот здесь возникала небольшая проблемка. Командир курляндской гвардии барон Емельянов, это звучит как-то не очень, особенно по-немецки. Поэтому пришлось присвоить ему оперативный псевдоним барон фон Корф, а заодно Вейсману добавить приставку «фон» для солидности.

***

Оказавшись в своем королевском кабинете, Потоцкий сразу и легко перешел на неформальное общение, разрешив мои сомнения перед началом беседы:

– Предлагаю мой дорогой брат выпить за наши мечты, которые сбылись!

Сделав большой глоток довольно неплохого вина, Потоцкий продолжил:

– Еще недавно я был пленником в крепости Хотин, а теперь у меня королевская корона и слава победителя Фридриха Великого. Видимо, в добрый час я встретил тебя в Станиславе, что уже само по себе символично. Я пью за тебя мой брат Иван!

Сделав еще глоток, я ответил взаимностью:

– Удача любит тех, кто пишет свои правила. А ты смог прийти в столицу и низложить короля, пойдя против всяких правил. Я пью за тебя мой дорогой брат Станислав!

– Тут ты полностью прав. Я имел честь наяву наблюдать, как граф Суворов пишет свои правила войны и просто уничтожает вдвое превосходящего по численности противника. Да не кого-нибудь, а самого Фридриха Великого. Можешь быть уверен, против него я никогда не выйду на поле брани, так что пока я жив союзу России и Речи Посполитой ничего не угрожает! – снова поднял кубок Станислав.

– Твои слова, как бальзам для моих ушей. Я всегда считал, что с соседями нужно жить в мире, это выгодно всем, а императрица Екатерина полностью поддерживает такое мнение! – ответил я взаимностью.

Закончив вступительную часть, мы обсудили политическую ситуацию в Европе, которая по нашему общему мнению была на пороге кардинального переформатирования, и я передал Потоцкому письмо от Екатерины, в котором она поздравляла его со вступлением на трон, предлагала вести переписку и приглашала погостить в Санкт-Петербурге. Ну а потом мы еще достаточно долго говорили обо всем подряд и здесь мне пришлось нелегко. Ведь, что спрашивать у Потоцкого, он родился и вырос магнатом у всех на виду и ничего в его жизни, до встречи со мной, не было неординарного. Другое дело я, весь из себя таинственная фигура. Поэтому мне пришлось ужом крутиться на сковороде, чтобы не рассказать чего-нибудь лишнего и не запутаться в показаниях при рассказе о Крыме, Карпатах и своем происхождении.

Под конец разговора мы нехило так накидались вином, которое в ходе разговора лилось рекой. А следующие пять дней, как я не пытался соскочить, пришлось повести в выездах на охоту, посещениях различных знаковых мест Варшавы и непрерывных застольях.

Вырвавшись из цепких лап Потоцкого, в середине августа мы смогли продолжить путь на запад, в курфюршество Саксония, на территории которого и находилось Кведлингбурское аббатство. А судя по имеющимся картам, нам предстояло проехать около семисот километров, через Познань, Франкфурт-на-Одере и Берлин. Несмотря на мое стойкое германофобство, стоило признать, что дороги здесь были намного лучше, чем в России, да и плотность дорожной сети, учитывая плотность населения, была на порядок выше. В этом