Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

с таким ожесточением смотрели друг на друга, словно и впрямь готовы были пойти на самое страшное – убийство. Борьба, как средство самообороны, сама по себе не несет какой-то неправильной или безнравственной идеи. Однако драка, приправленная теми философскими рассуждениями, которые им только что выдал учитель, представлялась весьма сомнительным времяпрепровождением.

– По моему сигналу – начинайте! Победители освобождаются на сегодня от работ! – провозгласил учитель и почти сразу же звучно хлопнул в ладоши, да так, что все его подбородки дружно затряслись, морально поддерживая своего обладателя. Началась беспорядочная возня в грязи, сопровождаемая плеском, боевыми выкриками, стонами и барабанной дробью дождя. Джехар в два счета расправился со своим соперником, Спайк верещал и кричал, как злобная собачонка, Азор дрался так же, как и вел себя в жизни – неторопливо, нехотя, с ленцой, грациозно и в целом незлобно. Чанг же, казалось, просто беспорядочно махал перед собой кулаками, не имея четких представлений об искусстве ведения боя. Да и вообще, за отсутствием правил, бой походил на какую-то бессмысленную потасовку, что, впрочем, по всей видимости ужасно нравилось преподавателю, лицо которого раскраснелось от удовольствия.

– Смысл сегодняшнего занятия не в том, чтобы освоить какие-то техники, – продолжал с важностью провозглашать он. – А в том, чтобы выявить среди вас по-настоящему сильных людей, способных бороться и созидать новое!

Жаба с самым затравленным видом глядел на своего соперника. От его былого норова не осталось и следа; с приездом в Доргейм он превратился в совершенно другого человека.

– Т-ты сильнее, – прошептал он, слегка заикаясь. – Я готов немедленно сдаться, прошу, только не бей меня.

– Я и не собирался, – успокоил его Артур. – Но давай хотя бы сделаем вид, что деремся.

И они дружно принялись имитировать драку – надо сказать, весьма вялую и унылую. Но если им и удалось обмануть преподавателя, то была тут одна пара глаз, куда более проницательных и всеведущих. Оделян не дралась с остальными, но в упор смотрела на Артура и Жабу. Выражение ее лица было столь язвительным, что у клипсянина сразу закралась мысль о том, что девушка легко догадалась об их маленьком обмане.

Как бы то ни было, им все же удалось на какое-то время избежать навязчивых реплик господина Шандонэ, наблюдавшего в основном за теми, кто дрался совсем уж плохо. Если более слабый проигрывал или уступал по силе сопернику, учитель принимался всячески его унижать, понуждая того бороться. В какой-то момент ему пришла в голову еще одна «замечательная» идея: совершить ротацию и заменить участников. Он с гордым выражением лица вывел в центр поляны какого-то здоровенного парня.

– Это Единица! – вскричал господин Шанданэ в полном восторге. – Посмотрите на его мускулы, фигуру – какие зачатки сильного человека, победителя! Он уже дважды уложил на лопатки Двадцатку и чуть не сломал ему руку. Кто захочет проявить смелость и победить этого молодца? Джехар, ты ведь у нас самый смелый?

Удивительным был тот факт, что учитель обращался к главному по его кличке. Только у вожака и Оделян существовала подобная прерогатива. Остальные являлись ничего не значащими цифрами.

Джехар с невозмутимым видом вышел вперед, однако Единица отчего-то смутился и даже чуть побледнел. Было видно, что ему отчаянно не хочется драться с вожаком, хоть он и был его крупнее раза в два и наверняка превосходил по физической силе.

– Пусть дерется с Восьмеркой, ведь Джех уже не раз побеждал его, – ехидным голосом предложила Оделян, бросив в сторону Артура насмешливый взгляд. Господин Шандонэ с большим сомнением покосился на клипсянина, угрюмо топтавшегося на месте.

– Что ж. Попробуем. Восьмерка и Единица будут драться в паре, все остальные тоже должны поменяться. Мы надеемся получить победителей.

Жаба с отчаянной тоской смотрел на то, как Артур медленно встает в боевую позицию напротив Единицы. Теперь ему все-таки придется драться с кем-нибудь, и, как следствие, быть избитым. Впрочем, ему в пару достался Азор, отчего новичок немного приободрился.

Единица был большим и квадратным по форме, так что его в принципе при желании можно было бы без проблем упаковать в квадратный саквояж, гигантский по своим размерам. Он носил кличку – Питбуль, и вполне оправдывал ее, ибо дрался чаще всего безжалостно и агрессивно. У него была внушительная шея, очень толстая и широкая, развитая мускулатура и крепкое телосложение. Худощавый и стройный Артур смотрелся на его фоне слишком хрупким.

Клипсянин исподлобья покосился на соперника; драться ему совершенно не хотелось, тем более что он не видел решительно никакого смысла в этом упражнении.

– Я не хочу драться с тобой, – отчетливо сказал он Единице. – Но мы можем создать видимость драки. – Юноша надеялся, что тот окажется таким же сговорчивым, как Жаба, и тоже в целом не желает понапрасну расходовать свои силы, однако Питбуль ощерился в злобной ухмылке, что еще больше сделало его похожим на бойцового пса.

– Я не захотел драться с Джехом, из чего ты сделал вывод, что я в принципе не люблю потасовки? Но одно дело извалять в грязи своего главного, а совсем другое – его смазливую принцессу.

Артур вздрогнул, ибо сразу узнал, кому принадлежал тот мерзкий голос в столовой. Послышались хлопки, оповестившие о начале боя, и ребята вновь с ожесточением кинулись друг на друга. Мокрые, потрепанные, с красными лицами и налипшей грязью, они напоминали злобных драных гиен. Едва раздалась команда, как Питбуль устремился в сторону Артура с такой угрюмой решимостью, словно намеревался в два счета раздавить своей тушей противника. Клипсянин же ловко увернулся. Сразу вспомнились приемы, которые он применял, когда в своем родном городе отбивался от шайки Гэта. Еще несколько подобных движений, и Питбуль, массивный и неуклюжий, поскользнулся на глине, растянувшись у ног своего соперника. Артур вскинул голову и вызывающе посмотрел вокруг: Оделян, равно как и учитель, с нескрываемым любопытством таращилась в его сторону.

– Гм, неплохо для новичка, – пробормотал господин Шандонэ себе под нос. – Я бы сказал, превосходно! Какой изящный стиль ведения боя! Как чисто все проделано!

– Чепуха! – заявила Оделян с заметным раздражением. – Я сама буду драться с ним.

Учитель просиял от удовольствия, а ребята, измученные борьбой, остановились и теперь растерянно переглядывались между собой. На их лицах было написано недоумение, из чего можно было сделать вывод, что сама Оделян нечасто участвует в подобных боях.

– Восьмерка дерется с Оделян! – воскликнул господин Шандонэ и даже захлопал в ладоши, словно его самого чрезвычайно забавляла вся происходящая ситуация. Артур угрюмо покосился на свою будущую соперницу.

– Я не дерусь с девчонками, – пробормотал он сквозь зубы.

– Что-что? – переспросил учитель и даже сложил