Влад Талтош. Том 4. Дзур. Джагала. Иорич - Стивен Браст

полагать, будто ориентируюсь тут – но, очевидно, недостаточно часто, чтобы осуществить сие на практике. По пути мне встретились несколько иоричей – чиновников, солдат, а один, вероятно, был судьей, – но не рискнул переспросить у них дорогу. В итоге, покружив где-то с час, я наконец отыскал правильную лестницу к правильному коридору, ведущему в правильный кабинет. Сидящий там за столом – очень молодой, несомненно, ученик чего-то там – воззрился на меня, улыбнулся, нахмурился, а затем озадаченно поднял взгляд, неуверенный, как именно ему следует держаться со мной.

Прежде чем он принял решение, я протянул ему бумажку.

– Да, конечно, – проговорил он, бросив короткий взгляд, встал и скрылся за дверью в дальнем конце кабинета. Отсутствовал недолго – я даже не успел решить, присесть ли мне на стул у его стола. В руке он сжимал пачку бумаг, причем все они имели в верхней части пару отверстий, сквозь которые была пропущена белая тесьма.

– Присаживайтесь, сударь, – предложил он.

Я так и сделал.

– Алиера э’Киерон.

Я кивнул.

– Взята под стражу в девятый день в месяц ястреба сего года, обвиняется в нарушении имперского эдикта номер девяносто один, статья тридцатая, параграфы один и два. Обвинение подписано Ее Императорским Величеством в девятый день в месяц ястреба сего года. Обвинение рассмотрено в кругу Юстициариев в…

– Простите.

Выглядел он как ломовая лошадь, которой сказали «тпру!» за шаг до дверей амбара. Но все же иорич сумел справиться с собой.

– Да?

– Не перескажете ли, что это эдикт девяносто один… в смысле какова суть обвинений? В переводе на обычный язык?

– А. Использование древнего волшебства.

– Барлановы шуточки, – пробормотал я. – Великолепно, Алиера.

– Простите, сударь?

– Не суть важно. Это я так. Кто обвинитель?

– Ее величество.

– Ха. А как ее величеству стало известно о преступлении?

– Не имею права ответить, господин.

– Ладно. Продолжайте, пожалуйста.

Он так и сделал, но более ничего не сообщил, лишь то, что, разумеется, Алиера за свое преступление подлежит правосудию. За преступление, караемое смертной казнью, ага.

– Адвокат у нее есть?

– Она отказалась от адвоката.

– Само собой, – кивнул я. – Кто-либо из друзей обвиняемой уже объявился?

– Не имею права ответить, господин.

Я вздохнул.

– Тогда можете добавить меня. Сурке. Граф.

– Дом?

– Имперский. – Я откопал в кармане перстень и показал ему, произведя на юношу явное впечатление.

Он сделал какие-то пометки и оттиснул на документе пару печатей, затем сообщил:

– Готово, сударь. Желаете нанести визит заключенной?

– Да.

– Если она согласится, где вас можно найти?

– В Черном замке. – Я надеялся, этого будет достаточно.

И оказался прав; он сделал еще пару пометок.

– У нее до сегодняшнего дня были посетители?

– Не имею права… – Он пожал плечами, сверился с другим документом и ответил: – Нет.

Что ж, не слишком информативно.

Я поблагодарил юношу, чем и завершил на сегодня свои дела в Доме Иорича.

* * *

Имея голый минимум сведений – то бишь хотя бы зная, с чем предстоит иметь дело, – следующий мой шаг был очевиден. Я остановился на лестнице, снял амулет и аккуратно телепортировался во двор Черного замка. Тут же повесил амулет обратно на шею и потратил несколько секунд, изучая окружение. Я не был здесь несколько лет, но все еще чувствовал: здесь мой дом. Чувствовалось это не совсем так же, как в Адриланке. Трудно объяснить.

Я погладил рукоять Леди Телдры – возможно, где-то там, в глубине, она тоже чувствовала себя тут как дома. Возможно. Ответа, однако, я не получил.

К дверям подходить я не стал, решив сперва взглянуть по сторонам. Именно по сторонам, не вниз. Что ждет меня внизу, я знал: долгое падение и безжалостный камень. На шее у меня амулет, не позволяющий волшебству воздействовать на меня, и как-то после того, как я его получил, я прибыл в Черный замок – и лишь через пару дней осознал, что должен был призадуматься, а не помешает ли он воздействию заклинаний, удерживающих меня в воздухе. То есть все прошло нормально – какие бы чары ни действовали во дворе, они не включали прямого воздействия волшебства на меня. Но мне действительно следовало сперва подумать, а потом уже делать шаг в пустоту, угу?

На стенах в нескольких местах стояли пары стражников. Всегда – пары: один боец, один волшебник. Насколько я знал, со времен Междуцарствия делать им тут было нечего, но они всегда на посту. Непыльная работенка. Но скучная. Приятно, однако, что меня вспомнили. По крайней мере, я предположил, что вспомнили, ибо в противном случае стражникам полагалось бы вызвать меня на поединок или нечто в этом роде.

Стены были черными, на ближайшей я заметил несколько серебристых прожилок. Я повернулся и поднял голову – надо мной возвышалась громада замка, черная и внушительная, верхушки самых высоких башен расплывались, соприкасаясь с Сумраком. Взгляд мой опустился к большим двустворчатым дверям. Сколько раз я входил в них, и после меня приветствовала леди Телдра, а затем следовал обмен словами, серьезными или мимолетными, заставляющими задуматься или успокоиться? Больше леди Телдра меня не встретит.

Завершив сеанс воспоминаний, я шагнул к дверям, которые с обычным чересчур драматическим величием распахнулись передо мной. Признаться, обожаю такие вот штуки. Я вошел, и передо мной оказался беловолосый драгаэрянин в белой блузе с пышными оборками и сужающихся к лодыжкам зеленых штанах.

Я уставился на него. Невежливо, полагаю, но я ничего такого не имел в виду, а он не дал мне понять, что это невежливо. Просто поклонился и проговорил:

– Меня зовут Скифра, приветствую вас в Черном замке. Прав ли я, полагая, что имею честь обращаться к ближайшему другу моего лорда Морролана, господину Талтошу?

Я ответил на его поклон, подтвердив, что да, он имеет таковую честь, ибо воистину это я.

С умеренно польщенным видом Скифра продолжил:

– Если будете столь добры проследовать за мной в гостиную, я сообщу его милости о вашем прибытии. Желаете вина?

– Было бы весьма кстати, – ответил я и прошел в еще одну хорошо знакомую мне комнату.

Опустившись в кресло, несколько великоватое для меня, я попивал хорошее красное вино, охлажденное лишь чуть-чуть, как раз как я люблю. Примечательно. Стоит отложить в копилку и обмозговать в свободную минутку.

Я полагал, что он вернется минут через пять и проведет меня к Морролану, однако не прошло и двух минут, как тот появился собственной персоной. Морролан э’Дриен, владетель Черного замка, носитель Черной Длани и все такое прочее. Я узнал его, еще не видя, по быстрой походке, и когда дверь открылась, я встал.

– Влад, – проговорил он. –