Фантастика 2025-39 - Екатерина Аникина

фолиантом. Уже третьи сутки без сна и еды он пытался расшифровать совершенно новой для себя метод использования боевых заклятий. Лучшие наставники, лучшие возможности у него было все, что только можно пожелать. Все, кроме семьи. Нет больше отца, старших братьев и младшей сестры. Все они сгорели в пламени неизвестной болезни. Выжил лишь он. Книжник, которому интереснее изучать магию и алхимию, а не искусство управления. Лишний ребенок, как говорили шепотки в Запретном дворце, которые тут же затихали стоит раздаться тяжелым шагам Железного Журавля.

Он и сам побаивался деда, этого чудовищно сильного человека, но от него он никогда не ощущал поддержки. Для старика он был лишь вынужденным инструментом, как и для матери. В отличие от нее, Кайоши действительно любил своего отца, этого жестокого и сильного человека, который не смотря ни на что всегда находил время, чтобы узнать как дела у спокойного третьего сына. И теперь этот сын искренне скорбел по гибели отца.

Каким бы тихим и управляемым его не считали, внутри он был настоящим драконом. Поняв, что если ничего не изменится, то он навсегда останется пешкой в игре своих родственников и он нашел свой путь. Поэтому Кайоши изучал магию. Днем под руководством опытных наставников он изучал благочестивые методы, которые освящены веками традиций. Ночью, в совершенном одиночестве он проникал в запретную секцию библиотеки, по тайному пути, который показал ему отец узнав, что сына влечет история и магия. Там он практиковал заклятия, которые считались недостойными честного шугендзя. Но он дракон, и никто не может ему указывать.

Тихо выругавшись, он отложил фолиант с боевыми чарами. Молния боли все так же ему не давалась, а значит надо отвлечься. Переключиться на что-то другое и он взял пыльную книгу времен основания Нефритовой империи. Сделанные из тончайшего металла страницы с тихим стуком открылись и будущий император увидел древние слова отпечатавшиеся в его душе:

Пять кланов служат безжалостному солнцу. Пять кланов служат мягкой тьме. Пять кланов служат связывающей воедино крови. Лишь союз света, тьмы и крови сохранит извечный баланс.

Глава 21

Дуэль. Часть 1

— Значит ты решил щелкнуть львов по носу и пустить им кровь? — Регент медленно пил свой чай наблюдая за реакцией своего внука. Старый журавль был очень доволен тем, что его протеже сам начал готовить многоходовые операции

— Да, старший. Их стало слишком много. Они заполонили имперские легионы и далеко не всегда назначения на командующие должности были сделаны в соответствие талантам. К тому же среди их золотой молодежи появилась опасная тенденция считать, что люди клинка ничто. Пыль под их могучими лапами и их удел пресмыкаться, словно они жалкие нищие. — Говоря свои слова Черный журавль искренне был возмущен, точнее так подумал бы почти любой человек, но не его дед.

— Ты почти готов к выступлениям в совете кланов, но тебе стоит поработать над ощущениями. Сейчас они слишком фонят. Хотя если бы я не знал тебя, то тоже мог поверить. — Старик довольно улыбался, даже если он неожиданно погибнет у клана есть достойный продолжатель его дела. Такой же безжалостный манипулятор как и он сам. — Рассказывай зачем ты решил провернуть всю эту аферу, да еще и без моего согласия?

— Дедушка, — Молодой мужчина склонился в уважительном поклоне. — От вашего взора ничего не скрыть. — Старик резким жестом остановил его речь.

— Оставь лесть для придворных лизоблюдов. Когда мы наедине ты можешь говорить открыто и честно.

— На самом деле, моя цель в том, чтобы львы осознали, что не они одни защищают Нефритовую империю. Они слишком возгордились и такая тенденция может привести к очень неприятным последствиям. Две трети низшего командного звена — шан. Если они почувствуют, что кланы решили забрать их права и свободы мы можем получить такое восстание, что то что происходит на границах будет просто детским лепетом. Воевать с теми кто изнутри знает всю военную машину империи — самоубийство. Так что этот львенок станет жертвой во имя внутреннего спокойствия. Слухи о том, что лев получил наказание за свое поведение и остальные кланы это одобрили тут же разнесутся по всей стране успокаивая самых горячих.

— Почему дуэль?

— Самый безопасный и при этом крайне наглядный способ для сохранения чести всех участников. Смерть от клинка не будет позором и его семья не сможет официально отомстить.

— Ты так уверен в этом шан? — Старик внимательно посмотрел на внука. Еще ни разу тот не действовал опрометчиво, а значит он все просчитал, но привычка знать все слишком въелась в его нутро. Внук кивнул и начал рассказывать:

— Этот парень был лучшим в Академии Льва и отлично показал себя в действующих частях став командиром штурмовиков. В него поверили даже опытные ветераны, которые сражались под началом этого парня. В его личном деле полно отметок с благодарностью и по моим сведениям старик Хида хочет ввести его в семью женив на своей правнучке. Парню нет еще двадцати весен, а он уже мастер колец силы и прошел суровую школу под предводительством штурмовых частей Черепах.

— Похоже исполнитель действительно хорош. — Старик сделал глоток чая и посмотрел на внука. — Значит ты решил противопоставить лапе льва панцирь черепахи?

— Да, дедушка. А чтобы у Львов не было претензий, одним из судий на этой дуэли будет господин Мицунаги. Он уже подтвердил свое участие.

— Седой Лев хороший вариант для подобной операции, он верен старым традициям. Кто остальные судьи?

— Я буду главным судьей, со стороны шан у меня нет подходящей кандидатуры, но мой близкий друг Гуанг один из цюань, так что он будет еще одним судьей.

— А еще двое?

— Наставники из Академии. Спор был на их территории, значит они должны участвовать.

— Согласен. Как ты организовал их встречу?

— Мои люди в среди приемной комиссии чуть задержали штурмовика, а льву создали все условия, чтобы он столкнулся с ним на узкой тропе. Зная норов этого юноши конфликт был неизбежен, но самое лучшее, что он произошел при независимых свидетелях.

— Кто свидетели?

— Сестра генерала Лианга вместе со своей звездой.

— Похоже все продумано отлично. Мне нравится твой план, но было бы совсем идеально если бы лев остался жив.

— Не уверен, что это получится, старший. Этот шан славится тем, что не знает пощады к врагу. А показывать, что