Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

— Ха! — рассмеялась Артемида. — Братец всегда был слабее меня. Даже в полную силу он никогда бы меня не одолел…

Удар; Артемида слишком увлеклась своей репликой и не заметила, как я нанёс ей новый удар — со спины; золотая кровь выплеснулась на пол. Рана вновь затянулась, но Артемида вскрикнула. Богиня не привыкла к боли.

— Верно, — согласился я. — Он бы не одолел. Вот только и я — не Аполлон. Я куда сильнее и умнее его.

Следующий удар был тоже за мной — я нанёс его, не давая Артемиде опомниться; вновь вскрикнув, она пошатнулась…

Но тут же пошла в контратаку, отбросив меня ударом копья прочь, прямо на зеркальные осколки. Те сразу же вонзились мне в спину, мигом исполосовав её; я зашипел от боли и поспешил убраться прочь.

Попутно я поглядывал на черневший в полу бездонный колодец — судя по всему, прямой переход даже не в царство Дита, а туда, дальше, в ту дыру, где Зевс и его семейка держали существ Хаоса, Титанов и их прислужников. Чем больше мы дрались, тем больше было вокруг золотой крови, а значит, твари могли появиться в любой момент.

Копьё сверкнуло рядом — и вновь сбило меня ударной волной; я врезался в зеркало, а осколки посыпались сверху.

— Ты переоценил себя, Сизиф! — крикнула Артемида. — Признай это! Ты всегда себя переоценивал!..

Не ответив, я подобрал ближайший осколок, длинный и узкий, как кинжал — и метнул его прямо в Артемиду, вложив в бросок всю силу. Та попыталась уклониться, но не успела; осколок чиркнул ей по шее, оставляя кровавый след.

Рана тут же затянулась.

— Царапина! — рассмеялась Артемида. Теперь она была полностью уверена в своём превосходстве, и даже ярость почти улеглась. — Наверное, даже царапины могут доконать Бога — если их очень много. Но у тебя нет столько времени, чтобы…

Удар настиг её сзади. Да, верно, раны-то затягивались — но выплеснутая кровь оставалась. Я даже специально подстёгивал её Даром Шезму, чтобы выливалось побольше.

И сейчас небольшой, но очень острый клинок из её же собственной кристаллизированной крови вонзился Артемиде в шею сзади, прямо напротив позвоночника. Это уже не жалкая стекляшка, это уже то оружие, что может по-настоящему навредить Богу.

Артемида вскрикнула от гнева, боли и неожиданности; она дёрнулась, и тёмная накидка упала на пол, но Богиня даже не обратила на это внимания. Золотая вспышка — и вот я уже отлетаю прочь, ударяясь о стену…

Чёрт. Кажется, сломано ребро. Несмотря на все божественные усиления.

— Ты жалок! — выплюнула Артемида. — Жалок и смешон. Удар в спину с помощью волшебных фокусов? Сработало на первый раз, но больше я тебе…

Кинжал из крови устремился к ней снова, но она отбила его рукой; рана уже затянулась, а потому вытянуть больше крови не получалось. Я попытался подняться, но боль в сломанном ребре дала о себе знать, и я замешкался на секунду.

Когда я встал на ноги, Богиня была уже в нескольких шагах.

— Хватит, — выплюнула она. — Поиграли — и достаточно.

Чёрт, я и правда не успеваю!.. В Артемиду полетели сразу два стеклянных осколка; та отбила их, даже не глядя.

— Серьёзно? — рассмеялась Богиня. — Это всё, что ты можешь? Кидаться стеклом?

— Давай!!! — заорали с другого конца зала. — Она не смотрит!

…чего?

Артемида тоже обернулась — и в её глазах мелькнуло изумление.

— Да сколько тут ещё смертных, в этом лабиринте⁈ — в гневе рявкнула она. — Я же уже прикончила троих…

Это она про кого? Про тех ребят, что были с Петей и Стерлингом? Мда, не повезло им… ну, хотя бы время потянули.

Впрочем, сейчас это было не главным вопросом. Главным вопросом было — эй, какого хрена они творят⁈ Стерлинг, идиот, вернуться к Диту хочешь⁈

Но нет; он стоял посреди зеркального коридора, отражаясь в зеркалах, и держал в руке здоровенный осколок; ладонь Стерлинга была тоже обмотана обрывком хитона, грудь гордо выпячена вперёд…

— Я… я несколько месяцев качался в царстве мёртвых! — чуть заикаясь, объявил он. — Продержался в самом его сердце!.. П-подходи, я тебя…

Но у него же нет сейчас божественной силы! Он что, правда думает, что небольшая тренировка с мечом и камнем его защитит?..

— Эй! — зарычал я, вставая на ноги. — Это ведь между нами! Тобой и мной, Артемида!

— А тебя это волнует, да? — на лице Богини появилась садистская улыбка. — Выживет этот червячок или нет? Что ж, значит, придётся убить его первым, чтобы ты успел всё увидеть!

Вот же сука!.. Нет, кажется, я был о ней слишком хорошего мнения. С такой гадиной у нас бы ничего не вышло — ни в одном из миров!

Артемида метнулась вперёд, в Пете, который стоял, раскинул руки и ожидая её; я — бросился за ней, стараясь успеть раньше и игнорируя боль в ребре…

То, как странно шевельнулись золотые нити, свисающие со всех сторон, я отметил лишь краем сознания — и Артемида, кажется, не заметила вовсе.

Во всяком случае, когда целый пучок нитей протянулся прямо перед ней, Артемида не обратила на это внимания и со всего размаху грохнулась на пол.

— Давай!! — заорал голос Пети откуда-то сбоку. — Сизиф, хватай копьё!!!

Откуда он сейчас это… впрочем, неважно; он прав — нужно спешить, простой удар её не остановит. У меня секунда или две!

Подватив копьё, я с размаху, с силой всадил его прямо в спину Артемиде; хлынула золотая кровь — на этот раз достаточно, чтобы