Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

Ай!! Голову кольнуло. Не думать об этом, не думать…

— Ну что ты за идиот, Сизиф, — с радостной злостью рассмеялась Артемида. — Даже сейчас только об одной и думаешь… козлина.

Я быстро двигался вперёд, но, чёрт… расстояние-то между нами сокращается.

— А может, ты уже понял, что спастись не выйдет, и хочешь в свои последние минуты вспомнить что-нибудь приятное?

— Артемида!!! — орал Аполлон. — Брось этого недоумка, ты поймаешь его в другой раз! Они… ааааа!!!

Дикий крик боли заставил золотые нити всколыхнуться — но, кажется, Артемиду это не волновало.

— Не грусти там, братец! — крикнула она. — Я передам папаше, что ты умер как герой и всё такое, что без твоей помощи я бы никогда не поймала Сизифа… ха!

Со стороны, откуда кричал Аполлон, доносились жутковатые звуки; что бы за твари сейчас не пожирали его, звучало это экзотически. Да уж, сложно обвинять Артемиду в том, что она не хочет туда соваться.

Или…

А может, это мой шанс, а? Если двигаться на звук, я могу найти дорогу к Аполлону… а Артемида будет искать меня в другой стороне. Она, конечно, следопыт божественного уровня и всё такое, но сообразит ли она, что я пошёл прямо навстречу голодным тварям Хаоса и мечтающему прикончить меня Богу?

Аполлон взвыл особенно громко; мелькнула яркая вспышка света — он защищался от тварей. Отлично… вспышка осветила лабиринт, и на которую секунду я увидел среди множества зеркал проход. Вперёд! Я метнулся туда.

— Сизи-и-иф! — протянула Артемида. — Думаешь, крики моего непутёвого братца заставят меня отвлечься? Судьба дала мне выбор, Сизиф, и я этот выбор сделала!

Не думать о ней, не думать о ней. Не давать ей подсказок! Думать лучше о… том, что делать, если я доберусь до Аполлона и монстров. Это даст мне короткую передышку, верно, позволит оторваться от Артемиды — но что, если выход совсем не в той стороне?

Проскользнув мимо очередного зеркала, я шмыгнул в узкий проход; по моей голове и плечам прошелестели нити судьбы. Зачем они здесь? Просто для спецэффектов, или можно как-то использовать их?..

Додумать эту мысль я не успел.

Совсем близко от меня раздался в лабиринте ещё один звук, частично заглушённый криками Аполлона и шелестящим рокотом тварей.

Стук. Совсем не похожий на стеклянный стук о зеркало. Скорее… такой, как если бы кто-то быстро и настойчиво стучал в деревянную дверь.

— Эй! — раздался где-то совсем вблизи от меня знакомый голос. — Эй, многоуважаемые Мойры… вы дома? Откройте, пожалуйста!

…чего?

Петя?

Глава 8

Петя? Здесь, в доме Мойр, в зеркальном лабиринте?..

У меня было очень много вопросов, только вот сейчас явно не лучшее время для того, чтобы эти вопросы задавать. Потом! Сейчас главное — другое!

— Эй? Есть кто дома? — повторил Петя вежливо-благожелательным голосом.

Он стучится в дверь. То есть, если идти на звук, придёшь к выходу! Можно выбраться отсюда и оторваться от Богов, пока они блуждают в лабиринте!.. Ну, конечно, это если они не выберутся первыми.

— Идём-идём! — сбоку раздался ясно различимый, будто никакими криками и не заглушённый голос Клото; рядом рассыпался старческий смех Атропы и Лахесы…

— Эй!! Артемида!! — вновь орал Аполлон. — Да Хаос тебя дери, помоги уже!!

— Замолчи, неудачник, — отрезала Артемида (чёрт, совсем близко, где-то за пару поворотов от меня!). — Кому ты нужен, когда на кону стоят более важные цели?

Кажется, с семейными отношениями у Богов тоже неважно. Я не вмешивался в споры любящих брата и сестры; лишь быстро и по возможности тихо пробирался на звук туда, где прямо сейчас с долгим скрипом распахивалась высохшая деревянная дверь…

— … добрый день, — расслышал я смущённый голос Пети. — В-вы Мойры, да?

— Проходи, — благодушно разрешила Атропа.

— Спасибо, я…

— Мы знаем, кто ты такой, — оборвала его Лахеса. — И кто такие твои спутники.

— Мы видели, что вы явитесь, — захихикала Клото. — У вас сегодня особая роль, не так ли?

Как-то это прозвучало… нехорошо. Слишком уж по-божественному.

Впрочем, я не отвлекался; быстро передвигался, тихо ощупывая зеркала. Вот поворот, ещё один, почти вплотную к предыдущему; обогнуть главное зеркало… Теперь находить путь было легко — в зеркалах уже отражались отсветы свободы из открытой двери. Новый поворот — и вот я уже видел прихожую домика Мойр, перетекавшую в зеркальный лабиринт, видел самих радушных хозяек и оторопело оглядывающихся гостей. Петя и те культисты. Надо же, они не только выжили, но и добрались досюда!..

— Проходите, проходите, — улыбалась Лахеса.

— П-простите, а вы разве знаете… — опешил Петя в отражении. Остальные, обалдев ещё сильнее, молчали и только хлопали глазами.

— О, — снисходительно заметила Атропа. — Мы — знаем. Мы знаем очень многое.

Отражение совсем близко, значит, и настоящий выход тоже; я шагнул вперёд…

И застыл на месте.

Так и есть. Вот она, дверь, ещё не закрылась, и за ней виден цветущий садик Мойр и ненатуральная зелень Олимпа. Долгожданная свобода, путь наружу…

И никакой толпы. А с другой стороны, издалека — кажется, совсем на другом конце зеркального лабиринта — раздались тихие, приглушённые стеклом и расстоянием крики Пети и его спутников.

У двери стояла Клото, чуть придерживая её сухощавой ручкой; она приветливо улыбнулась мне.

— Добрался до выхода, Сизиф? Вот так молодец… Мы знали, что ты не оплошаешь.

— А