Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

— Маскируюсь.

— Обмазываясь грязью? Серьёзно? У тебя био-синтетическая оболочка и ты её…

— Именно.

Я нанёс второй слой на шею и плечи, потом прошёлся по рукам, стараясь покрыть каждый открытый участок кожи. Лицо, уши, затылок. Везде, где блестит, где отражает свет, где может привлечь взгляд.

Старая школа. Ещё в учебке нас учили: прежде чем прятаться, стань частью ландшафта. Не просто сядь в кусты, а стань кустом. Чтобы глаз скользил мимо, не цепляясь. Чтобы мозг наблюдателя говорил «куст» и шёл дальше.

Покончив с этим, я прижался спиной к корню и стал ждать. Бежать смысла не было, только суету наводить. А вот посмотреть кто в гости пожаловал — милое дело. К тому же машина — это колеса. Колеса — это «Восток-4» через полчаса, а не через три часа пешего марша с риском стать чьим-то ужином

Ждать я умел. Тридцать лет в армии учат многому, но главное — это терпение. Тупое, монотонное терпение, когда ты лежишь третий час подряд, потому что позицию менять нельзя, а мочевой пузырь не казённый. Когда у тебя затекли ноги, спину ломит, а нос забился сырой землёй и прелыми листьями, и ты думаешь только об одном: не шевелись.

Звук приближался.

Сначала далёкий гул, похожий на жужжание особо крупного насекомого. Потом низкое рычание мотора, хруст веток под колёсами, лязг чего-то металлического.

Это точно был тяжелый грузовик.

На поляну он выехал через просеку с южной стороны, ломая молодую поросль бампером.

Грузовой вездеход-пикап. Массивная рама, широкие колёса с грунтозацепами, приподнятая подвеска. Кузов открытый, с наваренными бортами из стальных листов.

Кустарная броня покрывала кабину: грубо нарезанные пластины, приваренные внахлёст, с просветами для обзора. На крыше кабины торчала «люстра» из четырёх мощных прожекторов, сейчас выключенных. А в кузове, на самодельном станке из сваренных труб, стоял крупнокалиберный пулемёт.

Я присмотрелся.

Хм, это «Корд».

Или его местная копия. Калибр двенадцать и семь. Машинка, которая прошивает лёгкую бронетехнику навылет, а человеку, даже в Аватаре, отрывает конечности с одного попадания.

Вездеход остановился у края поляны, метрах в тридцати от моего укрытия. Мотор работал на холостых, выплёвывая сизый дым из выхлопной трубы. Пахнуло соляркой и горелым маслом. Знакомый, почти родной запах.

Там находилось три человека.

Первым я оценил пулемётчика, потому что он представлял главную угрозу. Коренастый тип в потёртом тактическом жилете, руки на рукоятках пулемёта, ствол которого медленно ходит по сектору. Плавно, без рывков.

Он явно не новичок. И контролировал поляну с ленивой уверенностью хищника, который знает, что сильнее всех в округе.

Водитель вышел вторым. Невысокий жилистый мужик лет сорока, с обветренным лицом и короткой щетиной. Движения экономные, ни одного лишнего жеста. Он не оглядывался по сторонам, выискивая хищников, а просто стоял, втягивая воздух носом, как охотничья собака на стойке.

Правая рука расслабленно лежала на рукояти автомата, висевшего на одноточечном ремне поперёк груди. АК сотой серии, если я правильно рассмотрел. Потёртый, с обмотанной изолентой рукоятью и каким-то кустарным обвесом на цевье.

Третий пассажир, выскочил из кабины последним. Молодой парень, длинный, нескладный, с суетливыми движениями человека, которому не хватает опыта, чтобы маскировать нервозность.

Голова дёргалась, как у воробья, глаза перескакивали с предмета на предмет. Автомат такой же, сотая серия, но висит неудобно, болтается, бьёт по бедру при каждом шаге.

