Первоклассная ворона - Карина Вран

Несколько кг весил этот короб — так, на глаз. Карточки картонные, семь на семь сантиметров. Я вытянула шею (даром, что ворона — шея у меня лебединая), окинула взглядом это картонное богатство.

Тысячи три карточек?

Это уровень выпускника младшей школы (обычной, без претензий на элитарность), а не поступающего.

Тем интереснее. Приступим!

Ещё один тест — безошибочно. Спасибо учителю родного языка в Саншайн и, разумеется, мамочке. Некоторые «заковыристые» иероглифы мы только с нею разбирали.

Беседа в «свободной форме». Тут про знание литературы, понимание чэнъюев и общую логику.

Воздержусь от комментариев: в диалоге же нет точных вопросов-ответов.

Дальше — для разнообразия — ряд головоломок.

Эй, я же вместе с гением пространственного мышления несколько лет бок о бок просидела! Что-нибудь потруднее принесите.

Отлично, это подойдет. На скорость себя проверю. В записи останутся тайминги — начало и конец сборки.

Кубик Рубика. Три на три — легкий. Ненамного сложнее пирамидки, а ту я в год — по старой памяти — отщелкивала.

Только один ребенок в Саншайн обгонял эту ворону в сборке пирамиды Мефферта и кубика Рубика.

Он — гений. Я — помню схемы сборки.

Пиф-паф — щелчки легкие, моторика давно «разогнана» и не тормозит, а ускоряет процесс. Так, что под конец пришлось чуток замедлиться.

Двадцать четыре секунды.

Далее — непринужденная беседа на английском. Школа билингвальная, тест обоснованный.

— Has a cut-glass accent, — забывшись, выпалила — обращаясь к моей маме — учитель. — О, я хотела сказать…

— Мы поняли вас, учитель, — ответила за нас обеих Мэйхуа. — И благодарим за похвалу.

Когда-то давно Кира Воронова уйму времени убила на это «хрустальное» произношение. Читать Шекспира с акцентом? Пошлость!

— На этом всё, — с легкой растерянностью сообщила одна из учителей. — Процедура занимает некоторое время. Но столь блестящие результаты собеседования позволяют мне с уверенностью сказать: добро пожаловать в Санбим, ученица Ли Мэйли!

— Спасибо, уважаемые учителя, — склонила голову на необходимый минимум эта ворона.

Камера пишет. На записи всё должно быть безупречно.

Злые языки могут почитать милашку Сюли «настоящей принцессой» и звать меня «выскочкой». Пусть.

Но никто не посмеет упрекнуть меня в приеме в школу (да, в платную и не такую престижную, как школа под патронажем лучшего университета страны) не за знания, а «по блату».

Об использовании записи собеседования в случае необходимости мама с директором условятся. Он уже показал себя прозорливым и договороспособным.

Оператор Бу снимал меня крупным планом. Учителя только со спины попадали в кадр. И очень патриотично за моей спиной виднелся красный звездчатый флаг.

Только хорошее.

Страхуюсь? Не похоже на меня, чтобы так осторожничать из-за сетевых смутьянов?

Я бы и отмахнулась от их нападок. Пустобрехи были, есть и будут есть.

Но в свете того, что учудила одна волоокая недоактриса на моем «любимом» Центральном телевидении — любая предосторожность оправдана.

Я не сказала? Ворона этим летом очутилась в центре скандала.

Потому что эдакая недобитая русалка в прямом эфире потеряла берега. Да-да, та самая, что не умеет в «мандарин», а из «малышковой» коробки в три сотни иероглифов узнала бы в лучшем случае десять. Самых общепринятых.

И то не факт.

Глава 6

Казалось бы: что может сказать немая рыба? Ладно, не немая, но на общем языке эта краса реснитчатая может связать несколько предложений.

Да малыш Хан скоро её перегонит!

Правда, я немного обгоняю события. Пока-то брат говорит три слова: мама, баба (это про батю) и Мэй.

Приятно!

Но не так уж я и преувеличиваю.

Чтобы разговорить глазастую рыбину, хватило одного китайца. Он не был особо известен. И сказочно красивым его не назовешь.

Он «взял» эту «крепость» иным: языком, который знала степная рыбка.

Ведущий разговорного шоу с приглашенными звездами сам был родом из Внутренней Монголии. Однако этот молодой человек не поленился изучить путунхуа.

И даже стал соведущим (их в шоу двое) в передаче на Центральном ТВ. Он-то и пробил стену молчаливого непонимания красотки из степей.

Наверное, тяжело годами жить за стеной молчания. Даже при наличии «двери» — личной помощницы с функцией «встроенного» переводчика.

Дева услыхала переливы родной речи. Стену вышибло потоком слов, «копившихся» долгие годы.

Он говорил с придыханием. Старательно, медленно — для переводчика. Она — стрекотала так, будто скоро микрофон отберут, а вместо пробитой стены построят плотину.

Весь разговор ведущего и звезды нам малоинтересен. Кроме отрывка, где заботливый юноша стал интересоваться трудностями.

Что было самым тяжелым для вас?

Какие отличия было сложнее всего принять и перенять?

А в карьере? Встречались ли высокие пороги, которые было непросто перешагнуть?

Пороги — это такая фигура речи. Строится на древнем архитектурном решении: высоких порогах при входе. Это как бы защита от злых духов (извилистые дорожки, к слову, из той же серии), и от всякого «земного», но ненужного. Грязь с улицы, палая листва, вода в ливень и так далее.

Звездочка начинала с общих фраз, очевидно, вбитых в агентстве. Грустно быть вдали от близких. Боялась не оправдать ожидания. Подвести людей, которые увидели в ней потенциал. И всё в таком духе.

А затем молодой человек сузил круг. Он спросил о недавних проектах и том, сталкивалась ли блистательная актриса с чем-то неприятным или даже непосильным в период работы над ролями?

Звезда открыла рот, где каждый зубик, что жемчужина, а каждое слово, как приговор.

Её счастливые фанаты разобрали ответ рыбы из семейства большеглазовые не на иероглифы — на атомы.

Эта ворона же думала о высоких порогах, злых духах и том, какой высоты нужно делать порог, чтобы его не могла переступить данная особь.

Стерлядь монголоидная, чтоб её!

— Я часто сталкиваюсь с непониманием, — хлопая ресничищами, делилась наболевшим звезда. — Привыкла к этому. К чему привыкнуть нельзя, так это к неуважению. Особенно, когда его открыто проявляют младшие. Будучи новичком, я не смела глаз поднять от пола, обращаясь к старшим коллегам. Кланялась без устали. Я заученно просила их наставлений. Через помощницу благодарила за каждый урок и любую, даже самую малую доброту.

— Все знают о вашем добром и искреннем сердце! — поддержал актриску ведущий. — И о том, какой у вас нежный характер. Как мог кто-то отнестись к вам несоответственно?

— Спасибо-спасибо-спасибо! — играла роль милашки рыба-телескоп.