Фантастика 2025-39 - Екатерина Аникина

— Господин, — слуга низко поклонился, показывая, что мой статус намного выше. Голос моего провожатого выдернул меня из моих мыслей, и я рефлекторно кивнул ему, показывая, что я готов слушать. — Для того, чтобы попасть в покои для студентов, вам требуется пройти по этому коридору и дважды повернуть налево. После этого просто идите по галерее, и она приведёт вас к нужному зданию. К сожалению, я не могу проводить вас дальше, здесь заканчивается территория, где мне разрешено находиться.

— Благодарю тебя. — Вновь небольшой кивок. Интересные тут порядки, если слуги могут перемещаться лишь по определённой территории. Создаётся впечатление, что они тут те ещё параноики.

После двух месяцев, проведённых в Академии Земли и Неба, я толком нигде не был, кроме жилого крыла студентов и тренировочных арен, построенных наподобие Колизея, но в азиатской манере. Сейчас же мне представилась прекрасная возможность спокойно осмотреть достаточно большой кусок академии, и никто не дышал тебе в затылок, чтобы ты ускорился. Тахан сказал, что сегодня у нас выходной, а остальное объявит на завтрашнем построении бессменный ректор академии — магистр Ляо.

Мои размышления тут же переключились на эту неоднозначную фигуру, которая немало сделала лично для меня. Правда, как всегда, преследуя свои цели, но это вообще в порядке вещей хоть в Срединном мире, хоть на Земле. Так что его цели не мешают мне быть благодарным ему за спасение своей жизни. Теперь мне становилось куда яснее, о чем он говорил, когда вытащил меня из львиных лап. В стенах этой академии он обладает колоссальным могуществом, а если учесть, что он её глава больше тридцати лет, то просто захватывает дух от того, насколько сильно его организация запустила свои щупальца в структуру имперской бюрократии. Осталось лишь понять, насколько далеко простираются его планы в отношении меня и когда он возьмётся за подготовку возрождения клана Крови. Если возьмётся…

А пока его орден Ярости Императора не подготовил мне почву для официального возрождения клана, я ему ничего не должен, и единственное, что может Ляо, — это сдать меня кланам Света. Правда, он такой не один, и то же самое может сделать и Такеши Кумихо, мой куратор от клана Скорпионов. Ещё бы знать, что она хочет от меня на самом деле и куда пропала? Во все эти сказочки про спящего агента, нужного для выявления предателей империи, мне уже совсем не верится. Моя интуиция говорит мне о том, что она ведёт какую-то свою игру, и в ней я всего лишь инструмент. Но больше всего меня напрягает моя зависимость от этой смертельно опасной женщины. Нужно понять, как скинуть с себя её поводок. Он стал слишком тесным для моей шеи.

Голова просто трещала от всей этой политической зауми. Здесь скажи — здесь промолчи. Тут трижды поклонись и сделай комплимент. К демонам такую жизнь! Ну, не подхожу я на роль великого лидера и хитроумного политика. Моё дело — это бой, вот тут я хорош. Но нет же, я теперь не просто молодой и перспективный боец Ян, рвущийся к вершинам и мечтающий стать чемпионом. Я теперь грёбаный символ, благословленный Небесной и Адской канцеляриями, и возможный ключ к закрытию демонических врат. Как же мне всё это осточертело! Мне до зубовного скрежета захотелось кому-нибудь врезать. Почувствовать, как противник отступает под моими ударами. Ощутить чистое наслаждение поединка, в котором ты вновь и вновь доказываешь, что ты лучший из лучших. Для очистки сознания нет ничего лучше, чем хорошая драка.

Восприятие завопило — опасность! Тело рефлекторно ушло в диагональный кувырок, и я почувствовал, как со свистом над моей головой пролетает какая-то штука вроде цепи с двумя грузиками. Резко вскочив на ноги, я увидел, как несколько фигур, сжимающие обнажённое оружие, бегут ко мне в полном молчании. Хотел подраться? Распишись! Да ну её к демонам такую драку.

Я рванул вперёд со скоростью ветра, молясь Фэй Линю, чтобы впереди меня не ждала засада. Как же я ненавижу бегать! Но я слишком люблю свою жизнь, чтобы вот так глупо сдохнуть. Каждый из гнавшихся за мной ублюдков был вооружён, а ещё мои ощущения говорили, что все они пробудили ядро, и значит, у меня не самые лучшие шансы.

Меня захлестнула весёлая злость, смывшая как морская волна все мысли о политике и о том, как мне поступить. Сейчас было важнее всего выжить. Бой — это моя стихия, и пусть их больше, я просто так не сдамся.

Поворот за поворотом я растягивал толпу этих идиотов, не понимающих, что, как только они растянулись, из охотников превратились в добычу. Самый быстрый и самый глупый решил, что он лучше всех, и на полном ходу влетел в мой локоть, когда я задержался на пару секунд, завернув за очередной угол. Звук ломаемого носа стал просто музыкой для моих ушей. Идиот рухнул как подрубленный, а я уже вновь мчался по веренице коридоров.

Вдох — выдох. Вдох — выдох. Дыхание — это жизнь, как говорил мне один из моих тренеров на Земле. Если можешь дышать, значит, можешь победить.

Кем бы ни были эти ублюдки, но бегать и загонять добычу они умели хорошо. И, в отличие от меня, досконально знали местность. То, что за мной не просто бегут, пытаясь поймать, а методично загоняют, до меня дошло лишь, когда у меня уже не осталось выбора, куда бежать. Считать себя самым умным очень плохая идея.

Словно безумец, я влетел в едва освещённое помещение, и тут же мне в грудь вонзилось с десяток небольших дротиков, выпущенных из странных устройств, которые держали два парня в форме студентов академии. Твари!

Тело начала охватывать предательская слабость, но я знал, как с ней справиться. Моя врождённая устойчивость к яду даст мне немного больше времени, чем они рассчитывают, а если я сумею убить хоть кого-то из них, то голодные духи очистят мою кровь и мы посмотрим кто кого.

Словно атакующая кобра я рванулся вперёд, стараясь поймать хотя бы одного из этих выродков, но мои мышцы едва меня слушались. Вместо впечатляющего прыжка с ударом я рухнул, не долетев даже половины расстояния. Я вновь просчитался…

— Я же говорил, что нужно использовать пятерную дозу. Всё равно он не жилец. — Торжествующий голос одного из ублюдков был последним из того, что я услышал перед тем как выключиться.

Очнулся я от резкой боли в груди. С трудом разлепив веки, увидел,