Фантастика 2026-81 - Максим Шаравин

— Сплав. Бронза. Два металла объединились и создали третий, с новыми свойствами. Бронза тверже меди, но легче железа.

Глаза Марка загорелись пониманием.

— То есть можно создавать новые металлы, смешивая старые?

— Именно. И это основа алхимии металлов. Но есть правила. Не все металлы смешиваются. Некоторые отталкивают друг друга, другие портят сплав.

Я достал табличку с записями.

— Медь хорошо смешивается с оловом, цинком, никелем. Железо — с углеродом, никелем, хромом. Золото — с серебром, медью.

— А свинец?

— Свинец — особый случай. Он мягкий, легкоплавкий, но ядовитый. В больших количествах убивает. Но в алхимии его используют часто — он помогает очищать другие металлы.

Марк старательно записывал каждое слово.

— Но как узнать, что получится при смешивании?

— Опыт и наблюдение. Алхимик должен пробовать, записывать результаты, искать закономерности.

Я показал ему еще несколько простых сплавов — олово со свинцом, серебро с медью. Каждый раз объяснял, почему металлы ведут себя именно так, как температура и пропорции влияют на результат.

— А философский камень? — осторожно спросил Марк. — Он тоже сплав?

— Никто не знает, — честно ответил я. — Может быть, сплав. Может быть, что-то совершенно иное. Но понимание металлов — первый шаг к его созданию.

Время урока истекало. Корнелий ждал меня для обсуждения прогресса работ в лаборатории.

— Практикуйся с простыми сплавами, — сказал я Марку. — Медь с оловом в разных пропорциях. Записывай все — цвет, твердость, температуру плавления. Завтра проверим результаты.

— А что изучаем завтра?

— Кислоты и щелочи. Вещества, которые могут растворить даже золото.

Марк кивнул, уже предвкушая новые знания. Хороший ученик — любознательный и старательный. Может быть, из него действительно выйдет алхимик.

Вопрос лишь в том, хватит ли времени научить его всему, что нужно для создания средства против бессмертия.

Вечером, когда дневные уроки закончились, я решил заняться… другой стороной образования Марка. Алхимия требует не только знаний, но и уверенности в себе, а мой ученик явно страдал от недостатка последней.

— Марк, — сказал я, когда мы закончили убирать лабораторию, — сегодня у нас будет особый урок.

— Особый? — он поднял бровь. — По алхимии?

— По жизни, — усмехнулся я. — Ученый муж должен познать не только тайны металлов, но и тайны человеческой природы.

Я повел его в один из лучших борделей Рима — заведение на Субуре, которое славилось красивыми девушками. Хозяйка, полная римлянка с хитрыми глазами, встретила нас поклоном.

— Добро пожаловать, господа! Чем можем услужить?

— Моему другу нужны… особые услуги, — сказал я, положив на стол кошелек с золотом. — Не только развлечения, но и уход.

Марк покраснел как маков цвет.

— Виктор, что ты…

— Доверься мне, — прервал я его. — В нашем деле важна не только чистота разума, но и чистота тела.

Хозяйка поняла с полуслова.

— А, понятно! Полный уход? С баней, массажем и… приведением внешности в порядок?

— Именно. И особое внимание к… растительности на лице и теле.

Я подозвал хозяйку поближе и тихо добавил:

— Его монобровь нужно аккуратно разделить посередине. И удалить все лишние волосы с тела. В нашей работе это вопрос безопасности — волосы могут загореться от искр или впитать ядовитые пары.

— Конечно, господин. Наши девочки опытны в таких делах. Многие патриции просят подобные услуги.

Марка увели в отдельную комнату, а я остался ждать в главном зале, потягивая хорошее вино и наблюдая за представлением — танцовщица из Египта исполняла эротический танец под звуки флейт.

Через два часа Марк появился снова, и я едва его узнал. Монобровь была аккуратно разделена, превратившись в две нормальные брови. Кожа блестела от масел, волосы на руках и груди исчезли. Он выглядел моложе и… увереннее.

— Ну как? — спросил я, когда мы покидали заведение.

— Странно, — признался он, ощупывая свое лицо. — Но… приятно. И девушки сказали, что теперь я выгляжу как настоящий римлянин, а не дикий грек.

— Внешность важна, — объяснил я. — Корнелий и его друзья должны видеть в тебе успешного алхимика, а не бродячего философа. А в лаборатории лишние волосы действительно опасны.

— А то, что было… до ухода? — он покраснел снова.

— Тоже важно. Алхимик не должен быть монахом. Понимание человеческих страстей помогает понять природу превращений. Желание — это тоже своего рода энергия.

Марк кивнул, хотя выглядел смущенным.

— И как часто… такие уроки?

— По необходимости, — ответил я дипломатично. — Главное — не забывать об основной цели. Удовольствия должны вдохновлять на работу, а не отвлекать от неё.

На обратном пути он был необычайно молчалив, но я заметил, как изменилась его походка. Появилась уверенность, которой раньше не было.

Хорошо. Неуверенный в себе алхимик не сможет создать ничего стоящего. А для моих целей мне нужен мастер, готовый на смелые эксперименты.

Даже те, что касаются грани между жизнью и смертью.

Рассвет застал нас уже на улицах Рима. После вчерашних процедур Марк выглядел совершенно по-новому, но одежда выдавала в нем прежнего бедного греческого философа. Пора было это исправить.

— Куда мы идем? — спросил он, когда я повел его не в сторону виллы, а к торговым кварталам.

— К портному, — ответил я. — Встречают по одежке, а провожают по уму. У тебя с умом теперь все в порядке, займемся одежкой.

Мастерская Луция Фабия славилась на всю Субуру. Портной — худощавый римлянин с цепким взглядом — умел одеть человека так, что даже вольноотпущенник выглядел патрицием.

— Господа желают обновить гардероб? — спросил он, оценивающе нас осматривая.

— Полностью, — сказал я, выкладывая на прилавок золотые монеты. — Моему другу нужна одежда ученого мужа. Респектабельная, но не слишком роскошная.

Фабий заходил вокруг Марка, прикидывая размеры.

— Понятно. Хитон из качественной шерсти, тога для официальных случаев, плащ для прогулок. Может быть, что-то в греческом стиле, раз господин из Эллады?

— Нет, — решительно сказал я. — Римский стиль. Он живет в Риме, работает на римского патриция. Пусть выглядит как римлянин.

Портной кивнул и принялся снимать мерки с явно смущенного Марка.

— А для вас, господин?

— Мне тоже нужно обновление, — я посмотрел на свой дорожный плащ, запылившийся за дни путешествий. — Что-то в стиле образованного чужеземца. Не слишком римское, но и не