Три цели.

Мозг автоматически начал расставлять приоритеты. Первый номер: пулемётчик. Без него это грозное оружие превращается в бесполезную железяку.

Второй: водитель, он же лидер, он же главная угроза в ближнем бою.

Третий: молодой, и он наименее опасен, но непредсказуем, а непредсказуемость иногда хуже профессионализма.

— Три цели, — голос Евы прозвучал в голове, и я готов был поклясться, что она потирала руки, пока это говорила. — Уровень угрозы средний. Аватары класса «Сяо-Мяо», китайский ширпотреб, дешёвая серия. Реакция замедленная, мышечная масса ниже нормы. Кучер, мы можем их взять! Ты тяжёлый класс, порвём как грелки!

— Цыц.

— Что?

— Я к этому телу пять минут как привык, — я смотрел на пулемёт в кузове через просвет между корнями, прикидывая сектор обстрела. — А там «Корд» двенадцать на семь. Он меня пополам перепилит вместе с моей «тяжёлой» бронёй. На дистанции в тридцать метров эта штука прошьёт «Трактор» навылет, не заметив. Вместе с деревом за моей спиной.

— Но их аватары слабее!

— Аватары слабее. Пулемёт нет. Так что наблюдаем.

Ева замолчала. Обиженно или разумно, я не стал разбираться. Главное, что замолчала.

Водитель-лидер обошёл вездеход, остановился у капота и осмотрел поляну. Взгляд его задержался на моей разбитой капсуле, и он неспешно двинулся к ней.

Молодой засеменил следом, стараясь держаться за спиной лидера.

— Шеф, — молодой вытянул шею, заглядывая в капсулу из-за плеча, — шеф, она пустая! Ну я же говорил! Кто-то нас опередил!

Лидер не ответил. Он присел на корточки рядом с капсулой, провёл пальцем по краю рваного отверстия и внимательно осмотрел металл. Потом поднялся, отряхнул руки и посмотрел на молодого с выражением терпеливого презрения.

— Не истери, Мурзик. Посмотри на края.

— Ну, края. И чего?

— Вывернуты наружу. Не внутрь, наружу. Видишь? Это значит, что «консерву» вскрыли изнутри. Или она сама вскрылась. Никто нас не опередил.

— А… а куда делся аватар?

Лидер не ответил и на этот вопрос. Он уже заметил тушу раптора и подошёл к ней. Присел, осмотрел голову с размозжённым основанием черепа, потрогал труп, от которого здешние мухи-переростки поднялись жужжащим облаком.

Потом встал и повернулся к молодому с нехорошей ухмылкой:

— Опа. А вот и бонус.

— Чего?

— Ютараптор. Самка. И смотри-ка, убита чисто: трубой в шею, перебит позвоночник. Три удара, не больше. Ещё тёплая.

Лидер достал нож. Широкий, с зазубренным обухом. Присел на корточки у туши и одним привычным движением вскрыл брюхо от грудины до паха.

Внутренности вывалились на траву. Лидер запустил руку в разрез, пошарил, нащупал что-то и вытащил.

Тёмно-бордовый комок размером с кулак. Похожий на печень, но с характерным металлическим отблеском.

— Надпочечник, — сказал лидер, любуясь добычей. — Целый. Тысяч на пятьдесят потянет. Если найти правильного покупателя.

Мурзик смотрел на железу с тем выражением, с каким смотрят на чужие деньги.

— О-о! Халява! — протянул он.

Лидер вытер нож о шкуру раптора и поднялся.

— Ева, — прошипел я одними губами, так тихо, что сам едва слышал. — Какого хрена?

— Чего? — её голос в голове звучал невинно.

— Железа стоит пятьдесят тысяч. Почему не сказала?

— Потому что это нелегально, Кучер. Добыча органов хищников — статья. Пять лет минимум.

— Он на меня напал. Я его убил в самообороне. Имел полное право выпотрошить.