Фантастика 2026-86 - Женя Юркина

Лада не думала, что все произойдет так быстро, да и никто не ожидал, даже Яровит. Сначала появилась тошнота. Лада отхлебнула из фляги, и ее тут же стошнило, затем еще раз. Потом стало рвать кровью. Девушка смотрела на темные сгустки и не могла поверить: неужели это конец? Так быстро? Без малейшего шанса на спасение? Неужели не прилетит волшебник в голубом вертолете и не подарит чудодейственную пилюлю для нее и друзей? Рядом закашлялся Лель, казалось, его легкие раздирают изнутри. А ведь все неплохо начиналось.

Они почти прошли Ржавый лес, когда Лада ощутила удар. Не физический – ментальный. До этого ей казалось, что такое бывает лишь в фильмах типа «Звездных войн». А сейчас она на себе почувствовала удушающий захват из смеси ненависти и злости. Девушка рухнула на колени, из глаз брызнули слезы. Остальные тоже боролись с атакой неведомого противника, а потом все исчезло – но не совсем, а будто враг отступил на время, выжидая удобный момент для нового нападения. И вскоре они его ощутили.

– Нашел в кого влюбиться! В Морену! – Посвист произнес эти слова, будто выплюнул.

Его лицо перекосила ненависть. Лада вздрогнула: что это с ним?

– Ты просто мне завидуешь! – Бог любви сорвался на фальцет. – Морена не такая, как остальные. Она поклялась не вредить нам.

– Она лгунья! – Посвист оттолкнул брата от себя.

– Зато она живая, – бросил Лель. – А что ты сделал для своей возлюбленной? Оставил умирать от старости?

Казалось, они сейчас сцепятся в смертельной схватке. Лель и Посвист бросали друг на друга яростные взгляды.

– Прекращайте! – Яровит встал между ними. – Морок сейчас потешается над вами. Боритесь.

Бог ветра устало опустился на землю.

– Прости, не знаю, что на меня нашло, – прошептал он.

– Да понятно что, – Лель сел рядом. – И ты извини, это не мои слова и не моя злость.

– Забыли.

Тогда они и увидели это – огромную черную воронку, уходящую вглубь земли. Словно сюда упал огромный метеорит и пробурил дыру до центра планеты. И теперь оттуда что-то изливалось: мрачное, масляное, но не нефть – отрицательная энергия, вроде антиматерии, похожей на живое существо. Она лишала воздуха, воли, эмоций. Темное нечто проникало внутрь, уничтожая все цветастое – радость, любовь, настроение. Лада напоминала себе выпотрошенную рыбу, которая несмотря ни на что не хочет умирать.

У девушки возникло ощущение, что ее засасывает в бездонный омут мощное течение. Лада хваталась за землю, ломая ногти, упиралась ногами, но ее тянуло в воронку, поглощала чужая воля. Посвист протянул руку и схватил Ладу за запястье.

– Сопротивляйся! – крикнул он.

Лада не могла, у нее ничего не выходило, будто из девушки выкачали весь воздух. Она походила на сдутый шарик, который лежит безвольной тряпицей, ни на что не годный.

– Лель, помоги! – позвал Посвист.

Тот подполз, не в силах передвигаться. Вдвоем они тянули Ладу изо всех сил, но злая воля была неумолима – Лада сползала в дыру.

Появился Яровит, но и он ничего не смог – к Ладиным ногам точно привязали гири, и они тащили девушку на дно.

– Цепляйся! – Лада не поняла, кто это сказал.

Цепляться ей было не за что и не за кого. Подруга и одноклассники забыли про нее. Родители и сестра умерли. Отчего дома нет. Любви тоже – могла бы быть, только времени не хватило, чтобы ей расцвести. Лада смотрела на друзей пустыми глазами. Зачем они держат ее? Ничего не выйдет, как бы еще за собой не утянула.

– Мы рядом, борись! Ты нужна нам, – кажется, это Лель.

Лада устала. Почему они не отпустят ее? Хотелось закрыть глаза и плыть по течению, убаюканной волнами. Ни о чем не думать, ничего не желать. Плыть и плыть. Кто-то ее встряхнул.

– Пожалуйста! Иначе мы не справимся, – это Посвист.

Чего они все желают от нее? Лада не воительница в блестящих латах, не героиня с суперспособностями. Она так и не привыкла быть богиней. Ей все мерещится, что совсем скоро дурной сон кончится, и Лада очнется в своей кровати в родном доме. Прибежит Милена, заглянут родители. Ей больше ничего не надо!

– Лада, возвращайся к нам! – голос Яровита напоминал гудение трубы, такой же настойчивый.

Никак не отстанут. Придется послушаться, она слишком слаба, чтобы сопротивляться, а эти так прилипчивы.

Лада с трудом поднялась, одежда была в грязи – ее тащили прямо по земле. Качало.

– Спасибо, – слова давались с трудом из-за спазма в горле.

– Пошли отсюда, – Лель с Посвистом поволокли девушку прочь от воронки – сама она идти не могла.

– Почему?! – Лада едва отдышалась. – Почему именно на меня так воздействует это место?!

– Из-за метки, – Яровит протянул флягу. – Ты ослаблена.

– Нам с Лелем тоже влетело. Много еще осталось? – спросил Посвист.

– По моим прикидкам, километра четыре, – Яровит забрал у Лады рюкзак. – Пошли, времени в обрез.

Сначала Лада шла спотыкаясь, потом походка окрепла, а еще через полчаса у Лады случился приступ тошноты. Следом свалился Лель.

– Что за хрень? – возмутился он. На губах бога любви выступила розовая пена.

– Радиация, – бросил на ходу Яровит, он и не подумал замедлить шаг.

– Почему такая сильная? – Лель сплюнул кровь на землю. Его вопрос остался без ответа.

Посвист вновь подхватил Ладу за локоть.

– Давай стрелы, – предложил он.

Лада упрямо замотала головой:

– Я сама.

Бог ветра не стал спорить. Они так и шли: Лада навалилась на Посвиста всем телом. Рядом брел Лель, содрогаясь всем телом от приступов кашля. А потом рухнул Яровит.

Бог воинов упал лицом вниз, будто его срубили взмахом топора. Лель и Посвист бросились к нему, а Лада опустилась на траву. Зубы стучали все сильней, девушку колотило. Она дотронулась до лба – горячий. Лель и Посвист хлопотали возле дядьки, а Лада закрыла глаза – как же тяжело. Обидно погибнуть за полшага до цели. И погубить остальных, ведь все отправились в дорогу из-за нее. Лада попробовала встать, ноги подкашивались. Тогда на четвереньках доползла до ближайшей ветки, валявшейся на земле, и с ее помощью поднялась. Она долго не могла отдышаться, а затем пошла – шаг за шагом, не оглядываясь на других.

Ноги будто налиты свинцом. Чтобы их передвинуть, надо совершить усилие, которое отдается звоном в ушах и темнотой в глазах.

– Не сдамся, – шепчет девушка. – Умирать буду, но белого флага не дождетесь.

Она сама не знает, кому адресованы ее слова: себе, врагам или друзьям. Может,