Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

– Хорошо… – отстранившись, сказала она, смахивая слезу. – Достойное завершение! Никогда не знала, как смогу отпустить тебя, какими словами... Но наш последний поцелуй оказался лучше многих фраз. Прощай прошлый Егг-Орр и… Здравствуй, новый ДРУГ!

– Ты, прям, прощаешься со мной навсегда. Не дождёшься! Не забывай, у нас дочери одни на двоих!

– Буду помнить всегда! И не прощаюсь! Но ты едешь в Кнара… Завтра же едешь! С утра! Меня не ищи, а садись на коня и вали отсюда! Знаю, что можешь со своим новым даром просто переместиться, но не стоит его другим показывать. Езжай, как нормальный человек. Вдохни воздух нашего мира без замковых стен – тебе это надо!

– Причём здесь Кнара?

– При том! Я слишком долго живу на этом свете, поэтому не только вижу, но и чувствую многие вещи.

– Не понял...

– А тебе сейчас и не надо! Просто поверь “тётушке-внученьке” – твоя судьба связана только с ним! Давай доиграем эту партию в шахматы и… ВСЁ!

Утром, как и просила Невва, я оседлал коня и, под дружеские напутствия жителей Шлёсс, выехал из замка. Настоятельница так и не показалась, но я спиной чувствовал её прощальный взгляд из окна Главной башни.

Первые километры дались тяжело – постоянно хотелось развернуть своего гнедого и вернуться в Шлёсс, где осталось столько хорошего. Но с каждым пройденным шагом, с каждым глотком свежего воздуха проходило ощущение грусти и просыпалось желание узнать, что там дальше – за следующим холмом. Права была мудрая Настоятельница – мне не хватало вот этой воли и простора! За несколько дней я почувствовал то, что не смог прочувствовать за два сезона – ВОЗВРАЩЕНИЯ! Несколько Проколов, с которыми я встретился и с лёгкостью подавил своими новыми умениями, лишь разогнали застоявшуюся кровь. Вспомнился самый первый, который, тогда ещё неопытным землянином, помог победить местным воительницам. Как давно это было. Из того отряда в живых осталась лишь Нирра, ставшая благородной хозяйкой Хорн и Юллана – счастливая мать. Мог ли я тогда представить, как сложатся наши судьбы? Никто бы не смог! И вот теперь я еду один, походя уничтожая Серых Тварей, от которых раньше мурашки по коже шли.

Замок Кнара показался внезапно из-за очередного холма. Сердце сжалось. Сколько же счастья и горя подарили мне его стены! Практически подъехав к Передним воротам, увидел несколько пирамид из камней, которых в мою бытность здесь не было.

Остановился и стал рассматривать их. На каждом камне было высечено имя. Много незнакомых, но некоторые я хорошо знал. Велихха… Весслуха… Борх… Огса… Рядом с тёмными пирамидками лежали несколько белых валунов. Махха-Орр-Фаль, Раппала-Орр-Фаль, Цетта-Орр-Хорн – стал читать имена на них. Селла-Орр-Кнара и... Егг-Орр. Наши камни лежали рядом, слегка соприкоснувшись сторонами. Я вспомнил, как говорил Селле о том, что надо бы увековечить память погибших таким вот образом. Не знаю, как Владетельная Ярра узнала про это, но чувство благодарности захлестнуло меня. В горле запершило. Сев на камень со своим именем, я стал гладить холодную поверхность памятника своей подруги. Прости Селла! Я здесь и живой, а ты…

– Встать! Быстро! – внезапно раздался громкий повелительный голос над ухом.

Чёрт! Расслабился совсем и перестал смотреть по сторонам! Резко повернув голову, увидел пятерых незнакомых воительниц, недружелюбно направивших на меня арбалеты.

– Ну! Живо! – произнесла, явно, главная из них женщина с колючим взглядом.

– А представляться вас не учили? – спокойно ответил ей, не делая попытки подняться.

– Рука Спокойствия Кнара! Тиусса! И если ты, тварь, сейчас не поднимешь свою задницу с этого священного камня, то моё имя будет последним, которое ты услышал в этой жизни! Хоть понял, куда сел мерзавец?!

– Очень хорошо понял, Уважаемая. И поверь, что имею право не только сидеть, но и убрать его отсюда нафиг. Это моё имя на нём высечено. Тебе, кстати, привет от моего друга Юрия.

Я медленно поднялся, расставив руки в стороны.

Арбалет Тиуссы слегка дёрнулся от моих слов, но, слава богу, ей хватило самообладания не выстрелить. Молча рассматривая меня, она на несколько секунд “зависла”, а потом, посмотрев растерянным взглядом на своих подчинённых, изрекла:

– Большой… Явно, не наш мужчина. Откуда мне знать, что ты не от Серых прибыл, а из Нест?

– Из Шлёсс, – поправил я её. – В Нест до этого наведывался. Тень рассказал, по какой причине ты сюда перебралась. Хоть и понимаю, но не оправдываю вашу с Юркой выходку. Этого достаточно, чтобы сразу меня не убивать, а сопроводить к Владетельной? Думаю, что Ярра-Орр-Кнара ещё не забыла моё лицо и сможет развеять твои сомнения.

– Свяжите его и скачем в замок! – приказала Тиусса. – А ты не рыпайся! Если почувствую подвох, то не посмотрю, что ты тут нам наплёл – сразу болт пущу между глаз.

– Даже не думаю сопротивляться и заранее прощаю такое негостеприимство. Сам бы поступил так же!

Быстро разоружили и связали. До самых ворот арбалеты неуютно смотрели на меня своими жалами. Вот так мы и вошли за стены замка. Третий раз после переноса в мир Сестёр я появляюсь в Кнара под конвоем. Кажется, это входит в традицию.

Знакомая Главная площадь… Знакомая и незнакомая одновременно. Те же дома, таверна, тренировочные круги, но чего-то не хватает. Точнее, не так – появилось новое, навсегда изменив ауру этого места. Мощёные чистые улочки, свежие постройки и другие, менее заметные глазу, нововведения сделали Кнара другим замком – не тем , что я помнил когда-то. На душе стало грустно, но и определённое облегчение тоже пришло. Я вернулся не в бывшие тревожные воспоминания, а в новое место, пусть и казавшееся чужим, но не причиняющим боль.

– Рыхова задница! – раздался удивлённо-охреневший знакомый голос. – Тиусса! Ты кого к нам притащила?! Ущипните меня хоть кто-нибудь или вашей Правой поплохеет от такого! Егг-Орр?! Висельник?! Все Твари мира! Я щас рехнусь!

Леммия! Матерщинница и дипломат! Надёжная, как скала, и умная, как змея! От её хриплого голоса словно заряд радостной бодрости в кровь впрыснули!

– Ты жива ещё, старая перечница? – в тон ей ответил я. – И я живой! Меня Сёстры специально прислали, чтобы передать тебе, что пока ругаться, как последний свинопас, не прекратишь, то к себе в чертоги не пригласят! Так