Хроники Затерянных Станций. Часть 1. Дом - Владлика Чистякова (Night train)

несчастное: «Привет!». Поглядев еще с минуту чуть согнувшись на временем потрепанные снимки, парнишка вернулся к Синице, подавив внутри себя тупую боль. Для кого-то это были просто фото, забытые историей картинки, но для лидера они частичка памяти.

– Ну, что? Будем знакомиться? Позволь представить: мама, папа, дедушка и братец, бабуля, дядя, тетя и сестра. А вот и я. В пелёнке. Улыбаюсь! На фоне дом и пёсья конура, - он всё тыкал в фотографию пальцем, а девчонка внимательно следила, не забывая о своем обеде - ложку за ложкой отправляла в рот. «Очень улыбчивые, радостнее люди!» – спустя мгновение девица заключила. – «И Кудряш в такой смешной шапчонке! От родни совсем не отстаёт!»

– Пса звали Джек, он тот еще пройдоха – то в луже искупнётся, то со стола всё съест. Вот, кстати, он, – палец взметнулся.

– Что за кроха!

– Он мог слопать кабана в один присест, – констатировал главарь, чуть ухмыляясь: щенок ретривера погрыз им даже стол и, между прочим, это даже не стараясь! Потом он повзрослел и перешёл на более полезное питание. Кудряш ещё фото достал:

– А здесь мне три. Уже в квартире – новом месте обитания, – на снимке красным выделялися ковры. Малыш-Кудряш сидел у мамы на коленях. А рядом с ними серьезный отец: он будто счёт вёл всем своим проблемам. Пред ними стол, на нём был холодец, оливье, селёдка, курица, картошка. Наверно,праздник. Может, Новый Год? От фото веет мандаринами немножко.

– А тут мы в садике водим хоровод.

На всех оставшихся кассетах все смурные, даже Кудряш-пройдоха больше не смеялся.

– Здесь мне десять, – а глаза пустые. Настроение мигом выдают. На новом снимке были он и мать…И новенький мужчина красовался.Было видно, мужичок «серьёзный». ТАКИЕ людям жизни не дают… Одет в костюм, синий лоснится галстук. На брюках стрелки. Причёсаны усы. «Неприятный тип…» – подумала Синица. – «Наверное, отчим. Он похож на таракана… А вот Кудряш..!» Кудряш стал более взрослым. Мальчишка был неописуемо красив. Черты точёные, ну а очи – синие… Без вкраплений злости и обмана. А волосы… Такие же кудрявые, но, может, покороче, чем сейчас. В синем свитере с белыми оленями, но без той лучезарной улыбки…

Дальше птица сама снимки смотрела – настрой кудрявого немногопоугас: он ел кашу без особой охоты, хотя она была и с сахарной посыпкой. Разница просто колоссальная между первой и последней кассетой. Видно, как менялись эти люди. Как потухали- разгорались вновь. Кудрявый бросил контейнер на капот и потянулся в карман за сигаретой.

– Кудряш, можно мне тебя сфотографировать? – спросила птица, и лидер выгнул бровь.

– Боюсь, что я не очень фотогеничен, – парень из пальцев чуть не выронил махорку, и, смотря в деви́чьи крупные глаза, выдавил. – Ну, если очень хочешь…

Синица крайне радостно взвизгнула. А восторгу то, в её очах, восторгу! Пернатая захлопала в ладоши, ну, а вожак стал весьма сосредоточен. Он очень давно не позировал, да и, в принципе этого не умел.

– Но я ведь не модель, ты понимаешь? – вожак стал на «тормоз» давить.

– Достаточно просто улыбнуться!

– Ладно… - он проскрипел и натянул неловкую гримасу, будто собрался кого-то отравить. Синица вытащила старый полароид, пока главарь пытался сделать «позу»: рука в кармане, а в зубах– махорка. Не хватает куртки на плече! Заметив это, птица кожанку схватила, повинуясь незримому запросу, а после вожаку её вручила:

– Изящество просит мелочей! – птица прицелилась в видоискатель и сделала первый снимок. Да, у них было мало попыток, но хотелось истратить их все. Из камеры вылезло фото, с собой вытянув пару пылинок. Главарь взглянул поверх девчоночьей макушки:

– Это лучшая из всех моих кассет, – легкий прищур, невесомая улыбка, густые кудри цвета кофейной гущи. Ультрамарин в очах и кожаная куртка добавляют снимку глубины. Лидер губами держит сигарету, и вьется вверх дымок такой пьяню́щий, а позади – его любимый внедорожник и омут бесконечной тишины.

– Давай теперь тебя, – парень взял полароид за лямку. – Может, на фоне речки? Нет, лучше садись за руль, – птица с радостью и удовольствием прыгнула за черную баранку.

– Так нормально? – спросила Синица, и кудрявый довольно кивнул.

Она сидела вполоборота, на губах застыла смеши́нка. В глазах мерцали тихие волны, руки уверенно держались за «штурвал». Вожак решительно нажал на затвор, а потом уже вылезла картинка.

– Ну как? Фото получилось?– спросила птица, но лидер молчал. Она, нахмурившись, медленно встала и потянулась пальцами к картинке, но главарь с ухмылкой снимок по́днял очень высоко над головой. В уголках его синих очей мелькнули незаметные морщинки:

– Я хочу еще одно фото.

– Какое?

– Совместное с тобой, – Кудряш отдал Синице фотографию, и прижал к груди полароид. – Возможно, у нас последняя попытка. Есть идеи, как не оплошать? – Кудряш надеялся, что смелая Синица им хороший кадр построит. – Я полностью тебе доверяю, и только тебе решать.

Птица недолго думала: она осмотрела местность, и поняла, что выигрышным фоном для них будет река, устремившаяся этим летним днём в далекую неизвестность. А вместе с ней, но по небу плыли огромные седые облака.

– Пожалуй, не будем изощря́ться, – его пернатая потянула на берег. – Обычное сэ́лфи у речки, ты согласен, главарь?

– Да, пойдёт, – парнишка кивнул, ведь он был в этой идее уверен. Он приобнял Синицу за плечико. – Начинай обратный отсчет.

– Три, – она усмехнулась, и обвила юношу руками.

– Два, – Кудряш приготовился, держа на весу фотоаппарат.

– Один, – девчонка взглянула в объектив крупными глазами, и затвор на полароде тут же был кудрявым нажат. Уже привычно вылезла картинка из окошка для выхода снимков. Кудряш схватил её двумя пальцами и хорошенько потряс. И тут-то, наконец, показался шпио́нящий и подлый невидимка – он был запечатлен на фотографии, на берегу соседнем разместясь: рыжие патлы, как огонь от свечки, в руках бинокль, на плече висит двустволка. Рядом с ним еще какой-то парень, но лицо скрывает капюшон. Если первый не хотел в ребят стрелять, то второй уже прицеливался ловко и выжидал какого-то движения, стараясь не идти на рожон.

Кудряш поспешно оглянулся и заметил, как рыжий машет парочке руками, но второй его толкает в бок, что-то следом объясняя на пальцах.

– Синица, живо в машину. Мы срочно домой уезжаем.

– Почему..?

–