"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

Ближайший воин что-то произнес, глядя на меня, и вопросительно приподнял бровь. Я выдавила из себя улыбку и пожала плечами. Альгидрас попытался что-то сказать, но тот, что был у них за главного, поднял руку, велев ему замолчать, и воин повторил свой вопрос.

– Он спрашивает твое имя, – произнес Альгидрас на русском.

– И что ответить? – растянув губы в улыбке, спросила я.

– Ищто атвети? – переспросил воин, и его брови удивленно взлетели.

– Имя, – с нажимом произнес Альгидрас.

– Надя, – ответила я.

Воин помотал головой и что-то спросил.

– Надя, – повторил Альгидрас, но главный что-то сказал ему, и он пояснил: – Повтори сама.

– Надя! – громко произнесла я.

– Надия, – повторил воин и кивнул.

Главный обратился к одной из женщин, которые успели собраться вокруг нас, и та поманила меня к себе.

Альгидрас выставил руку, не давая мне сдвинуться с места, и вновь обратился к главному. Тот молча выслушал его речь, а потом развел руками и что-то ответил. Альгидрас на миг сморщил переносицу и повернулся ко мне:

– Тебе придется пойти с ней в женский дом. Там вы отдохнете и вас накормят.

– А ты? – шепотом спросила я.

– Я пойду с ними. Позже мы встретимся.

– Это опасно?

– Нет, – ответил он, но я поняла, что сам он в этом не уверен. – Если бы я назвал тебя женой, было бы проще.

– Они могут что-то сделать мне? – оглядывая мужчин, наблюдавших за нашей беседой, уточнила я.

– Пока я жив, не посмеют. Закон гостеприимства.

– Постарайся прожить подольше, – раздраженно произнесла я и, выдавив из себя улыбку, пошла за женщиной, крепко держа сына за руку.

Можно же было предупредить, что с сестрой тут не станут церемониться? Впрочем, с чего я взяла, что с женой стали бы? Что им помешало бы точно так же убить мужа и забрать вдову в качестве трофея? Какого черта он переправил нас сюда, а не в Свирь?

На нас с Димкой глазели как на зверушек в зоопарке, а я думала о том, что его трусы с крабами произведут фурор, если кому-то доведется их увидеть. Остальная одежда, конечно, тоже могла вызвать вопросы. Но она, к счастью, хотя бы была однотонной и без рисунков. Я размышляла обо всем этом, лишь бы не думать о взгляде, которым проводил меня воин, спрашивавший мое имя.

Женский дом оказался длинным одноэтажным строением с большой террасой. Нас пригласили внутрь, и я, сжав зубы, вытерла ноги о лежавшую у входа циновку. Кажется, я все же умудрилась проколоть ступню. Женщина посмотрела на мое напряженное лицо и, взяв меня за руку, повела за собой.

Мы прошли комнату, в которой в окружении циновок располагался низенький стол, затем комнату, где по стенам были развешаны полки с какими-то сосудами и блюдами, и оказались в небольшом помещении, в котором стояла медная ванна. Мгновение спустя комнату заполнили девочки-подростки, принесшие кувшины с водой. Женщина, которая нас привела, что-то ласково приговаривала, гладя притихшего Димку по волосам, а мне оставалось лишь вежливо улыбаться, бессильно злясь. Я вновь оказалась в мире, где полностью завишу от воли других людей. Но в этот раз на кону стояла жизнь моего сына, и мне хотелось убить Альгидраса на месте за этот дурацкий переход сквозь миры.

Искупав Димку и приняв ванну, я почувствовала себя значительно лучше. Нам принесли чистую одежду, и мне пришлось потратить некоторое время на то, чтобы убедить сына, что отсутствие белья – местная мода и придется ей следовать. К счастью, ему принесли рубашку и штанишки. Если бы ему выдали одну лишь рубашонку, как носили маленькие мальчики в Свири, боюсь, мне бы пришлось туго.

Отвлекшись на уговоры, я немного успокоилась. В конце концов, в этот раз я была не одна, Альгидрас не даст нас в обиду. Димку уж точно, а сама я как-нибудь разберусь.

Выданное мне платье представляло собой кусок светло-серой ткани, сшитый наподобие мешка, к левому боку которого крепилась широкая полоска белого материала, ложившаяся складками на правое плечо. Широкий пояс в тон полоски на плече застегивался на мелкие деревянные пуговицы. Я не была уверена в том, где должны располагаться застежки, но на всякий случай, застегнув пояс, передвинула ряд пуговиц на спину, решив, что если ошиблась, то просто поверну их на живот.

Наше нижнее белье я спрятала под платье так, чтобы оно оказалось под поясом. Объясняться с кем-нибудь из-за трусов с крабами или кружева на своем бюстгальтере мне не хотелось. Взяв сына за руку, я вышла из комнаты. Нас поджидали две женщины и пять девочек разных возрастов. Они принялись поочередно представляться, прикладывая ладонь к груди. Я назвала наши с Димкой имена, и женщины заулыбались. Вдруг девочка чуть старше моего сына взволнованно затараторила, указывая на пол. Посмотрев туда, я обнаружила, что моя ступня оставила кровавый след. Пожилая женщина, назвавшаяся Граной, проворно схватила меня за руку и отвела к низкой скамейке у стены. Две девочки куда-то убежали и вскоре вернулись с кувшинчиком мази и тряпицами. Глядя на то, как Грана ловко обрабатывает и перевязывает мои ноги, я подумала, что все-таки скучала по этому миру. Несмотря на все его неудобства.

Димка стоял рядом со мной, держал меня за руку и изо всех сил сочувствовал. Выражалось это в громком сопении и сложенных домиком бровях. Грана поглядывала на него и ласково улыбалась. Я пыталась быть настороже, но, видя их доброе отношение, против воли расслаблялась.

Вдруг за дверью раздался мужской голос, и девочки гурьбой бросились из комнаты, что-то наперебой крича. Грана улыбнулась и сказала:

– Грит.

Я вежливо кивнула, понятия не имея, что это означает. Если придется здесь задержаться, нужно будет хоть немного освоить их язык. Полагаться лишь на Альгидраса было бы неразумно: весь мой прошлый