Топить в огне бушующем печали. Том 2 - Priest P大

ситуация приведет к панике среди обычных людей», – подумал Янь Цюшань. Он снял с пальто металлическую пряжку и быстрым движением потер ее в ладонях. От прикосновения его рук металл растаял и застыл снова плоским, тонким, словно крыло цикады, лезвием.

* * *

Было раннее утро, автомобили на дороге хоть и в малом числе, но уже появились. Автобус дальнего следования остановился как раз недалеко от оперативников. Водитель резко затормозил, из окон высунулись заспанные пассажиры. Несколько секунд люди растерянно глядели на змея, подозревая, что просто не до конца проснулись. Лишь когда змей раззявил кровожадную пасть, люди невольно взяли с него пример и широко раскрыли от удивления рты, втягивая свежий утренний воздух. Змей ринулся на автобус, намереваясь перекусить его надвое, пассажиры наконец-то проснулись и оглушительно завопили хором.

Водитель автобуса запаниковал и начал разворот на сто восемьдесят градусов, но во время разворота зацепил проезжавший мимо микроавтобус, а затем его толкнул задом большой грузовик, водитель которого потерял управление.

Крики людей, рев чудовищ, визг аварийных сигнализаций…

Чжан Чжао в отчаянии вдавил кнопку секундомера – время на секунду застыло. Оперативники кинулись к пассажирскому автобусу и голыми руками оттолкнули его в сторону.

Зубы змея клацнули по воздуху, он принялся извиваться, рассвирепев пуще прежнего. Тем временем Гу Юэси «рентгеновским зрением» взглянула на его голову и увидела, что он ненастоящий: внутри не оказалось ни мышц, ни сосудов, а вместо скелета был искусственный металлический каркас, обтянутый змеиной кожей. Что-то блеснуло у него в области глотки.

– Осторожно! – только и успела выкрикнуть она, как змей вдруг вытянулся вертикально, широко разинул пасть и изверг клубы густого дурно пахнущего тумана.

Ветер в округе как раз утих, все затянуло облаками, стояла высокая влажность. Змей сработал как генератор дыма, а туман, вырывающийся из его пасти, вел себя как живой: он вбирал в себя всю пыль и водяной пар и, закручиваясь вихрем, расползался по окрестностям. Видимость стремительно падала.

Что кроется во мгле – было не разглядеть, противотуманные фары ее не пробивали, уже на расстоянии в несколько цуней от машин едва виднелся лишь тусклый свет.

– Звоните в департамент транспорта, пусть немедленно перекрывают дорогу!

– Я вас не вижу! Командир Гу, сколько же там змей? Будто демоны разбушевались и пустились в пляс!

Мутировавшее дерево росло все выше и выше, размахивая непрерывно вытягивающимися ветвями, как плетьми, беспорядочно круша все вокруг. Несколько оперативников, оказавшихся ближе всех к змею, словно угодили в густой суп и уворачивались от врага, полагаясь исключительно на слух. За исключением обладательницы «рентгеновского зрения», никто уже не мог разглядеть, что происходит вокруг.

Сперва Гу Юэси хотела броситься вдогонку за Янь Цюшанем, но поняла, что положение безвыходное: что отступать, что идти вперед – одинаково плохо, и ей уже никуда не деться с места происшествия.

* * *

«Такой хаос начнется, что и представить страшно», – думал Янь Цюшань. Он все ускорялся, скользя вглубь закованного холодом горного леса. Оперативники Бюро несли полную ответственность за любой вред, причиненный случайным гражданским, и в такой сумятице любой из них непременно попытается взять ситуацию под контроль, эвакуировать людей и, насколько возможно, минимизировать число потерь среди простого населения. Тогда, сколько бы подразделений «Фэншэнь» рядом с ним ни было изначально, это уже не будет иметь значения – руки будут связаны у всех.

По счастью, мишенью был он один, а потому ему нужно было прежде всего уйти как можно дальше от обычных людей. Противник не станет напрасно тратить силы, чтобы причинить вред каким-то случайным путникам, и тогда «Фэншэнь» сумеет справиться с ситуацией. К тому же он и не мог рассчитывать на защиту «Фэншэнь» – в конце концов, тот, кто выдал их маршрут, практически наверняка был одним из его «братьев по оружию», а он не собирался очутиться между двух огней.

Раздался рев двигателей мотоциклов. Откуда ни возьмись появились несколько силуэтов и устремились прямо к Янь Цюшаню. Эта часть его пути шла через густой лес, который пересекали труднопроходимые горные тропы. Те, кто намеревался убить его, как следует все просчитали и выбрали подходящее место – в такой местности вертолету Бюро было попросту негде приземлиться.

Янь Цюшань легонько оттолкнулся от земли, ловко свернул в сторону и нырнул в чащу. Сухие ветки царапали лицо и шею, оставляя за ним кровавый след, но они также преграждали путь преследователям на мотоциклах.

Вот только…

В следующее мгновение земля у него под ногами разверзлась, из трещин появились две искусственные змеи и свирепо кинулись на него. Одна нависла над ним слева, другая – справа, но, когда он оказался прямо между ними, обе змеи вдруг забились в конвульсиях и взревели от боли. Огромные головы деформировались – металлический каркас обратился острыми лезвиями и распотрошил их изнутри, проткнув кожу насквозь.

Если они хотят его смерти, им придется потрудиться – так просто его не возьмешь.

Янь Цюшань круто развернулся и остановился. Он сглотнул подступившую к горлу кровь, смахнул большим пальцем холодный пот со лба и рассмеялся. Слабым голосом запыхавшегося, больного человека он произнес:

– Разве матушка Юй не учила вас, что линия металлов – заклятый враг марионеток?

015

Из чащи выскочили мотоциклы – они промчались по дороге, проломленной в чаще змеями, – и окружили Янь Цюшаня со всех сторон. Перепуганный воробей захлопал крылышками, взлетая, но вдруг наткнулся на невидимую преграду и шлепнулся на землю. От него осталось лишь кровавое месиво.

Ощущение давления нарастало. Краем глаза Янь Цюшань заметил, что свет вокруг него преломляется странным образом, а сам он стоит прямо в центре получившейся окружности. Он понял, что противник разворачивает некое пространственное построение, собираясь поймать его так же легко, как черепаху в тазу.

– Господин Нянь, – шесть «всадников» на мотоциклах разом сняли шлемы. Показались шесть совершенно одинаковых деревянных кукольных лиц. Такое зрелище напугало бы любого – ярко-алые губы и зеленые глаза выглядели по-настоящему жутко. Открывая рты в унисон, куклы хором заговорили:

– Янь Цюшань, ты мог бы стать лучшим из лучших, но предпочел пасть и остаться паршивым псом. Что ж, если тебе так нравится ходить на поводке у презренных простых смертных, полай-ка и нам. Если мы останемся довольны твоим тявканьем, то оставим твой труп в неприкосновенности.

Янь Цюшань никогда не ввязывался в бессмысленные пререкания. Не шелохнувшись, он неторопливо обвел взглядом обступивших его деревянных кукол и выставил вперед клинок параллельно земле. В сверкающем лезвии отражалось его лицо – с чертами столь острыми, словно их вырезали ножом.

– А знает