Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

В один момент почти опустил руки, но мы встретились во дворце, такая интересная вышла случайность. Это было весной, король давал прием, собрались все важные семьи. Присутствовала и ты, с сестрами и родителями, тебе было лет тринадцать. Я не подошел, смотрел издали, не хотел пугать тебя своим видом, ведь ты и так казалась запуганной, тебе бы не понравилось внимание парня старше. Но я узнал, откуда ты и наблюдать стало проще. Я ждал встречи, точно зная, что в любой момент смогу тебя отыскать. Но не бойся, я не злоупотреблял, хотя мне безумно этого хотелось. Но как потом в таком признаться? Ты бы не оценила.

Это точно, многолетнего наблюдения со стороны мне только не хватало.

– Такая у меня жизнь, – подытожил Адам. – Ты привыкнешь, любовь моя.

Хотелось возмутиться, сказать, чтобы не звал меня так, но я сдержалась. Сосредоточилась на его рассказе: выходило, впервые встретились мы в дворце. И была я скорее подростком, чем маленькой девочкой, лепечущей о чьем-то спасении.

– Может, мы виделись раньше? Здесь, в замке?

– Нет. Почему ты спрашиваешь?

– Я не спасала тебя, Адам?

– Каждый день. Но мы говорим о разном, верно?

– Ты понятлив, когда тебе этого хочется. Я было подумала, ты так и будешь рассуждать о снах, судьбе и любви, – слова вырвались против воли, я расслабилась. Всему виной танец.

– Прогуляемся? – неожиданно предложил Адам.

Мы остановились, он предложил мне руку. Не взяться за руки, а именно руку, мы выглядели чинной возрастной парочкой в расслабленной толпе. Шли медленно, взглядов притягивали теперь еще больше. В танце проносились мимо, оставляя всех позади, сейчас же наоборот, встречали интерес лицом к лицу. Я ловила каждую чужую эмоцию и раздражалась от этого: мне хотелось слушать только Адама. Что он чувствует, когда рассказывает о себе, когда отвечает на вопросы. А так… посторонние эмоции заражали, мне тоже хотелось разглядывать Адама, чтобы узнать причину: что же в нем такого особенного? Неужели виной всему только шрам? Все это изрядно отвлекало.

– Ты четко следуешь расписанию, – заметила я, упорно отгоняя чужие эмоции. – Танцы, прогулка, вино, рассказ о спасении Ники.

– Выполняю обещание. Я не бросаюсь словами, девчонка будет жить. Еще немного, и я стану самым полезным членом вашего коллектива, как думаешь?

– Думаю, ты не впишешься. Видишь ли, Адам, мы здесь, чтобы убийство раскрыть, а не совершить. В этом вся разница. Хотя о каком раскрытии речь? Мы здесь, чтобы поймать тебя, узнать о мотивах.

– Много узнала?

Я задумалась: вот он, шанс все прояснить. Может, в этот раз Адам признается?

– Ты ненавидишь, когда в опасности дети.

– Полезные сведения. А ты что, обожаешь подвергать детей опасности?

– Я не убиваю. Ты мог найти меня, рассказать, что мои племянники под угрозой. Вместо этого пришел в чужой дом, сам стал судьей и все решил, даже приговор исполнил.

– Ах, опять ты о том проходимце, – второй раз за вечер Адам засмеялся, но быстро посерьезнел. – Он обратился в неприкаянного призрака без моей помощи, любовь моя. Помнишь, я говорил о предательстве? Думал, ты все поняла.

От его слов я пошатнулась, как от удара. Адам перехватил мою руку, прижал к себе. Со стороны мы наверняка напоминали парочку влюбленных: встали, обнялись, мешая другим пройти… Адам гладил меня по волосам, а я не отталкивала его, боясь, что он уйдет и не станет спасать Нику. Хотя и говорил, что обещания выполняет. Наконец Адам отстранился и повел меня к бочкам, где разливали горячее вино. Не выпуская моей руки, разжился парой стаканчиков, один протянул мне.

– Осторожно, горячо.

– Кто убил его?

– Я не могу знать всего. В будущем ты говоришь о предательстве, тебе больно, но я рядом.

– Но я думала…

– Мне известен итог. Много итогов. Уже сейчас вижу, что ты сделаешь сразу после возвращения во дворец. Вижу, как мысли в твоей голове крутятся, выстраивают теорию, – он провел пальцем по моему лбу, едва касаясь. Спустился к щеке и замер, глядя в глаза. И шепотом добавил: – Но ничего страшного, любовь моя. К этому я давно был готов.

Искать среди своих – вот что предлагает Адам. Убийца – член семьи. Учитывая личность Вильмара… это Тал. Сестра готовит побег, она прямо сказала, что желала мужу смерти, у нее есть любовник, отец ее дочери. Мы прибыли сюда, чтобы выяснить мотив Адама, а сам Адам…

– Зачем ты здесь? – и я не понимала. Теперь нет. Если он не тот мальчик из моих детских рассказов, если он не ворвался в замок с миссией по спасению детей Тал, то… зачем?

– Потому что наш путь начнется отсюда, – прошептал он мне в губы.

Вздрогнув, я отстранилась.

– Не надо. Пожалуйста.

Мы пили вино, смотря друг на друга. Не знаю, о чем думал Адам. Его взгляд был таким мечтательным и до ненормального странным! Может, он в будущее заглядывал? Опять. Не хочу знать, что он там видит… спросить бы о его об Алексе и случае на мосту. Но я боялась, не знала, стоит ли рисковать. У вопросов есть одно нехорошее свойство: из них тоже можно выудить информацию. А я пока не определилась, как стоит относиться к новостям. Адам и сам должен был заметить странность, это бесспорно. Но лишний раз обращать на это внимание не стоит, вдруг он сочтет Алекса за угрозу? Пришлет мне очередной артефакт, а мне одного за глаза. О силе видений Адама я могла лишь догадываться, не стоит давать ему лишних козырей.

Наконец, Адам выполнил обещание.

– Перевертыш будет жить. Если до заката окунется в море и наполнит его водами легкие. Только море смоет предначертанное ей, так что пусть ныряет как следует, иначе задохнется.

– В море? В Гезелькроосе?

– Не обязательно там, но воды верные. Они породили чудовище, они же его и поглотят. Есть такая легенда. Самое время ее проверить.

Легенда?!

– Я же обещал, что перевертыш будет жить. Беги ее выручать, любовь моя, – Адам допил вино, взял стакан из моих рук и вернул посуду к бочке. Оглянулся на меня еще раз и ушел стремительным шагом.

А я побежала за ним. Проследить, попрощаться? Не знаю, просто побежала. Но передо мной народ не расступался, пришлось толкаться и работать локтями. Кто-то не очень вежливо пихнул меня в ответ. Когда я выбралась к краю озера, Адама и след простыл, он растворился в темноте. Быстро признав неудачу, я бегом отправилась в сторону портала.

У Ники нет времени. Адам сказал – до заката.

В горах уже давно ночь, в столице вечер, тогда как