Карамелька, или Ты попал, жених! - Анна Бахтиярова

— Ну, и где она? — раздался гортанный женский голос. — А, вижу-вижу. Ну-ка встань, девонька, погляжу на тебя в полный рост.

Я осталась сидеть на ведре, растерянно взирая на даму лет пятидесяти в платье гораздо богаче, чем носили тут другие женщины. Еще и с довольно глубоким вырезом.

— Она упрямая и глупая? — поинтересовалась незнакомка у бригадира, не дождавшись моей реакции.

— Упрямая, — усмехнулся тот. — На дуру не шибко похожа. Еще и за словом в карман не лезет, как я заметил.

— Встань, — повторила она.

На этот раз я выполнила-таки распоряжение. Лучше не обострять ситуацию, а сначала разобраться, что к чему.

— Ну, вполне сносно, — констатировала незнакомка, оглядев меня с ног до головы. — Нам подойдет. Идем, — она махнула рукой.

Но я не сдвинулась с места.

— И куда это вы вознамерились меня отвести? — спросила спокойным тоном. Пока спокойным.

— Отработаешь причитывающее у меня, — ответила она слегка раздраженно. Ей не нравилось неподчинение.

— В борделе, — подсказал бригадир. — Мадам Ванесса говорит, у нее есть пара клиентов, падких на пухлых девиц.

— Еще чего!

— Ни в какие бордели она не пойдет!

Мы с женишком возмутились одновременно.

— Только не надо строить из себя леди, — хозяйка упомянутого заведения закатила глаза. — Тебе же лучше будет. Ванну примешь, в порядок себя приведешь, а работать будешь в кровати, а не в поле.

— Уж лучше в поле, — отчеканила я, задрав подбородок.

— А твоего мнения никто не спрашивает, — ее глаза нехорошо сузились.

— А мы не спрашивали вашего, — между нами встал Итон. — Моя будущая жена не предназначена для борделей. Ей за меня положено невинной выходить!

Я аж икнула.

Чего? Женишок всерьез думает, что… Ого…

Если дело дойдет-таки до брачной ночи (что вряд ли, конечно), его ждет сюрприз.

— А ну не лезь, молодчик! — приказал бригадир, и что-то свистнуло. Это оказалась плеть в его руке, которая основательно «лизнула» спину моего женишка.

Тот охнул, но отступать не пожелал. Схватил меня за руку.

— Амелия останется здесь! — объявил яростно.

— А ну отойди! — рассвирепела мадам и вцепилась в другую мою руку. И… понеслось.

Наверное, это была картина маслом.

Женишок и мадам тянули меня в разные стороны, я ругалась, причем матом, а бригадир скакал вокруг с плетью, но ударить Итога не решался, опасаясь попасть в хозяйку борделя иль в меня. Всё-таки вид мне полагалось иметь презентабельный.

— Да отвали ты, кляча! — велела я, ибо неуемная мадам уже не просто пыталась тащить меня за руку, а еще и в волосы вцепилась. Странный метод борьбы. Если хотела избавиться от Моро-младшего, надо было его шевелюру драть, а не мою. — Ух, доберусь я до тебя! Мало не покажется! — я попыталась лягнуть противницу, ибо обе руки оставались заняты. — Как же меня все достали! — вскричала, когда не удалось добиться ровным счетом ничего. — Выпустите меня отсюда! Не хочу тут быть!

Последние слова вырвались сами собой и, как ни странно, сработали. Магия снова «включилась». Перед глазами замелькали уже знакомые искры. А в следующий миг мы покатились по… асфальту. Я, Итон Моро и… мадам Ванесса.

— Ну, мымра… — протянула я, ощупывая голову. Кожа под волосами болела страшно. Еще и локоть теперь саднило. После падения. — Я тебе сейчас самой волосенки повыдеру!

Однако мои угрозы мадам не напугали. Она успела струхнуть по другому поводу.

— Ох, мамочки! — вскричала, хватаясь за голову. — Колдуны! Тут колдуны! Похитили! Меня похитили!

— Это тебя-то похитили? — усмехнулась я.

Она меня против воли пыталась в свой бордель работать затащить, а ее похитили?!

— Амелия, бежим! — Моро-младший схватил меня за руку и заставил подняться. — Ну же, не стой, как пень. Переносить других без разрешения — преступление! А у тебя еще и метки нет!

— А? Переносить? Ого… — до меня дошло, что мы больше не в поле, а посреди городской улицы с трехэтажными домами. Причем, моими стараниями.

— Помогите! Похитили! — продолжала вопить наглая хозяйка борделя, сидя на асфальте, а женишок уже тащил меня прочь, шипя на бегу:

— Надо срочно унять твою магию! Чтоб работала, как надо! И когда надо! А не подставляла нас под удар!

— В прошлый раз она тебе жизнь спасла! — напомнила я, шустро перебирая ногами. Итон так разогнался, опасаясь снова оказаться за решеткой, что выбора не осталось, пришлось ускориться на пределе собственных возможностей. Пешие марш-броски я любила. А вот с забегами как-то не складывалось.

— А теперь может эту самую жизнь навсегда испоганить! — бросил он, пока на нас оборачивались прохожие.

Жертва похищения осталась далеко позади, и ее криков никто не слышал. Но двое бегущих людей (или магов?) привлекали внимание. И это было плохо. Найдется куча свидетелей, которые укажут, в какую сторону мы мчались. Я еще и в штанах, что тоже очень даже запоминается. Дамы-то вокруг в платьях. Не в столь допотопных, как в поселении, но всё же брюки у прекрасного пола тут явно не в ходу.

— Не могу больше… — выдохнула я хрипло.

Дыхание сбилось, сердце бешено билось о ребра, а в голове всё смешалось. Реакция Итона напугала до чертиков. Ну в самом деле! Если обвинят в преступлении, мне точно конец. Если уж «без суда и следствия» пытались отправить в бордель только за то, что у меня нет метки, за перемещение мадам запросто сгноят в тюрьме. Ну что за мир такой безумный? Где справедливость, а?

— Не… не… не… — из-за сбитого дыхания никак не удавалось закончить фразу. — Не… хочу…

Это оказалось всё, на что я была сейчас способна. Но и двух слов хватило. Магия снова откликнулась. Под столп искр мы с Моро-младшим покатились по траве.

— Да чтоб тебя, Амелия! — вскричал он, распахав щеку.

Мне повезло больше. Хоть и пролетела кубарем, зато вполне аккуратно, без травм.

— Где мы?! — вскричала, вскакивая. Испугалась, что вернулись в то же поселение, где нас за людей не считали.

Но нет, это был город. А точнее парк последи города с молодыми деревцами, кустарником и газонами. Тот же самый город, по которому бы бежали минуту назад, иль нет, не разберешь. В любом случае мне чуток полегчало. Мы не рядом с «похищенной» мадам, уже хорошо. Я плюхнулась обратно на траву и попыталась отдышаться.

— Это уже не смешно, — протянул Итон, ощупывая пострадавшую щеку.

— Гадкий у вас мир! — припечатала я.

— Мир, как мир, — отмахнулся он.

— Меня в бордель пытались запихнуть против воли, не заметил?

— Заметил и даже сражался за твою честь, — Итон закатил глаза. — И, да, это нарушение закона. Просто в глуши