"Фантастика 2025-34". Компиляция. Книги 1-26 - Алиса Бодлер

Однознозвездных кланов в стране хватало. В разные века их число колебалось от полусотни до сотни. Если сравнивать силу их магов и магов из беззвездных кланов, то разница была невелика. Полранга в среднем.

Двухзвездных кланов в стране было всего три. Непризнанные великие.

И их статистика фактически ничем не отличалась от официальных великих, то есть трехзвездных.

Зато от однозвездных и великих, и непризнанных великих отделяла пропасть. Больше ранга в среднем.

А среди великих выделялись Махападма. Еще плюс полранга.

То есть в среднем аристократ с фамилией Махападма превосходил аристократа из беззвездного клана как минимум на два ранга. Солидно.

Риана не поленилась, сделала подборку еще и по магам свободных родов: отдельно вечные, древние, старые и молодые.

Тут картина была яснее.

Тысячелетие истории рода давало прибавку в силе представителя этого рода в среднем на треть ранга. То есть древние роды были сильнее молодых родов примерно на ранг.

С вечными было непонятно. У них намного чаще, чем у просто древних родов, появлялись маги девятого ранга. Но и только. В среднем заметного усиления сам по себе статус вечного рода не давал.

Странно, на самом деле. Практически все аристократы, с кем я общался на эту тему, говорили об усилении именно вечных. Не древних. Или это такой же миф, как и «неубиваемость» вечного рода?

Также я не поленился и погонял цифры с учетом сразу двух факторов: возраст рода и клановые «звезды». И вновь не получил однозначной картины.

Осталось ощущение, что если возраст рода дает одну и ту же величину прибавки на каждую тысячу лет, то усиление от клановой «звезды» нелинейно. Хуже всего оно работает на молодые роды, лучше всего — на древние. Но учитывая, что в одном клане, как правило, собираются роды разных возрастов, то и коэффициенты у каждого свои.

Возможно, конечно, дело не в этом. Ведь значимых факторов может быть и больше. Взять количество родов в клане, например. Должна быть разница, когда сила «звезды» делится на пять или на десять родов. Наверное.

К тому же, я прекрасно помню тех же Мехта, которые с малых лет кормят всех своих детей «специей роста». И, несмотря на то, что сами Мехта — всего лишь старый род, а древних родов у них в клане практически нет, они ничем не уступают остальным великим кланам. А кого-то и превосходят.

Это уже, как минимум, четыре фактора. И наверняка я еще что-то не учел.

Интересно, есть в этом мире спецы по математическим моделям? Компьютеры тут, конечно, дохленькие по меркам моей эпохи, но простые построения вроде системы уравнений с четырьмя неизвестными, по идее, должны бы потянуть.

Надо будет поручить кому-нибудь поиск таких людей. Вручную я эту задачу и за месяц не решу.

* * *

Когда Рачана вошла в мой кабинет, я слегка улыбнулся и кивнул ей на кресло около моего рабочего стола. Мирайя с утра предупреждала, что Рачана просила выделить ей время, и я ее ждал.

— Проходи, располагайся, — сказал я.

— Спасибо, Шахар.

Она уселась в кресло и произнесла:

— Я подумала над твоим предложением. И знаешь… есть у меня одна идея, но я не уверена, что она придется тебе по душе.

— Слушаю тебя, — нейтрально отозвался я.

— Пока я разбиралась с социальным кодексом рода, — начала Рачана, — мне было тяжеловато. Как бы ни был молод мой род, я — урожденная аристократка, и многих вещей я просто не понимаю. Я не знаю, что из вещей ценнее для людей, которые по моим меркам живут очень бедно. Мне было сложно расставить приоритеты.

Я откинулся на спинку кресла и с интересом слушал. Рачана не из тех людей, кто готов изливать душу первому встречному, и такие вещи она не стала бы излагать, если бы без этого можно было обойтись.

— Во многом потому, что слуги рода — не солдаты, — продолжила она. — Вот с солдатами я как раз прекрасно понимаю, что нужно. В форте я как раз и занималась обеспечением повседневных нужд военных. И меня не раз ставили в пример, как хорошего хозяйственника.

Кажется, я начинаю догадываться, куда она клонит.

Собственно, с этого и начался ее первый конфликт с моей женой: Рачана попыталась взять в свои руки управление особняком. По привычке, как я сейчас понимаю.

— Если я могу пригодиться тебе в таком качестве, то я с удовольствием этим займусь, — закончила свою речь Рачана.

— А тебя не смущает снижение перспектив? — поинтересовался я.

Рачана понимающе усмехнулась.

Я предлагал ей расширить социальный кодекс рода на клан. И, соответственно, оставить эту сферу полностью за собой. Глава одной из служб великого клана — это очень серьезный статус. Тем более, для женщины. В этом мире их неохотно подпускают к управлению делами.

Сейчас же Рачана добровольно сдает позиции.

В клане нет службы снабжения как таковой. Да она и не нужна, по сути. Разве что небольшой отдел снабжения есть при клановой армии. В остальном клановые получают жалование, на которое и обеспечивают себя сами.

А родовая служба снабжения — это все-таки не тот уровень. Родовые службы — локальная и закрытая вещь. Главу СБ рода знают многие. Как и командира родовой гвардии, например. Но остальные родовые службы, как правило, в тени.

Да и именно в снабжении у меня очень хороший руководитель. Дадабхаи, изначально бывший моим секретарем, потом церемониймейстером рода, в итоге отлично прижился на посту главы службы снабжения. Он — один из немногих, кого я не планировал менять на более подходящего человека в будущем.

— Нет, не смущает, — спокойно пожала плечами Рачана. — Я хочу работать на благо рода, но совершенно не уверена, что готова выходить в большую политику. Глава социальной службы великого клана — слишком крупная фигура. И слишком… уязвимая. Меня однозначно будут проверять на прочность, будут подставлять и давить. И я не хочу тебя подвести.

Я окинул ее задумчивым взглядом.

Будь на ее месте мужчина, я сказал бы, что он банально боится ответственности. И, в принципе, это достаточный аргумент, чтобы не ставить человека на такую должность. Не готов — значит, не готов.

Но Рачане действительно будет тяжелее, чем любому мужчине. Ее будут проверять на прочность все, кому не лень, просто потому что она — женщина. Это мне плевать на пол, лишь бы человек мог и делал. А большинство мужчин не захочет принять женщину