"Фантастика 2025-195". Компиляция. Униги 1-23 - Вадим Витальевич Тарасенко

Гувернантка бросила на меня последний осуждающий взгляд и поспешила за Надей.

Я остался один, наблюдая, как голубое платье мелькает между столиками.

Официант деликатно поставил передо мной бокал карамельно-янтарного напитка.

Отхлебнул, ощущая, как тепло разливается по груди.

Может, она и права…

Мысль мелькнула и тут же исчезла.

Нет.

Я не пожалею о своём выборе. Отношения, в которых мне будут указывать, как жить — не для меня. Ни в прошлом мире, ни в этом.

Заказал ужин, чтобы отвлечься.

В зале ресторана постепенно стихали голоса, на сцену вышла скрипачка, она была молода, с тёмными волосами, собранными в небрежный узел.

Девушка приложила скрипку к плечу, провела смычком — и первые ноты пронзили тишину.

Мелодия была незнакомой, но именно этим и цепляла.

Скрипачка начинала играть тихо, почти робко, но с каждым тактом музыка набирала силу, превращаясь в нечто большее.

В историю.

В воспоминание.

В тоску по чему-то, чего никогда не было.

Закрыл глаза, и передо мной промелькнули образы: отец, склонившийся над чертежами. Мама за роялем. Варя, смеющаяся в детстве. Тася, сжимающая куклу в руках. А потом — я сам.

Тот, кем я был до всего этого.

Учёный в лаборатории.

Профессор, который верил, что наука спасёт мир.

Человек, который думал, что знает, кто он такой.

Скрипка плакала, смеялась, звала куда-то.

Открыл глаза и повернулся к окну. За стеклом мерцали огни Новогородска: высокие шпили административных зданий, тусклые фонари на улицах, свет в окнах жилых домов.

Город жил своей жизнью, не зная, что где-то в его тени уже зреет нечто, способное перевернуть всё с ног на голову.

И это было антимагическое вещество. Образец был у меня. И теперь мне предстояло не просто защитить род Пестовых, но и решить, что делать с этой силой.

Если магия — это меч, то антимагия…

Это щит?

Или всё же топор палача?

Скрипачка взяла последнюю ноту, и в зале повисла тишина. Потом раздались аплодисменты, но я не стал хлопать.

Просто поднял бокал: тост за самого себя.

За новый путь.

Кто решит, кому использовать эту силу?

Я знал ответ.

Род Пестовых.

И я сделаю всё, чтобы так оно и случилось.

Потому что если я не возьму это на себя, нишу займут другие. А они могут быть не так благородны, как я.

Невольно улыбнулся и сделал ещё один глоток.

Глава 13

Я проснулся от тёплых солнечных лучей, пробивавшихся сквозь полупрозрачные занавески.

Комната в отеле «Лебединое озеро» была небольшой, но уютной: деревянные панели из тёмного дуба, кровать с плотным бельём и вышитыми инициалами отеля. Из открытого окна доносился аромат свежей сдобы и крепкого кофе, смешанный с оживлёнными голосами гостей, завтракавших на веранде.

На резном стуле у зеркала аккуратно висело платье, не моё, конечно.

Тёмно-синий шёлк с кружевными рукавами и тонкой вышивкой серебряными нитями. Рядом, на полированном столике, лежал открытый скрипичный футляр, внутри которого покоился изящный инструмент с потёртым грифом, явно не первый год служивший своей хозяйке.

Я потянулся, ощущая приятную усталость в мышцах, но никакой тяжести в душе. Напротив, внутри было странное чувство освобождения, будто вчерашний разговор с Надей перерезал последние невидимые нити, связывающие меня с прошлой жизнью. Курсант Пестов, будущий офицер флота — этого человека больше не существовало.

Только вперёд.

Быстро оделся, стараясь не смотреть на обнажённое плечо, видневшееся из-под одеяла. На тумбочку положил щедрые чаевые — вдвое больше стоимости номера. А в футляр скрипки аккуратно опустил пару средних макров: у девушки действительно был талант, и, возможно, эти деньги помогут ей сосредоточиться на музыке, а не на вечерних подработках в ресторанах.

Машина ждала у входа. Но перед тем как тронуться, на секунду задержал взгляд на окне второго этажа: там, за шёлковой занавеской, мелькнула тень, и чья-то изящная рука поправила складки ткани.

Невольно улыбнулся и плавно нажал на газ.

Приехав домой, я зашёл в столовую как раз в тот момент, когда Тася со смехом пыталась поймать ложкой убегающую по тарелке ягоду. Аромат свежеиспечённых круассанов и горячего шоколада витал в воздухе, смешиваясь с запахом малинового чая. Варя восседала во главе стола как королева, с холодным презрением наблюдая за младшей сестрой.

— Наконец-то соизволил явиться, — раздражённо сказала она, поворачиваясь ко мне.

Голос был недовольным, будто бы старшая сестра ждала меня не просто ради разговора, а чтобы высказать всё, что накипело.

— Где ты всю ночь пропадал? — не дав мне ответить, Варя щёлкнула пальцами с такой силой, что даже служанка вздрогнула. — Машка! Подай барину чаю. И что-нибудь… не слишком жирное.

Я молча занял ближайшее свободное место, ловя сочувствующий взгляд Таси и насмешливый — Вари.

Странно, как можно вести себя так высокомерно, учитывая, что именно из-за её легковерности вчерашний день закончился скандалом в суде и чуть было не стал трагедией. Но напоминать о Макаре, которого, вероятно, уже казнили к этому часу, я не стал.

Иногда лучше дать человеку самому осознать ошибку, чем рубить сплеча.

Посмотрев снисходительно на старшую сестру, которую вечно заносило, я аккуратно развернул салфетку с фамильным гербом.

— Благодарю за заботу, — спокойно сказал я. — Хотя, как будущий патриарх рода, пожалуй, могу сам решить, что мне есть на завтрак.

— Патриарх? — она фыркнула, откинув волосы за спину. — Тебя из академии выгнали, значит, ты просто слабак. Как был книжным червём, так и остался. А я… — Варя гордо выпрямилась, — мой учитель говорит, что вот-вот достигну второго, а через два года — третьего уровня владения магией земли.

— Молодец, — искренне похвалил я, отхлебнув только что поданный чай. — Кстати, а ты не знаешь, что нужно для подачи заявления на патриарха?

Я нарочно замолчал, давая ей понять, что вопрос важный.

— Кроме третьего уровня магии, конечно.

— Нет, не знаю и знать не хочу! — выпалила Варя, глаза которой расширились от удивления. Похоже, до девушки начало доходить: младший брат уже достиг того, чего она пока только добивается.

Третий уровень. Это не просто цифра. Это признание, это власть, это право.

— А как ты провела этот год у тётки? — продолжил я будто невзначай. — Вдали от семьи…

Она прикусила нижнюю губу: не от боли, а от досады.

— Какое тебе дело? Деньги приходили от маменьки, и я не обязана отчитываться перед тобой, — язвительная улыбка тронула губы Вари. — Это же не твои были деньги, верно?