Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

так будет лучше. Сейчас ей нужно холодное сердце и трезвый рассудок, чтобы придумать, что делать с Реаром. Самым простым и верным решением было бы просто убить его. Как в шутку говорили на её планете: «Нет человека — нет проблемы».

Но... даже находясь под действием эмоционального нейтрализатора, Ирмелис мгновенно отбросила эту идею. Да, он был Союзником и Адмиралом вражеского флота... Но... Реар не был плохим человеком (что-что, а в людях наёмников хорошо учили разбираться), и Ирмелис не могла найти оправдания такому радикальному поступку! Да, у неё не было теперь эмоций, но принципы-то никуда не делись!

Был вариант подловить Реара, вырубить, упаковать его в криокапсулу и сдать на ближайшей космической станции. Но как-то это тоже было не то. Начнут спрашивать: кто он, откуда, почему нет файла в межпланетной системе... Кому нужен этот геморрой? Нет, этот вариант явно не подходит!

Ирмелис решительно направилась в кабину с управлением.

— Мира, открой карту полёта, — скомандовала Ирмелис.

На стекле иллюминатора мгновенно развернулась детальная карта ближайшего космического пространства.

— Мира, убери все астероиды и объекты, которые не попадают под классификацию планет.

Карта заметно упростилась.

— Убери, пожалуйста, все планеты, непригодные для жизни, — отдала очередной приказ Ирмелис и, подумав, что приказ недостаточно точен, добавила: — Оставь только планеты, на которых человек может существовать без скафандра.

— Капитан, таких планет не существует.

Ирмелис чёртыхнулась:

— Хорошо, найди мне ближайшую заселённую «дикую» планету!

Экран мигнул, и Ирмелис впервые за последние несколько часов улыбнулась.

— Мира, изменить маршрут на Солару.

— Так точно, капитан. Маршрут до планеты Солара проложен. Мы прибудем туда через две недели, три дня и восемь часов.

Глава 44

Утром Реар почувствовал, что в Ирэне снова что-то неуловимо изменилось. Нет, она не доводила его, как раньше... Но... наверное, было бы лучше, если бы всё-таки доводила? Просто Реара не покидало ощущение, что что-то было не так! В её поведении появилась какая-то фальшь. Она смеялась, шутила, дурачилась с мелкими и, как всегда, подкалывала его за завтраком... НО... Реар чувствовал, что перед ним опять личина. Отменная по качеству исполнения, но всё же — личина.

И самое паршивое, что он даже бы не смог объяснить, как пришёл к такому выводу. В душе прямо всё кричало, что Ирэна вдруг снова захлопнула перед ним створки своей души. И Реар мог только догадываться о причинах. Вчерашний вечер оставил у него в душе воспоминания тепла и чего-то волшебного. Ощущение, что он наконец нашёл женщину, которая смогла бы по-настоящему стать его второй половиной. И он видел, что Ирэна тоже к нему неравнодушна... Он помнил её нежную улыбку. Её эмоции вчера были настоящими. Её смех, её улыбка — да абсолютно всё.

Тогда какого ж хрена сейчас в душе всё крошится и болит, когда он видит перед собой ожившую куклу, у которой диапазон эмоций, как у табуретки? Почему сегодня ему кажется, что перед ним робот, который очень старается показать нужные эмоции?..

Реар окаменел от пронзившей его догадки. Нет! НЕТ! ПОЧЕМУ! Нет! Ему показалось!.. Но как бы он ни хотел найти опровержения своей догадке — к концу завтрака перед ним было всё больше и больше фактов, подтверждающих его самые страшные опасения.

Он слышал об эмоциональном нейтрализаторе. Проклятье! Были веские причины, по которым эта гадость была под запретом почти на всех цивилизованных планетах. Сыворотка этой дряни могла превратить абсолютно нормального человека в безэмоционального убийцу-психопата, который способен на любой, даже самый непредсказуемый поступок. Всё, что стояло между таким человеком и теми, кому не повезло оказаться рядом, — это личные моральные принципы, дисциплина и железное самообладание этого самого человека.

И Реар, несмотря на то, что проникся безграничным уважением к Ирэне, всё ещё недостаточно хорошо знал её, чтобы быть уверенным в том, что она сможет сдерживать себя.

Реар незаметно заныкал нож. Если Ирэна кинется на детей, он хотя бы сможет её замедлить! Он подумает о причинах, побудивших её принять эмоциональный нейтрализатор, позже, а пока он должен просто не спускать с неё глаз.

Но, вопреки его опасениям, день выдался скудным на события. Ничего необычного не произошло — ни после завтрака, ни в обед, ни когда он с Ирэной вместе готовили ужин... Даже во время тренировки не случилось ничего необычного, хоть Реар намеренно пропустил пару ударов, чтобы подтвердить свою догадку. Ирэна же, вместо того чтобы воспользоваться предоставленной возможностью и попытаться его убить, только обозвала его «зявой» (это ещё кто?) и посоветовала не ловить ворон, пока она ненароком ему «бурульки не оттяпала».

А после тренировки Ирэна, зевая, заявила, что идёт спать, так как почти всю ночь проторчала в сети, читая «обалденный любовный роман».

Стоит ли говорить, что к концу дня Реар уже основательно запутался и склонялся к мысли, что у него глюки. Может, действительно показалось? Если Ирэна действительно не спала всю ночь, трудно ожидать от неё каких-то эмоций!

Почему же тогда в душе прочно обосновалось ощущение неправильности происходящего?..

Дни шли за днями. Реар не спускал с Ирэны глаз, наблюдая, анализируя, сравнивая её поведение с тем, что он видел раньше, и с каждым днём ему становилось хуже от осознания простой истины — ему не показалось. Ирэна действительно изменилась. Она стала другой. То, что делало её такой особенной, живой и настоящей, исчезло без следа. Осталась... Кто остался? Реар не знал, но понимал, что нужно быть на чеку.

Он старался вставать немного раньше и никогда не оставлял детей с Ирэной наедине. Спать он тоже отправлялся только после Ирэны, благо расписание своё она не изменила. Он не подавал виду, что заметил перемены в её поведении. Всё так же язвил, подшучивал, помогал... И... до зубовного скрежета скучал по НАСТОЯЩЕЙ Ирэнe! Ему так её не хватало! Не хватало мягкости в её взгляде, когда она на него смотрела, её искреннего смеха, её заботливого ворчания и весёлых рассказов!

Да он даже готов был снова услышать её оскорбительное сравнение с Весёлым Исполином, потому что это бы означало, что перед ним снова настоящая ОНА!

Реар зарычал и впечатал кулак в стенку душевой кабинки.

— Твою ж мать! Что происходит?!

Ответов не было. Душ шумел, смывая порозовевшую от крови с разбитых костяшек воду, и Реар понимал, что, скорее всего, снова будет пол-ночи маяться от бессонницы в тщетных попытках разобраться в ситуации.

Раздражённо выключив душ, мужчина, обернув полотенце вокруг бёдер, направился