Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

мне чудился пристальный взгляд огромных желтых глаз. Меня поторапливал не только магистр... Похоже, у меня не имелось особого выбора, и в дом Аршамбо меня проводили как раз за тем, чтобы ночная доверительная беседа между мной и ученым состоялась с известным результатом.

– Хорошо, я отправлюсь туда как можно быстрее, – согласилась я со смешанными чувствами, а затем, поддавшись необъяснимому порыву, прибавила:

– Только захвачу с собой магистра Леопольда, ему нечего делать в столице без присмотра.

Эта идея не пришлась по душе Аршамбо, он несколько оживился, и принялся было возражать, но я стояла на своем:

– Вы недооцениваете мессира Леопольда, господин Аршамбо, – уверяла я ученого мага. – Да, может показаться, что на него нельзя положиться, но я надеюсь на то, что он не сбежит, едва мы только покинем город...

Звучало это не слишком уверенно, несмотря на мои старания, но, как ни странно, магистр вскоре сдался и сказал, что не возражает против участия Леопольда в этой затее, если я поручусь, что он не узнает об истинной цели предприятия.

– О, можете быть уверены в том, что я буду держать язык за зубами, – пробормотала я, – ведь узнав правду, магистр Леопольд не согласится и шагу сделать из дому!

Глава 12, в которой путешествие к заброшенному храму воссоединяет не только старых друзей, но и заклятых недругов, а мотивы Аршамбо начинают выглядеть не столь уж благородно

...Ожидания мои оправдались: лжеаспирант, которого я безжалостно растолкала, и слышать не хотел о том, чтобы подниматься столь рано. Леопольд стонал, корчил зверские рожи и утверждал, что еще не миновала полночь – хотя за окном к тому времени начало светать.

– Вы не желаете говорить, куда мы отправляемся, – сварливо огрызался он, – и что прикажете мне думать по этому поводу? Если мы сбегаем из столицы из-за серьезных неприятностей с законом, то я желаю об этом знать до того, как мы первый раз заночуем под придорожным кустом или начнем прятаться в темных углах от каждой тени. Куда мы направляемся – на Север или на Юг? Сколько недель мы проведем в пути? Скоро начнутся морозы, а на Севере они куда более лютые и ранние!

– Будьте вы неладны, магистр! – наконец сдалась я. – Мы едем всего лишь к храму около Козерогов, по поручению господина Аршамбо! Морозы там ударят ровно в то же время, что и в Изгарде!

– Ах, к храму!.. – протянул Леопольд глубокомысленно, но я решила, что магистр попросту тянет время, и не обратила должного внимания на его посерьезневшую физиономию.

Наскоро собрав необходимые вещи, я с трудом натянула на отросшие волосы шапку – одну из тех, что связал мне некогда демон, – и мы со лжеаспирантом, взгромоздившись на наших скакунов, покинули дом ученого мага, в очередной раз вызвав неудовольствие слуг излишней суетой в утренний час.

Не успели мы свернуть в соседний переулок, пустой и безлюдный по причине раннего часа и весьма промозглой погоды – впрочем, куда более теплой, чем полагалось в эту пору года, – как Леопольд заявил, что непременно должен вернуться к дому Аршамбо за какой-то потерянной при сборах мелочью.

– Бесы б вас побрали, магистр... – привычно выбранилась я, но согласилась подождать, рассудив, что с Леопольда сталось бы обнаружить пропажу у городских ворот, и уж тогда мне пришлось бы ждать его не менее часа, либо же терпеть нескончаемые жалобы до самых Козерогов.

Погрузившись в размышления о погодных причудах нынешней удивительно теплой зимы, которые все менее походили на случайность, я не сразу сообразила, что магистр Леопольд отсутствует куда дольше, чем это требовалось для возвращения от дома Аршамбо – пусть даже его мул охромел бы на все четыре ноги сразу.

– Дьявольщина, да он все-таки сбежал! – потрясенно сказала я Гонорию, и конь одобрительно фыркнул, явно находя поступок магистра весьма разумным.

Несмотря на то, что именно этого в глубине души я и ожидала от магистра Леопольда, поступок этот застал меня врасплох. Откровенно говоря, я чертовски боялась и мне нужна была хотя бы иллюзия поддержки. Что стоило магистру сбежать чуть позже!.. Огорченно вздыхая, я пришпорила коня и направилась к городским воротам, которые должны были открыться к этому времени.

Стражники внимательно осмотрели меня, однако при себе у меня имелось письмо с печатью мессира Аршамбо, а сбруя Гонория была покрыта эмблемами Академии, что могло закономерно вызывать неприязнь – но не подозрения. Если среди них и остался кто-то, получающий тайное жалованье от Лиги Чародеев, то нарочный с письмом от мага вряд ли показался ему достойным внимания – в прежние времена чародейские гонцы сновали взад-вперед как пчелы. Меня без особых проволочек выпустили из столицы, бросив в спину: «Проваливай, чародейский лизоблюд!», и я, проезжая по предместью, утерла вспотевший от волнения лоб.

За городом, над покрытыми инеем полями, со свистом гулял ледяной ветер – впрочем, в иные времена здесь лежал бы глубокий снег, а заносы на дороге достигали бы местами человеческого роста, так что жаловаться на погоду нынче было грешно. Я надвинула шапку пониже, подняла воротник старомодного плаща, доставшегося мне от Аршамбо, и прикрикнула на Гонория, норовящего перейти на тихий ход.

– Пошевеливайся, ленивый бурдюк! Если меня схватят, то ты очутишься в учебных конюшнях Академии, и адепты мигом сгонят с твоих боков лишний жирок!

Уж не знаю, хорошо ли представлял Гонорий как сложится его судьба после расставания со мной, и заставили ли мои слова его задуматься, но ногами он начал перебирать чуть быстрее, и я воспряла духом: к храму мы должны были прибыть задолго до наступления сумерек. Впрочем, солнце сегодня куда больше походило на луну – небо, как и холмы на горизонте, были затянуты мутной льдистой дымкой, из-за которой краски дневного света выцвели, а само светило лишь изредка поблескивало сквозь низкие облака точно серебряная монета. Сегодня мир людей до странности напоминал полнолунное ночное королевство духов, и мне с каждой минутой все меньше нравилось это сходство. Однако даже такой день выглядел предпочтительнее ночи, и хоть в храмовых подземельях было не видать лучей солнца, спускаться туда в темноте мне отчего-то не хотелось.

Разумеется, я не хотела останавливаться даже ради кратковременной передышки, и стоически терпела тряскую рысь Гонория, к которой так до сих пор и не привыкла. То и дело я оглядывалась, чтобы убедиться в том, что дорога за моей