Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

— Твоё гнездо? Мелкий, ты кто по зверю? — заинтересовался хайнес.

— Медвежонок, — с гордостью отозвался Ханён.

— Что, прям медвежонок, — подначил Риш, — не медведь?

— Не-а. Папа Весхалий птица, так что я медленно расту.

— Ясно…

Такое действительно случалось. Большинство птиц-оборотней росли очень медленно, именно их звериные половины. У самого Риша первые белые перья начали появляться в одиннадцать. Бывало, что дети оборотней-птиц, унаследовавшие другого зверя, росли так же медленно.

Сидеть на месте было очень трудно. Риш и сам сгорал от любопытства, а тут ещё и сов рвался узнать, до чего договорилась затаившаяся за алтарём парочка. Наконец на ноги поднялась Лирка, а следом за ней и жрец. Риш встал и пошёл им навстречу. Отметил, что господин Руахаш выглядит взбудораженным до радостного блеска в глазах. А вот Лирка как-то приуныла.

— Всё-таки согласилась, — сделал он заключение.

Женщина удивлённо посмотрела на него и мотнула головой.

— Нет, — ответил за неё жрец. — Моё предложение действительно было необдуманно. Нам стоит хотя бы чуть больше друг друга узнать.

И чего это она так раздражённо морщится? Воистину загадочная женщина!

— Мы нашли другое решение. Лирка и её семья сегодня переедут в другое место.

— И куда?

Руахаш виновато улыбнулся.

— Думаю, во избежание ваших прилётов вам не стоит об этом знать.

— Вот как? — Риш ехидно приподнял брови. — Вряд ли незнание мне помешает.

— Это не приличествует моему статусу, но мне хочется поспорить, — вкрадчиво пропел жрец.

Узээриш заинтригованно вскинул подбородок.

Стремительный отъезд главного жреца посреди ночи всполошил только его помощника, на глазах которого господин Руахаш погрузился в экипаж едва ли не в одних портках. В остальном братья спокойно восприняли приказ, что докладывать о нарушителях и их следах нужно господину Аризѐю — статному мужчине с короткими светлыми волосами. Кто-то, правда, шептался, что это сам дядя хайнеса, но…

Чёрный храмовый экипаж пронёсся по улицам города как пожарная карета и затормозил у ворот дома гавария[1] города. Привратник сперва попытался развернуть кучера, раздражённо и недовольно бухтя, что время позднее, господин давно почивает, и вам бы тоже… Но возница шепнул ему на ухо пару слов, и старик торопливо распахнул ворота и отправил помощника разбудить господина домоправителя и доложить о приезде гостя.

Гаварий пришёл, когда господин Руахаш уже устроился с ребёнком на коленях в гостиной и макал связанную в узелок тряпицу в мёд. Младенец нетерпеливо причмокивал и тянулся губами за угощением.

— Господин Руахаш, что-то случилось? — встревоженно спросил гаварий Исхо̀нт, завязывая пояс халата.

Жрец виновато улыбнулся.

— Простите меня, господин Исхонт, — впрочем, покаяния в голосе слышно не было. Только нетерпение и волнение. — Я знаю, что с моим вопросом нужно обращаться не к вам, но мне нужно оформить документы очень быстро. К утру у меня на руках уже должно быть свидетельство об отцовстве.

Гаварий растерянно опустился в кресло и посмотрел на причмокивающую малышку.

— Я правильно понимаю, что вам нужно провести процедуру у…удочерения?

— Да, — жрец нервно улыбнулся и слегка приподнял возмущённо вякнувшего младенца. — На неё.

— Ох, — мужчина растёр заспанные глаза, — для вас, конечно, я сделаю всё, что угодно… Хотя это так неожиданно… На какое имя делать свидетельство?

— Моё, — в глазах господина Руахаша мелькнула шальная радость. — У меня есть дочь. Миана Вотый.

Семейство Лирки вывели из храма через потайной ход в сквер на ближайшей площади. Там Шан погрузил их в экипаж якобы скучающего извозчика — на самом деле переодетого Викана.

— Дядюшка решил, что я лучше всех подойду на роль провожатого и связного, — насмешливо щурил жёлтые глаза оборотень. — А я сразу говорил, что нечего жить в храме!

Они покатились куда-то на юг. Мхян и Ханён выглядели оживлёнными, произошедшее воспринималось ими как занятное приключение. Хороший настрой посыльного не портило даже багровеющее ухо: Лирка поймала его рядом с залом проповедей, хотя парень должен был присматривать за Ханёном. А вот Онт и магичка озабоченно хмурились и, если честно, переживали, как их примут. Как всё-таки плохо не иметь своей крыши над головой.

Когда мимо окна начали проплывать кованые ограды богатых домов, Мхян и Ханён тоже занервничали.

— Мы что, будем жить в таком доме? — Ханён широко распахнутыми глазами смотрел на каменную ограду и пышные кроны деревьев над ней.

— Не знаю, — честно ответила мать.

Господин Руахаш не посчитал нужным описывать их временное пристанище. Да и Лирке это было не так уж важно. Её больше волновали хозяева дома.

Они остановились у высокой стены серого камня, верх которой украшал затейливый чугунный декор, здорово напоминавший шипы роз. У ворот Викан обменялся парой слов с дюжими охранниками, и те распахнули створки. Стуча колёсами, экипаж въехал на малость ухабистую мощёную дорожку, и на почти минуту пространством завладела тьма, будто они въехали в ночной лес. Меж кустов мелькнул одинокий огонёк, настороживший вояк хоёторского приграничья, а затем дорожка вывернула на открытое пространство и на фоне звёздного неба вырисовался двухэтажный особняк с двумя башнями-флигелями, зажимавшими его с обеих сторон. Выглядело жутковато, как нижняя челюсть в волчьей пасти. По центру здания, наверху парадной лестницы, горели два фонаря. Они ничуть не высвечивали стен усадьбы, которую словно чёрная краска обволакивала, и открывали вид только на дверь и бросали по паре кругов на лестницу.

Освещённая дверь выглядела как приветливый вход в ловушку.

— Нам точно туда? — напрягся Онт.

— Туда же? — взор Мхяна был наполнен ожиданием. Парень обожал страшилки.

Грудь Лирки стиснуло волнение. Похоже, зря она согласилась на предложение господина Руахаша.

Экипаж остановился у ступенек, и Викан поторопился спрыгнуть с ко̀зел и распахнуть дверцу.

— Милости прошу, мы приехали.

Первым вышел подозрительно осматривающийся Онт. Следом за ним спрыгнули Мхян и торопыга Ханён, которого мать пыталась придержать. Лирка вылезла последней, невольно проигнорировав протянутую руку Викана: мрачный дом был куда интереснее.

Вотый почти бегом поднялся по ступеням, знаками торопя остальных, и постучал в дверь. Она мигом отворилась, и гости невольно ускорили шаг. Оказались они в полутёмном холле. В воздухе плавала только пара светляков ядовито-розового цвета, и они выхватывали из тьмы пятак перед входной дверью и высокого худощавого мужчину с тщательно зачёсанными чёрными волосами и проникновенно-холодным взглядом. Перед этим взором невольно оробели все, кроме Викана.

— Ждёте нас?