Отставной экзорцист 5 - Михаил Злобин

понимаешь, о чём говоришь! — эмоционально вскричал собеседник. — Откуда ты вообще знаешь, какой я на самом деле⁈ Может, я всегда и стремился к тому, чтобы быть таким, и лишь с его появлением смог зажить, как мне хочется!

— Мою башку ты тоже расшиб, потому что тебе этого хотелось? — иронично фыркнул я.

— Я… я не собирался тебе вредить, это вышло случайно, — поник Грошев.

— Свежо предание, да верится с трудом…

— Да послушай же ты! Прекрати строить из себя единственного, кто знает, как должны жить остальные! Хватит поучать всех с высоты своего эго! Выключи своего внутреннего Бугрова хоть на секунду! Неужели не понимаешь, как ты на своего отца походишь в такие моменты⁈ Напомнить, каким он был начальником? Вот ты мне недавно швырял в лицо обвинения, дескать, про него все забыли и не навещали после инсульта. А о причинах этого ты не подумал⁈ Ведь даже тебе перепадало от него! Я тогда смолчал, не стал ничего говорить на эту тему. Пожалел тебя. Но видимо зря! Желание расписать каждому его место в жизни у вас с ним оказалось общим!

— Закончил? — сухо осведомился я, выслушав этот поток.

— Нет, Петя, нихрена я не закончил! — продолжал заводиться Виктор. — Ты со своим отцом действительно одного поля ягода! Для вас обоих не существует никого, кроме вас самих. Ну конечно, ведь вы — Бугровы! Весь мир должен вращаться вокруг вас! А что там с остальными — тьфу! Плевать на них, да⁈

— Ты чего мелешь, Витя?

— Попробуй вспомнить, интересовался ли ты, что у меня вообще происходит за пределами офисных стен? Чем я живу, о чём мечтаю, что меня волнует? А? Молчишь? Правильно. Потому что сказать тебе нечего. За все годы, что мы знакомы, ты вёл себя ничуть не лучше, чем Янталь! Я для тебя такой же удобный ботаник, который подстрахует, прикроет, проверит ошибки…

— Это не так, — раскрыл я было рот, но Грошева уже понесло.

— А как⁈ Как, Петя? Между прочим, ты сам влез в мои со Светкой отношения! И это из-за тебя всё случилось…

— Удобное оправдание ты себе нашёл, — сложил я руки на груди.

— Господи, ты невыносим! — звучно шлёпнул себя по лицу Виктор. — Ты нарочно делаешь вид, что не понимаешь?

— Я действительно не вижу связи между твоими обвинениями и демоном, который свил гнездо в твоей душе. Каким бы я ни был человеком, а тебя это не оправдывает.

— Ну конечно, как иначе… — горько усмехнулся Грошев. — Глупо было ожидать от тебя другого. У Бугровых, кажется, семейная черта различать только два цвета: либо белое, либо чёрное.

— Это здесь ни при чём, Витя…

— Ой, помолчи, Бугров! — заткнул меня собеседник. — Ты ведь не знаешь, каково это — всю жизнь быть пустым местом! Даже не запасным вариантом, а человеком, на которого смотрят как на мебель!

Я ничего не ответил, ведь для меня картина выглядела предельно ясной. Демоны всегда находят нужный ключик к человеку. Одни жаждут власти, другие денег, третьи желают отомстить, четвёртые забыться. Грошеву вот, досталось одиночество. И хитрая тварь сразу же сыграла на этом.

Вот только объяснить я всё этого Виктору не мог. Да и вряд ли отродье Бездны внутри него позволит ко мне прислушаться.

— Пойми, Петя, с ним я стал лучше! — выпалил коллега. — Он дал то, чего мне не хватало с самого детства! Внимание и уверенность. С ним я стал счастливым!

— Счастливым? — глухо переспросил я, приподнимая бровь.

— Именно! Впервые в жизни, понимаешь⁈ На меня наконец-то стал обращать внимание противоположный пол, со мной разговаривают, меня замечают! Это ты здоровенный конь под два метра ростом, глядя на которого женщины сворачивают шеи! А я… ты никогда не жил так, как приходилось мне…

— Ты очень многого не знаешь обо мне, Витя, и потому думаешь, что эти дешёвые манипуляции меня пристыдят, — не пошёл я на поводу у эмоций. — Заигрывания с демонами всегда заканчиваются одинаково. Да, поначалу они могут дать тебе то, чего ты хочешь. Но потом забирают свою плату.

— Глупости! Он ничего у меня не забрал! — категорично заявил Грошев.

— Ты просто пока этого не замечаешь.

— Ну и что это, по-твоему⁈ — упрямствовал собеседник. — Что он мог забрать⁈

— Тебя самого, Витя.

В тёмном туалете повисла тишина. Коллега наверняка бы нашёлся, что сказать в свою защиту, но тут вдруг снаружи послышался топот. А уже через пару секунд в уборную ворвались Андрюха, Фил, Славик и Яков. Резко зажёгся свет, и по моему телу будто зубья тупых пил прошлись. Контакт с Бездной прервался…

— Стоять, руки за голову! — выступил вперёд Цепков, направляя на Витьку боевой пистолет.

Грошеву, в принципе, было достаточно увидать ствол, чтобы обделаться, но остальные парни для верности ещё и тайзеры подняли.

— Вы, блядь, на автобусе что ли сюда ехали? — проворчал я, с силой разминая лицо, которое после отторжения Преисподней неприятно горело.

— Примчались сразу, Мороз, сверху просто путь неблизкий, — начал оправдываться за всех Яшка. — Ты сам-то цел?

Парни обвели выразительными взглядами разгромленный туалет, задержавшись на кровавом отпечатке ближе к входу.

— Да чё мне сделается… Давайте с ним разбираться, — кивнул я на Витьку.

— Это мы мигом… — пробормотал Славик, извлекая откуда-то из-за спины какой-то оранжевый моток.

При ближайшем рассмотрении это оказалась скрученная синтетическая лента шириной сантиметров семь с увесистым стальным храповиком на конце. Такой вроде ящики на складах фиксируют.

Грошев не сопротивлялся, пока Вячеслав заматывал ему руки, щёлкая затягивающим механизмом. Лишь смотрел на меня с немой мольбой в глазах, будто ждал, что я проникнусь к нему жалостью и отыграю всё назад.

— У отдела логистики подрезал, — горделиво пояснил Славик, заметив, как мы пристально следим за его манипуляциями. — Штукенция просто находка! Называется рэтчет. Если ментовские браслеты даже триста кэ-гэ не выдержат, то этой ленточкой хоть быка связать можно. Производитель три тонны разрывной нагрузки заявляет.

Мысленно присвистнув, я приблизительно оценил, сколько витков Вячеслав накинул Грошеву от запястий и до самых локтей. Если каждый оборот на три тысячи килограмм рассчитан, то разорвать такую сбрую даже у одержимого не выйдет. Впрочем, телекинетика или пироманта вряд ли этим остановишь…

Пока мы конвоировали Грошева, я на всякий случай сам перехватил у Андрюхи ствол. Как у самого опытного, у меня даже без помощи Бездны есть шанс распознать энергетические манипуляции. И тогда, как бы ни было жалко Витю, придётся его пристрелить.

Однако до сорок седьмого этажа мы доехали без происшествий. Грошев вёл себя тихо и покладисто, не помышляя ни о каких гадостях. На первое время мы посадили его