"Фантастика 2026-101". Компиляция. Книги 1-26 - Виталий Конторщиков

чистое утреннее небо. Сам рейд, где мы ждали разрешения на вход, был заполнен кораблями всех мастей: элегантные парусники с убранными парусами, паровые буксиры, грузные баржи, нагруженные товарами, и сотни рыбацких лодок, которые, словно юркие мальки, сновали между гигантами. В воздухе стоял густой, ни с чем не сравнимый запах моря, смешанный с ароматами угльного дыма.

Как только «Царь» бросил якорь, к нам подошел небольшой катер карантинной службы. Несколько человек в строгой форме и белых перчатках поднялись на борт. Нас быстро осмотрели, затем появились пограничники и таможенные службы. Такая же быстрая и формальная проверка — мы, пассажиры первого класса, лишь мельком показали паспорта. Таможенники, чуть более дотошные, но все же без лишней суеты, осмотрели наши саквояжи и чемоданы. Подивились спиритическому столику, но ничего не сказали. Через час после швартовки первый класс уже был готов сойти на причал.

Едва трап был опущен, как внизу начала скапливаться толпа. Причал, до этого казавшийся лишь серой полосой камня, был запружен народом. Глаза всех собравшихся были прикованы к Калебу, к его необычной, притягивающей взгляд фигуре в индиговом балахоне.

— Менелик! Менелик Светлый! — неслись крики, сливаясь в единый хор.

Матросы парохода и охрана Картера еле сдерживали этот человеческий прилив. Десятки репортеров, с громоздкими фотоаппаратами, ринулись вперед, пытаясь прорваться сквозь заслон. Вспышки магния, яркие и резкие, били по глазам, ослепляя, превращая лица в маски, а окружающее пространство — в череду хаотичных, мимолетных кадров. Калеб, до этого державшийся с показным спокойствием, заметно напрягся. Его глаза, чувствительные к свету, щурились, а на лице читалось растерянность, смешанная с легким испугом. На борту «Царя» он уже привык к известности, но здесь, на берегу… тут была совсем иная картина.

В этот момент, когда ажиотаж достиг своего пика, сквозь толпу, пробились две знакомые фигуры. Артур и Картер. Растрепанные прически, тревожные лица…

— Что происходит? — встретил я их резком вопросом

— Сами удивляемся — развел руками Артур, наклоняясь к моему уху — Рекламная кампания превзошла все ожидания. Приезд Менелика — новость номер один во Франции.

Парень протянул мне стопку журналов и газеты. Они все пестрели фотографиями Калеба и броскими заголовками.

Я развернул Фигаро. На первой полосе — огромная фотография Калеба в его индиговом балахоне, с загадочно прищуренными глазами, а под ней — заголовок: «Менелик Светлый: Африканский провидец прибывает в Европу!». Снимок мы делали еще в Гринвичи — Артур увез во Францию негативы. Статья, написанная пафосным языком, рассказывала о его мистическом даре, о загадочных предсказаниях, о древних духах Танганьики, которые говорят его устами. Рядом с ним была небольшая моя фотография с подписью: «Итон Уайт: Американский магнат, открывший миру провидца». В принципе все было именно так, как я и задумал.

— Мои поздравления, Артур, — произнес я, подавив улыбку. — Вы проделали отличную работу.

Сорок тысяч франков и такой пиар… Можно сказать по дешевке купил французскую прессу.

— Связи с парижским отделением Пинкертонов установлены, — добавил Картер, его голос был сухим, деловым. — Особняк на площади Вандом арендован. Готов к приему гостей.

Я кивнул. Все механизмы моей сложной игры уже были запущены. Теперь оставалось лишь наслаждаться представлением, что я сам и режиссировал. Я обвел взглядом репортеров, их камеры, их жадные до сенсации глаза. Момент был идеальным. Вышел вперед, приподнял шляпу над головой:

— Господа, — произнес я, повысив голос, чтобы меня услышали. — Небольшая пресс-конференция «на ногах». У вас есть несколько минут. Менелик не владеет французским, я буду переводить.

Ситуацию мы с Калебом проговаривали, поэтому я был спокоен за «представление». Облизываю губы — альбинос начинает говорить на суахили, прикрываю глаза — заканчивает.

Репортеры, словно по команде, ринулись ко нам, окружив плотным кольцом. Вспышки снова начали сверкать, вопросы посыпались со всех сторон, накладываясь друг на друга, превращаясь в бессвязный гул.

— Месье Уайт, — крикнул один из них, с блокнотом в руке. — Что вы можете сказать о провидце Менелике? Он действительно общается с духами?

— Вы сами все увидите, — ответил я, стараясь говорить четко и уверенно. — Его дар неоспорим. Он — мост между мирами, связующее звено между прошлым и будущим. Его предсказания точны, а видения — глубоки.

— Месье Менелик! — вперед вылез низенький репортер — С какими именно духами вы общаетесь?

Я старательно перевел на суахили, Калеб начал говорить, размахивая руками и закатывая глаза. Не забыл схватиться с анк, что висел на груди.

— Провидец общается с духом Тутанхамона, Нефертити и царя Соломона. Разумеется, у них есть другие, тайные имена — «перевел» я — На корабле мы вызывали душу умершего сына графини Пемброк. Вы можете у нее уточнить детали сеанса, если она будет готова раскрыть семейные секреты.

Агата, думаю, будет готова. Просто потому, что они уже перестали быть секретами — другие участники сеанса разболтали за званными обедами и ужинами.

— Откуда вы родом? — спросил другой журналист, отталкивая низенького. — Правда ли, что вы африканский принц?

Новый «перевод» — новое размахивание руками Калеба.

— Месье Менелик родом из самого сердца Африки, из племени балуба, — с театральной важностью произнес я. — Он носитель древних знаний, хранитель вековых тайн. Что касается его родословной, пусть это пока останется тайной. Не все еще можно рассказать французской публике.

— Каковы его предсказания на ближайшее будущее? — выкрикнул третий. — Он предвидел исход войны с Испанией?

— Его предсказания касаются не только политики, но и судеб каждого из нас, — уклончиво ответил я. — Он видит то, что скрыто от обычных глаз. Война же с Испанией была скорее неизбежностью, это предвидел не только Менелик, но и любой здравомыслящий человек.

— Но что-то вы можете нам сказать конкретное? Предсказание, которое можно будет проверить!

— Менелик сообщил мне… Скоро Англия вступит в новую войну.

Вот она сенсация… Опять нас ослепили вспышками фотоаппараты, репортеры, начали толкаться, пробираясь вперед. Я выбрал самого спокойного, дал ему слово.

— А правда, что его глаза так чувствительны к свету, потому что он рожден под знаком Луны? — спросила он. Взгляд репортера был прикован к Калебу.

— К черту глаза! — возмутились остальные — Что там с Англией? С кем война? Когда начнется⁇

— Луна — его покровительница, — я проигнорировал выкрики. — Он — дитя ночи и тайн, и его дар проявится в полной мере лишь в полумраке.

Все, пора сворачиваться. Иначе нас просто сомнут.