Первый Артефактор семьи Шторм 5 - Юрий Окунев

Спустя непредсказуемое время почувствовал, что выдыхаюсь. При этом тот самый Череп, что затянул меня сюда, так и не показал себя, продолжая буравить меня взглядом. Стирая пот рукой с кольцом защиты, понял, что если так и продолжится, меня просто завалят костьми и я ничего не смогу сделать.

Нужно найти главного и обезглавить местную головастую армию.

Ухмыльнувшись собственному каламбуру, я провёл атаку, используя не только артефакты, но и собственный Дар. Силы сразу просели, но теперь я был одарённым второго ранга, поэтому запас у меня был значительно выше, чем раньше.

Несколько воздушных лезвий улетели в стену, разнесли камни арки, заваливая группировку черепов кусками булыжника. За спиной раздался надсадный вой, будто я придавил лапу любимому дядюшке, а не дохлякам, которые пытаются меня убить.

Резво обернувшись, отразил атаку особо ретивого черепа, чьи глаза горели красным. Кстати, о цветах. Не о розах и хризантемах, а о спектре радуги и прочем АрДжиБи — красные огни у обычного черепа — это необычно. Это знак.

Используя этот незамысловатый вывод, я ударил по черепу, одновременно просматривая Взглядом Артефактора пространство вокруг.

Не знал бы что искать — не увидел бы. А так внимание зацепилось за лёгкий красноватый блеск тонкой нити, что вела от этой агрессивной черепушки в темноту подвала-святилища.

Прыгнув и одновременно провернувшись в воздухе, как сверло, пропахав ещё несколько врагов ножом, проследовал за линией в сумрак. Нить хитро изогнулась и попробовала исчезнуть, но я не дал, вцепившись в неё своей волей, как артефактор, удерживающий материал от разрыва в ненужный момент.

Нить забрыкалась, попробовала меня скинуть, раствориться в воздухе, но я проигнорировал её попытки, вцепившись изо всех сил. Меня несколько раз тряхнуло, как от удара током, только удар шёл по крови и сознанию. Однако этого было мало, чтобы от меня избавиться.

Так что спустя несколько поворотов, ударов и даже укусов пролетающих мимо черепов, я оказался перед тем самым чёрным демоническим черепом, что затащил меня в это иллюзию.

Он хитро улыбался, и я его понимал: пока я отвлекался на других, он уже успел отрастить себе почти весь скелет и сейчас заканчивал формировать ступни.

— Без массажа пяточек никак? — спросил я и взмахнул ножом.

Однако в то же мгновение, как нож коснулся ключицы костлявого демона, меня выкинуло обратно к постаментам.

Я тяжело дышал, наконец, чувствуя, как болит всё тело. Тянуло мышцы ног, ныли руки, чесались порезы и укусы, что оставили черепа всех национальностей и подвидов млекопитающих. Жутко хотелось залезть в прохладную ванну, чтобы остудить ссадины, а затем принять тёплый душ, чтобы расслабиться.

Однако пока я оставался внутри испытания Ока Шторма, пусть мне удалось победить во втором этапе.

Несколько минут я приходил в себя, сжимая кулаки. Пусть этот бой оказался менее масштабным, он дался мне тяжелее. Возможно потому, что я был один против невероятной толпы, которая только по случайности не задавила меня числом.

Пришла мысль, что демоны похожи чем-то на насекомых в плане управления: если обезглавить их, убрать главного «жука» — то остальные потеряют единство и станут более доступной целью. Хотя увидеть этого мне не удалось: как только я порезал главную тварь испытание тут же закончилось.

От меня до сих пор пахло костной пылью и слегка плесенью, которой так сильно воняло в подвале с демонами. Но отряхнувшись, я встал с пола и оглядел постамент.

Черепа, как я и предполагал, не было. С облегчением выдохнув, я посмотрел в сторону птички-шарфика. И в этот момент появился он.

— Рад видеть, что боевые навыки Штормов не только не потеряли в силе, но и растут, — говорил прадед, глядя чуть мне за спину.

Правда через мгновение взгляд сфокусировался и стал смотреть прямо на меня.

— Ты прошёл важную часть пути. Осталось немного: покажи, кто ты на самом деле. — Прадед сделал широкое движение в сторону постаментов.

Я слегка качнулся, но удержался и не коснулся пьедестала, где ещё недавно находился череп демонов. Несмотря на то, что со мной говорила записанная ранее иллюзия, всё же было приятно осознавать, что прадед признал мои заслуги на пути.

Пусть он не был моим прадедом, и я не собирался так внезапно проходить это испытание. Как минимум покопался бы в семейных архивах заранее. Но нет — бери и делай.

— Готов к следующему испытанию? — спросила голограмма, широко улыбаясь. Довольно так, словно знала, что там ждёт какая-то подстава.

— Готов-готов, — пробормотал я. — Только выдохну.

Будто услышав меня, прадед добавил:

— Не затягивай: время идёт, а тебе ещё многое нужно пройти. Испытания даются не просто так. Покажи, чего ты стоишь.

С раздражением я выпрямился, показал кулак иллюзии, на что получил широкий оскал в ответ.

Чтобы успокоиться, я сделал глубокий вдох, и снова почувствовал запах костной пыли и плесени, будто я до сих пор в подвале с мегалитами и кучами черепов.

Сжав, что есть силы кулаки, я вдруг понял, что в руке у меня что-то есть. Скосив взгляд, чтобы голограмма не обратила на меня внимания, заметил лёгкий металлический блеск.

Твою дивизию! Я до сих пор держу в руках кухонный нож с рунами!

А запах? До этого в пространстве с постаментами запахов не было, только прохлада. Запах стоял лишь внутри конкретного испытания.

Демонический мозговой слизень, чтоб ты сдох! Сделал вид, что всё закончилось, а затем готовился нанести второй удар.

Я нахмурился. Как и во время первого испытания. Видимо здесь такая структура: напрячь, поймать на расслаблении, а затем проверить навык на реальном напряжении.

Вот и сейчас, стоило мне расслабиться, почувствовать, что я победил, как демон подготовился мною закусить. И даже прадеда не надо, чтобы меня добить, как неудачника.

Я сделал вид, что иду к третьему, центральному, постаменту. Одновременно с этим я поглядывал на проекцию деда краем глаза. Фигура изо всех сил делала вид, что она предзаписанная иллюзия, но красное мерцание и лёгкое нетерпеливое шевеление рук выдавали тварь.

Когда я достиг третьего постамента, я поднял левую руку, вздохнул, будто собираясь с духом.

— Ну, была ни была, — сказал я громко и начал опускать пальцы к шарфу.

Только буквально за сантиметр до него я остановился, активировал сферу неуязвимости, которая со всего маху врезалась в постамент и шарфик-птичку.

Тут же раздался неприятный скрежет и вой.

—