Генеральный попаданец 7 - Ал Коруд

Сравнивая возможности боевых самолетов, очень важно дать оценку их прицельных систем и средств поражения. Без преувеличения можно отметить, что прицельная система истребителя МиГ-23М не уступала прицельным системам истребителей F-4E (РЛС AN/APQ-120, оптический прицел AN/ASG-26) и Mirage F-1 (РЛС «Сирано» IV, оптический прицел CSF-196), а по некоторым параметрам существенно превосходила их. Рассматривая ракеты ближнего боя с тепловой ГСН, можно отметить, что УР AIM-9A Sidewinder и P-3C были аналогичны, так же как и AIM-9C, Matra R.550 и Р-13М. Преимущество МиГ-23М заключалось в оснащении его УР ближнего маневренного воздушного боя Р-60. Аналогичных ракет в 1976 году на вооружении вероятных противников еще не было.

МиГ-27К «Кайра» был не просто ударной модификацией МиГ-23, а современным комплексом, предназначенным для уничтожения целей при помощи богатого арсенала высокоточного вооружения. Кроме того, он обладал еще и крайне серьезным шестиствольным аргументом. Главной особенностью истребителя-бомбардировщика была лазерно-телевизионная прицельная система «Кайра». Телекамера с двумя сменными объективами была сблокирована с лазерным дальномером-целеуказателем. Изображение выводилось на монохромный индикатор ИТ-23, благодаря чему летчик мог при поиске цели рассчитывать не только на свои глаза, но и на увеличенную картинку с камеры.

После обнаружения цели пилот при помощи кнюппеля наводил перекрестие и захватывал цель: далее автоматика сама удерживала перекрестие на том же месте. Для ракет с лазерной ГСН (Х-25, Х-29Л и другие) до момента поражения цель подсвечивалась целеуказателем, но самолет при этом мог ограниченно маневрировать благодаря автоматическому удержанию точки прицеливания. Телевизионный канал «Кайры» обладал системой подчеркивания контраста, которая улучшала распознавание целей в условиях дымки и низкой освещенности. Распознать танк можно было с дистанции до 6 км. С МиГ-27К могли применяться ракеты Х-29 с телевизионной ГСН. Это массивные ракеты с проникающей боевой частью весом в 320 кг, которые наводились на контрастные наземные цели, выделяющиеся на фоне местности. Это различные здания, защищенные ангары с авиатехникой, взлетно-посадочные полосы. Сейчас, похоже, придется применять именно такие.

Штурман уже выложил данные, откуда они, учитывая дальность полета МИГов, могут начать работать. Дальность — это минус данного типа самолета по сравнению с американскими палубниками. Новые палубники разрабатывают, но когда еще введут в строй. Так что пишем на обычной. Придется вешать баки, если понадобится. Их наличие, а также номенклатура вооружения станет ясна по мере приближения. Наверняка сейчас разведка на самом острове и рядом шустрит. Да и не одни они там будут.

В Египте на аэродроме Каир-Вест базируется эскадрилья нашей военно-морской авиации. В нее входят 8 разведывательных самолетов Ту-16, а также 6 самолетов Ан-12 и Ан-24. С 1970 года состав эскадрильи был усилен 6–8 противолодочными самолетами Ил-38 и Бе-12 с базированием на аэродром Матрух. Кроме этого могут подогнать бомбардировщики Ту-16 Балтийского или Черноморского флота через Югославию. Да оттуда и стартанут. С «югами» вроде дружба.

Контр-адмирал не мог вспомнить, что сейчас есть у ВВС в Тартусе. Оттуда чуть более ста миль, чуть-чуть для сверхзвука. Другой вопрос, что там, скорее всего, базируются истребители. А не исключена работа по кораблям. Столкнуться со всем Турецким флотом им вряд ли придется, но лучше быть готовым. Стало немного не по себе. Молотилка может выйти знатной. Тогда важная мощь первого удара, который должен «отрезвить». Не дай бог, еще Греция втянется…

Внимание Бабича вырисовывания тактических схем отвлек вошедший на смену старпом каперанг Ерохин.

— Валерий Васильевич, завтрак скоро будет.

— Что-то рано.

— Решили, что так лучше. Через три часа выходим на «точку10». Передохните.

Бабич встал с кресла и потянулся, затем поправил пилотку и как будто что-то, вспомнив, поинтересовался.

— Петр, не помнишь, с чего у них тут началось год назад?

Капитан первого ранга, успевший походить по Средиземке на «Москве», внимательно осмотрел мостик, ознакомился с вахтенным журналом и уставился на море.

— Да черт его знает. Есть у них непримиримые, хотят, как встарь Элладу воссоздать. После первой мировой даже война с турками состоялась. Сначала греки побеждали, потом им люлей дали. Малую Азию окончательно потеряли. А тут еще в 1972 в Греции вояк скинули, так два года после барагозили. Мы неподалеку с Критом тогда ходили. В прошлом году их офицеры заново хотели власть взять, по всей стране пошли волнения, нас в ружье. На Кипре действует ЭОКА, это местные националисты, тут же бучу подняли. Захотели к грекам присоединиться. Оттуда уже десантники на остров приземляться начали. Турки пообещали тем в зубы дать. Ну вот ООН и вмешался. Миротворцев ввели. Но турок все равно притесняли. Греки тех требовали выселить напрочь, бузили постоянно. Вот и заждались ответного хода. Турецким генералам хочется маленькой победоносной войны.

— Как-то больно резко все происходит.

— Нам же сообщили, что в Греции опять буза. Они из НАТО выскочили, но армия так и осталась отсталой, а турки весь год вооружались. Англичане им помогали.

— Ну как без этого. «Англичанка» гадит.

Ерохин подошел поближе, оглянулся и тихо промолвил:

— Я тут с ребятами из команды морпехов перетер. Говорят, что в Никосии спецы сработали. Никак снова САС в деле. Кипр же под британцами был, наверняка агентуры полно осталось. Да и база стоит, никуда не девалась.

Командир «Нахимова» покосился:

— Очень может быть.

Сейчас с ними на борту шли несколько небольших команд из разведки 810-й отдельного полка морской пехоты. И конечно же, водолазы. Негусто, но если понадобится, то из Тартуса перебросят на вертолетах. Бабич попрощался и двинулся в кают-компанию. Попасть туда было проще на лифте.

Информация к размышлению.

Осенью 1944 года МИД СССР подготовил справку «К вопросу о Проливах», в которой говорилось, что для пересмотра конвенции Монтрё 1936 года потребуется согласие многих стран, особенно Великобритании. Попытка И. Сталина обсудить советские предложения об этом на переговорах с У. Черчиллем в октябре 1944 года была безрезультатной. Но на Ялтинской конференции в феврале 1945 года было достигнуто соглашение, что три министра иностранных дел стран-союзников на своём ближайшем совещании в