Апелляция кибер аутсайдера 1-5 - Семён Афанасьев

ту сторону думаешь. — Седьков украдкой покосился в ее декольте. — Я знаешь что понял? Когда с этой бабулей анализировал процедуру, оказалось: на данном этапе апелляциями можно добиться больше, чем по старинке.

— В смысле?

— Если оспаривать автоматические решения искусственного интеллекта, а не молчать в тряпочку.

— Объясняй. — Параллельно с разговором она полезла в сеть через концентратор.

— Муниципалитет заинтересован в талантливой, перспективной, трудолюбивой молодежи без вредных наклонностей и с хорошим послужным списком. Сегодняшний политический вектор.

— Это не только муниципалитет в ней заинтересован, — для удобства и скорости латиноамериканка развернула перед собой голограмму. — Это вообще на всех уровнях. Ты описываешь идеальный демографический ресурс любого работодателя, особенно если психотип не строптивый, хе-хе.

— В моем случае, поскольку я — эмигрант без гражданства, анализ заявления идет по трем основным показателям, это мне та дама объяснила. У вас вроде критериев больше.

— Так, смотрю... отсутствие задолженности по налогам, сборам и текущему жизнеобеспечению, раз... - она на ходу обобщала витиеватые формы законодательства, разнесенные на несколько страниц. — Личный социальный рейтинг либо его аналоги по месту работы и учебы, два... О. Либо его динамика! Ха, тут у тебя вообще одни восклицательные знаки наклевываются. Прикольно. Подтвержденная личная мотивация в плане положительной социализации и добросовестного членства в обществе... Фигасе. Я такого не вообще слышала. Что за зверь?

Не договорив, Мартинес пошла на ходу искать прецеденты, которые бы поясняли решения государства по последнему пункту (и особенно — заключения отдельных его контор, вроде миграции и опеки применительно к эмигрантам).

— Это нововведения; вас, граждан, оно вообще не касается. Еще год или полтора будет действовать такая система: если я не согласен с автоматическим решением искина, при наличии даже одного сверхпрокачанного пункта из трех я могу апеллировать и апеллировать, раз за разом. Вроде, реальная возможность.

— С луны апеллировать? — в последнюю секунду Айя удержалась от сарказма в голосе и спросила серьезно.

— Нет. Она, эта мадам, говорит...

— Погоди.

Чтоб не терять нити мысли, Мартинес быстро набрала кое-кого из взрослых кузенов через расширение и беззвучно зашевелила губами.

Седьков терпеливо развернулся к окну, ожидая окончания разговора.

— Привет. Занят? Я быстро.

— Привет. А чего это ты автобусами разъездилась?

— Потом расскажу. Можешь навскидку сказать, как юрист? При заявке несовершеннолетнего на гражданство по дополнительной процедуре, в случае ее отклонения искином, апелляция и повторное рассмотрение — с луны будешь надрываться? Или разрешают повисеть тут, не улетая к шахтерам? Рассмотрение дела же вроде не завершено, нет? Депортация только после окончательного вердикта?

— Я понял, о чем ты. — Брат сдержанно кивнул. — Какой муниципалитет?

— Мой.

— Сестра, а ты не слишком ли рано этим всем увлеклась? — родственник ухмыльнулся и красноречиво покосился на Седькова, флегматично сидящего рядом. — Озаботилась матримониальным фронтом втихаря, что ли? Еще и в автобусе едете! Ну-ну.

— Не твое собачье дело! Просто ответь и не трепи мне нервы! Сейчас, во всяком случае. А потом можем и подробнее пообщаться...

— Коротко: да, есть такой момент. Прецедентами на уровне вашей агломерации подтверждается, вот смотрю; но с оговоркой: возможно, это будет работать лишь до выхода искина вашей юстиции на уровень автономности.

— А когда его посчитают автономным? И он сейчас что, под присмотром?

— Да кто же нам скажет! — удивился кузен. — Думаю, до конца третьего квартала все останется, как есть. Но есть же и более простые способы легализовать твоего протеже, чем эта стоматология. — Он с намеком стрельнул глазами в сторону.

В кадре за прозрачными стенами его помещения туда-сюда сновали люди в спецовках.

— При чем тут это? — она действительно не уловила мысли.

— А вы сейчас рвете зубы через задницу, — радостно выдал родственник и весело заржал над собственной шуткой. — Почему ты не отправишь его к Паоло? Твой блондин, конечно, не наш даже на вид, но существует же отработанная процедура? Есть же наработанный путь как раз на такие слу...

— Нету. Очень специфическая ситуация и такой же человек. Спасибо за резюме, — латиноамериканка разорвала соединение и задумалась.

Седьков при помощи неизвестной бабки реально местами разобрался и наметил путь, причем сверху вниз, а не наоборот.

— По большому счету, мне хватит двух с половиной тысяч рейтинга школы, — продолжил Виктор, увидев, что она завершила беседу. — Набрать сложно, но можно, с учетом кибера и выборов. Единственная тонкость: там не должно быть подсуживания ни с чьей стороны.

— Откуда ему взяться в твоем случае? — фыркнула Айя. — Я не видела пока дождей милости на твою голову.

— Не скажи. Если искин только заподозрит необъективность той же школы в мою пользу, у него сразу включается параноидальный протокол и моя стата режется. Вот, гляди.

Через пару минут объяснений она смотрела на одноклассника уже совсем другими глазами:

— Хренасе. Рыжий, ты че, монстр интуиции? Как додумался? Это же надо знать, где копать. Чтобы так сообразить.

— Не-а. Просто посидел, почитал внимательно, не поленился вникнуть и разобраться. Я изначально исходил из того, что внеучебный интерес к этой теме как-то должен поощряться — вот и нарыл.

— Кому рассказать... Знаешь, вроде в одной школе учимся — а мы об этом всем вообще не подозреваем. Плюс ты натурал.

— Так вы потому и не вникаете, что оно вам не надо, пф-ф. "Нужда — лучший учитель", — выдал он явно перевод-кальку с какой-то родной поговорки. — Скажи лучше мне как ревизор инспектируемому, свежим глазом: ты видишь прорехи в моей логике?

— Нет, если не считать, что ты должен ювелирно пройти по краю.

В этот момент пришло кое-что от кузена. Отсмотрев файлы ускоренно, она продолжила:

— Брат говорит, что расчет верный, но предлагает не рисковать. — Она замялась, потом решительно тряхнула волосами. — Виктор, у нас в структуре есть процедура. Мы время от времени ввозим свежие кадры в, к-хм, кое-какие подразделения. Там бывают люди и нашего возраста. Черт, и промолчать нельзя — и рассказываеть это все тебе бесполезно, — пожаловалась в следующую секунду Айя самой себе. — Промолчу — я сволочь и сука. — Она положила голову ему на плечо. — А даже если расскажу все в деталях, ты один фиг откажешься — видно же.

— Ну, мой вариант про запас — Тика Хамасаки, — напомнил он. — Если что, она готова стать опекуном. Я ничем не рискую с такой подстраховкой. Свой вариант даже не говори, бога ради.

— Так Хамасаки-мать согласна? — Айя согнала с лица обычную дурашливость.

Это ожидаемая, но новость. Вопрос серьезный и ошибиться нельзя — лучше переспросить.

Если же нет — то быть Виктору Седькову перспективным латиносом с крупной аграрной планеты, чего бы ей это ни стоило в плане усилий.

За свое надо биться, она