Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

– Думаешь, море прячет свои артефакты и собственных чудищ? Совсем как твоя семья сторожит драгоценный тальмарин?

– Если море и прячет, то с чьей-то помощью.

Моя семья надежно охраняла залежи тальмарина, никто точно не знал, сколько его существует, никто не видел. Я сама не видела. Так почему бы другим не делать так же? Тем более, кость древнего создания сильнее тальмарина, судя по всему, что видела. Может, в этом заключалось послание Адама?

– И откуда кость взялась у того парня? У Адама.

– Не знаю, Рас. Я о нем ничего не знаю.

Рас резко бросил инструменты и обернулся ко мне.

– Так спроси, Таната. Случай подходящий – Ника в опасности. Почему бы просто не спросить у него напрямую, что нам сейчас делать?

– Рас, я…

– Что?

– Не уверена, что он пойдет навстречу. Все случилось, когда Ника фактически пыталась меня задушить. Она бы не пошла до конца, но… но этот артефакт защитил меня, понимаешь? Может, в этом и есть его послание, в защите. И я не уверена, что Адам станет помогать.

– Ты не уверена, но можешь попытаться, Таната, – продолжал давить Рас. – Более того, ты обязана это сделать. Ника… почему всегда она? Если что-то плохое случается, то обязательно с ней? – он уже кричал на меня.

Я отступила назад.

– Не с тобой, не с неубиваемым Ароктийским, не с проклятым ненормальным Психом, а всегда с Никой? – все продолжал и продолжал он. – Тебе не кажется это несправедливым? Тебе не кажется, что ты можешь рискнуть в ответ и встретиться с этим Адамом? Пообещать ему что угодно, лишь бы подруга твоя жила?

Мы долго смотрели друг на друга. Рас – полный праведного гнева и обиды за произошедшее и я, теряясь, что ему ответить. В итоге получись просто и емко.

– Хорошо, я найду его.

– Спасибо, Таната.

ГЛАВА 15. Не отпускай мою руку

Он нашел меня сам.

Наверное, не хотел, чтобы я придумала очередной выверт с мостом.

Я вернулась к замку, вот только пунктом назначения выбрала обычный городской портал. И сразу попала в людскую толпу – кажется, намечался праздник. На улице давно уже стемнело, но горело много огней, снег искрился, улыбки прохожих мелькали со всех сторон, детишки носились… все двигались от портала в сторону озера Талль. Если ничего не изменилось, то там каждую зиму возводили ледяной город, горожане соревновались в искусстве и давали волю самым смелым фантазиям, создавая то гигантские скульптуры, величиной в два человеческих роста, то замысловатые строения с магической подоплекой. Один раз мы с Тэллиной заблудились в ледяном лабиринте, хотя дорога там была прямой. Магия путала, создавая иллюзию бесконечного пути. В детстве это производило впечатление.

Открытие ледяного города сопровождалось балом и танцами прямо на улице. Все пили горячие отвары и веселились до утра. Нас с сестрами на бал приводил дед, и никогда не выпускал из виду. Особенно меня, потому что когда-то большие скопления людей вызывали у меня панику и ужас, слишком много посторонних эмоций.

Бескрайнее озеро с островком в середине и впрямь превратилось в бальный зал. Вокруг – скульптуры изо льда или снега, но выглядели они намного мельче, чем мне запомнилось. А вот людей стало больше, наверное, подтянулись соседи.

– Потанцуем?

Адам, весь в белом, как сам снег. Он выделялся в толпе, высокий, статный, темноволосый. С притягательно-пугающей энергетикой, на него хотелось смотреть, разглядывать, но не подходить близко. Человек-контраст.

Мы впервые оказались на людях. В Гезелькроосе он сторонился толпы, его не замечали, потом мы виделись наедине. А сейчас, когда все смотрят… почему все на него смотрят так? С придыханием и желанием. Девушка в светлой шубке обронила шапку ему под ноги, желая обратить на себя внимание. Но Адам и бровью не повел, стоял и протягивал мне руку.

– Я… мы можем поговорить? – пролепетала я, пораженная этим новым взглядом на него. Взглядом через других людей.

– За этим я здесь. Прими мою руку, Таната.

Он ждал. Я медлила. Мне казалось, за его предложением кроется подтекст.

А Адам все не сдавался, не убирал руки, уступить пришлось мне.

Мы вышли на лед. И закружились, совсем не скользя. Адам держался на расстоянии, не прижимал меня к себе, вел уверенно. И смотрел внимательно, точно зная, чем заняты мои мысли.

– Ты сегодня при параде, – незамысловато начала я.

– Хотел произвести впечатление.

– Дай угадаю: сегодняшняя встреча закончится поцелуем?

– Нет, ты убежишь спасать перевертыша. Не волнуйся, ты успеешь, мы вдоволь натанцуемся, прогуляемся и даже выпьем горячего вина.

– Это твое условие, Адам? Мое время в обмен на ее жизнь?

– С тобой трудно договориться. Мне это нравится.

И танец продолжился. За ним – следующий. Адам не выпускам меня ни на мгновение, двигался уверенно и расслабленно. И опять, мое представление о нем изрядно пошатнулось, сейчас он походил на настоящего принца, не меньше. Мне всегда казалось, у Адама за плечами нелегкое детство, полное печали и лишений. Казалось, он, как и я, не слишком любит толпу, сторонится людей. И вот он танцует, не печалясь о взглядах и шепотке, его не волнует даже, что мы кружимся так в одиночестве, остальные танцуют на месте, топчутся и прыгают, собираясь в кружки. И всегда уступают нам путь, смотрят вслед, и шепчутся, шепчутся…

– Где ты научился так танцевать? – спросила я, лишь бы не молчать.

– Дома, как и ты.

– Дома?

– К нам приходил преподаватель по танцам, очень требовательный был мужчина. Увеличивал число занятий, если ему что-то не нравилось. Приходилось соответствовать, какому мальчишке понравится танцевать изо дня в день?

Как обычно – ничего не понятно. Сказал все и ничего сразу.

– Мы встречались прежде, Адам?

– Конечно. В моих снах.

– А если ответить как нормальный человек? – попыталась я.

Адам засмеялся. На самом деле засмеялся! Улыбка преобразила его лицо, но не в лучшую сторону, потому что интуитивно улавливалось: вот так смеялся этот человек крайне редко. Улыбка для него непривычна, потому она такая неровная и неловкая. Вовсе это не из-за шрама, хотя и он никуда не делся.

– Просто я видел тебя всегда. Вот такую, как сейчас, взрослую и серьезную, бесконечно прекрасную. Я видел отрывки, чаще во сне, наверное, наше время тогда еще не пришло. Потом мне стало интересно – кто ты такая? И я начал искать. Знал имя, пытался вытащить из видений больше, но не получалось. Дар мой не был развит как сейчас, я обходился малым.