Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

Почувствовав движение за спиной, я обернулась. В дверном проеме (дверь я не закрывала) стоял Арастан собственной персоной. И даже без чтения эмоций понятно: он сомневался, стоит ли оставаться или лучше уйти.

Но в конце концов выдавил:

– Привет, Таната. Случайно увидел, что дверь открыта и…

– Рас! – бросив вещи, я поспешила навстречу старому другу. Взяла его за руки и втянула внутрь, дверь закрыла. – Как я рада тебя видеть! Ты не отвечал на наши письма, мы о тебе волновались.

– Не так уж много писем было, – смущенно ответил он. – И я писал Нике. Она меня игнорировала.

– Стоило и остальным черкнуть пару строк. Но да ладно… рассказывай, как у тебя дела, да поподробнее.

– Хорошо. Хорошо, Таната, не переживай так. Теперь я занимаюсь любимым делом, работаю с артефактами, помогаю во дворце, но без убийств и всего этого…

Мы с Расом общались не так хорошо. Но я знала – ему не нравится. Ни компания, ни ситуации, в которые мы попадали. Он терпел, но, когда Ника подверглась опасности, не смог так дальше и ушел. А вот Ника осталась с нами. В который раз. Когда я думаю об этом, начинаю понимать: если отбросить способности (которые у Близняшки тоже есть, и немалые), Ника – самая сильная. Даже подростком она бы не сбежала, а разобралась со всеми проблемами. Спасла бы сестру от Вильмара.

– А тут я ненадолго, у меня встреча с советником. Он кое-что попросил сделать, а ты знаешь – ему невозможно отказать.

Интонация Раса не оставляла сомнений – «кое-что» придется делать против воли. Советник Стрейт не отпустил одаренного до конца, оставил под рукой. Тем более, у Раса такая история… кому-то вроде советника легко надавить на парня, зная о его прошлом.

– Твое дело никак не связано с нашим?

– У вас новое дело?

– Да. Может, советник Стрейт заставил тебя разобраться с артефактом Адама?

– После которого я встать не мог? Нет, Таната, не волнуйся так. Ничего такого, что угрожало бы моей жизни. Ничего, связанного с вами.

– Но ты все равно против.

– Я и забыл, каково это – с тобой разговаривать, – теперь Рас искренне улыбался. – Ничего от тебя не скрыть, надо же!

– Прости, – я улыбнулась ему в ответ, – дурная привычка, я знаю. Твои дела со Стрейтом – только твои, ни к чему мне лезть. Просто я рада знать, что у тебя все… нормально. Но ты зашел не просто так, верно?

– Ника…

– Ведет себя как Ника. Ты же ее знаешь! Вчера едва не подралась с Мартином, он пытался ее снегом закидать… там, где мы сейчас, очень много снега, сам понимаешь, Мартину было где разгуляться. О, а еще мы останавливались в жутком месте с крысами… Ника два дня ругалась! – и я в подробностях расписала события последних дней. Сделала это намеренно, чувствовала, Рас хотел услышать что-то повеселее. Хотел знать, что с Никой все хорошо, она не рыдает каждый день из-за его ухода, а живет дальше. В снежки играет. Рас нуждался в этом успокоении.

– А ваше дело? Оно опасное?

– Нельзя знать наверняка. Никогда нельзя.

– Может… – он тяжело сглотнул. – Вам нужна моя помощь? Чем смогу…

– Да! – воскликнула я, чем его напугала. – Да! Если ты не против… у меня есть письмо. Может, разглядишь что-нибудь? Ты ведь серьезно предложил, или я поторопилась?

– Давай письмо, – Рас протянул руку.

Дважды просить не пришлось, я нашла письмо среди вещей и передала ему. Он с некотором изумлением взглянул на кривые каракули, но обошелся без вопросов. Помял бумагу в руке и закрыл глаза. Пытался разглядеть что-то, ведь у письма должна быть история: бумага где-то лежала, к письму кто-то прикасался, выводил чернилами неровные, едва понятные буквы. У него (или у нее) была цель. Что-то да должно было отпечататься в памяти письма.

Арастан открыл глаза. Покачал головой.

– Странно. Письмо писалось в замке, я видел башню и большое окно. И ощущения… точно, какой-то замок. А вот с автором не понятно. В первый раз такое, честное слово, я столько странностей перевидал, но это… я видел возраст, Таната. Писавшему две сотни лет, не меньше.

– Сколько? – ахнула я. – И как же он выглядит?

– Не знаю. Это как с замком: я заметил окно, но откуда мне знать, что оно в замке? Но я в этом точно уверен. Так и с возрастом, он ярко впечатался в бумагу. Должно быть, писавший думал об этом. Или это насколько из ряда вон, что бумага запомнила.

– Две сотни лет. Это не из ряда вон, это невозможно, Рас. Даже мой прадед-долгожитель прожил чуть больше ста лет.

– Поэтому я и использовал слово «странно».

– Может, это какая-то ошибка?

– Возможно, – легко согласился парень, но сделал это ради моего спокойствия. На деле он недоумевал не меньше моего, но в увиденном не сомневался.

Мы обнялись и попрощались – Арастан торопился на встречу с советником и не мог болтать со мной до обеда. Но он пообещал отвечать на письма. И просил написать, чем обернется неожиданное открытие с возрастом.

После неожиданной встречи я кое-как покидала остатки вещей и вернулась к порталу. В мыслях прочно поселился очередной вопрос, на сей раз связанный с личностью автора послания. Кому в замке может быть две сотни лет? Никому, конечно! Арастан, должно быть, что-то напутал, все-таки видения – непроверенная сила. Хотя раньше он не ошибался. Да и вообще… бред какой-то. Но не бредовее монстра из Гезелькрооса, если подумать, а ведь у меня есть его кость. А замок… замок всегда таил в себе много секретов. Почему бы ему и двухсотлетнего жителя не припрятать? В подвале, например.

Мое возвращение домой не осталось незамеченным, все тот же хмурый слуга застукал мое появление. Такое чувство, что он не двигался несколько часов, когда я вышла из портала он стоял ровно на том же месте, что и утром, даже поза осталась неизменной.

Я оставила вещи, надеясь, что их доставят ко мне и поспешила на поиски Тал. В замке можно годами не пересекаться друг с другом, уж об этом я знала наверняка. Наверное, если бы не злополучные семейные ужины, я бы даже не подозревала, что у меня есть сестры.

Таллула так и не нашлась, зато я встретила Алекса – он стоял возле одной из лестниц, привалившись спиной к стене. Весь вид его кричал, что парень поджидал меня.

– Давно