Ответный ход - Анна Кондакова

Эббе скрипнул зубами.

Для него это был сложный моральный вопрос.

— Отвали от нас, чувак, будь любезен, а? — нахмурился Орфео, даже не найдя, над чем пошутить. — Ты реально крут и всё такое, но лично ты меня клоуном называл, а я не клоун. Я стендапер. Это большая разница.

Я посмотрел на всех, усмехнулся их реакции (кстати, вполне резонной) и ткнул локтем друга.

— Тут маг-зеро Данте хотел вам что-то сказать. Верно, маг-зеро Данте?

Тот тщательно прокашлялся.

Забавно, но мне даже показалось, что он волнуется, хотя на него это было совсем не похоже.

Том 2

Эпизод 4

— Во-первых, извиниться хочу, ребят, — наконец выдавил Данте.

Затем опять прокашлялся, будто у него глотку сдавило от непривычных слов (я вообще не припомню, чтобы Данте перед кем-то извинялся).

Прочистив горло, он продолжил:

— Хочу извиниться за толстопуза, за клоуна-извращенца и за эту… как её… ах да, за злобную стерву. Ну и за «Маргиналов года». Вы не достойны этого звания. Не дотянули.

— И за психопатку ещё, — буркнула Роу.

— И за психопатку, разумеется, — послушно повторил Данте. — За психопатку особенно сильно извиняюсь. Прости, Банни.

После этого Роу ему чуть в голову не вцепилась.

— Не называй меня Банни, козёл!

— Прости, Роу, — тут же покаялся Данте, совершенно без раскаяния: в этом ему вообще не было равных.

— А за «невезучего везунка» извиниться не хочешь? — уточнил я, заставляя себя изобразить суровую мину.

Данте пожал плечом.

— Не-а. Тут я был прав, Терехов. Такого невезучего придурка ещё поискать.

На это рассмеялся только Орфео, остальные сурово глянули на Данте, показывая ему всё своё отношение.

— А во-вторых? — сощурился я. — Ты сказал «во-первых», значит, есть и «во-вторых».

— Какой ты дотошный, — улыбнулся Данте. — А во-вторых, у меня скоро будет титан!

— Какой? — тут же спросила Роу.

— Крутой. Потом увидишь. Но поздравлять можно уже сейчас!

— Угу, поздравляем, — суховато отреагировал Эббе.

Орфео пожал плечами, а Роу вообще сделала вид, что не расслышала.

В тот вечер они его не приняли, как бы он ни извинялся. Особенно на него злились Роу и Эббе; Орфео был не так категоричен. Ну а сам я вообще не хотел делать выбор между ними.

Данте был для меня так же дорог, как и остальные, но все мои попытки их примирить всегда заканчивались одинаково: приступом ненависти от Роу, угрозами от Эббе, нервными шуточками от Орфео и язвительными замечаниями от самого Данте.

При этом все продолжили усердно учиться, как только школа Генетрона возобновила работу.

Теперь эта была не миссия по спасению людей, а главное условие выживания в мире Эльдоры.

Быть сильным магом.

Все понимали, что противостояние с аборигенами только начинается, но теперь помощи ждать не откуда.

Особенно изменился Эббе Торгерсен.

Благодаря плаванию и тренировкам с Тихим Эхо ещё до нападения на крепость он уже успел скинуть лишний жирок, хоть и не стал худым и поджарым, конечно. Зато теперь он выглядел крепким здоровяком с большой и немного кривой буквой «А» на груди. Интеллигентным таким здоровяком, с угрожающе интеллигентной физиономией.

О своём преддиабете он больше не вспоминал.

Его организм перестроился в новом мире, а Эба-Котлету теперь никто не хотел «поджарить». Все хотели водить с ним знакомство на всякий случай, а вот Максимус вообще притих, чтобы лишний раз не напоминать всем о том, что его пометили омегой.

И пока Эббе налаживал отношения с другими студентами и с собственным телом, Орфео Коста за это время успел обратить на себя внимание ведущих преподавателей факультета Локаторов.

Его чутьё в построении карт оказалось феноменальным!

Правда, казалось, он больше дурачится, чем учится. Он считался отличником факультета, чего чертовски стеснялся и всегда говорил, что «троечники правят миром, поэтому дальновиднее было бы ухудшить успеваемость».

Я даже рассматривал его как помощника в миссии по поиску Королевы Имаго, но пока не озвучивал свои мысли.

Что же до Банни Роу, то после выписки из медблока её сразу же направили на обучение по координации миссий.

Но самое интересное было в другом.

Она явилась к комиссару Патель и объявила, что хочет попасть на практику в группу диагностики и обслуживания Прометея. Она даже была готова латать, чистить, мыть и обрабатывать его одна, потому что у него до сих пор не было нормального обслуживания.

Вот только её не приняли.

Не рискнули направить новичка на такого опасного титана.

— Я уже дважды просилась к Прометею, — мрачно сказала Роу назавтра за обедом. — А меня направили на двух других. На Афродиту и на какого-то Аида. Его даже в базе нет. Он долго стоял с оторванной рукой, а теперь его вдруг решили срочно реанимировать.

В этот момент Данте опять присоединился к нам за столом и, как всегда, без приглашения.

— Аид, говоришь? — уточнил он, с ухмылкой глядя на Роу. — Так это мой будущий титан, если ты не в курсе. Обслужи его по полной программе и будь нежной. Ты же нежная зайка. Все двадцать пять метров его размера в твоём распоряжении, так что можешь усердно полировать.

Роу злобно сощурилась.

Затем сгребла контейнер с недоеденными почками киму и поднялась из-за стола.

— Чтоб ты подавился, козлина, — процедила она сквозь зубы и поспешила покинуть столовую.

Через несколько секунд Данте реально подавился, сам того не ожидая. Он закашлялся до слёз, а когда кашель прошёл, то выдавил, весь красный:

— Чёртова зомбачка… кхэ-кхэ… она меня прокляла… я ведь про Аида пошутил вообще-то.

Орфео и Эббе заржали в голос, но как-то натянуто — пока для них Данте оставался чужаком, который вдруг стал нарушать их личное пространство и делать его дискомфортным.

Они и меня не могли понять.

С чего я вдруг стал общаться с Данте, хотя раньше он меня раздражал. Ну а я не мог открыто рассказать им о том, кто этот парень на самом деле.

Оставалось только одно — подружиться с ним заново.

* * *

Саваж задержали в медблоке на пару лишних дней.

За это время учитель Равен провёл несколько интенсивных уроков у магов-зеро. Меня и Данте включили в группу к продвинутым, чтобы не тратить время и ресурсы на обучение всего двух студентов-новичков.

И вот теперь я смог получше присмотреться к Изольде Галло, о которой говорила Саваж.

Это была высокая и длинноволосая блондинка с яркой нордической внешностью. Отстранённый ледяной взгляд, глубоко посаженные глаза, светлые брови, острые скулы и чуть выдвинутый вперёд подбородок, широкие плечи.

Всё это придавало ей мужской брутальности и