Металлический монстр - Отис Эделберт Клайн

как её нога провалилась в какую-то полость. Долорес с криком боли выдернула её и побежала ко мне: из колена текла кровь. Следом из отверстия выскочило белое существо около полутора футов ростом и погналось за ней, быстро семеня шестью ногами. За ним появилось второе, третье – и я понял, кто это: гигантские термиты величиной с домашнего бульдога, но во много раз более опасные.

Я бросился к ней, держа наготове раскалённый жезл, но не успел до нее добраться, как из-за обеих сторон холма на нас ринулась настоящая армия этих чудовищных существ, угрожающе щёлкающих огромными крючковатыми мандибулами.

– С этими тварями не договориться! – крикнул я. – У нас нет ни единого шанса. Бежать сможешь?

– Конечно! – ответила она и пронеслась мимо меня со скоростью пули.

Я, не мешкая, бросился следом, однако быстро понял, что стремительные шестиногие твари настигают нас и через считаные мгновения мы будем сбиты с ног и разорваны на куски.

– Залезай на что-нибудь! – крикнул я. – Это единственный шанс от них отбиться.

Долорес бросилась к ближайшему членистому стеблю и полезла вверх; я последовал за ней, а снизу уже щёлкали челюстями первые термиты.

Я ткнул раскалённым жезлом в раскрытую пасть вожака, и тот, кувыркнувшись, рухнул на тех, кто шел следом. И тут произошло нечто поразительное. Над головами раздался гул, словно одновременно заработала дюжина вертолётных винтов, и стебель, за который мы держались, с невероятной быстротой оторвался от земли.

Я взглянул вверх и понял, в чём дело. Это был вовсе не чешуйчатый стебель растения. Мы держались за тонкое, членистое тело огромного насекомого! И мы уже находились так высоко над землей, что, разжав руки, непременно разбились бы насмерть!

Глава VIII. Чудовища подземного мира

Огромное насекомое, за которое мы держались, с невероятной скоростью понеслось прочь. Его огромные крылья, которые в неподвижном состоянии я принял за широкие листья какого-то странного подземного растения, с такой быстротой трепетали в полёте, что становились невидимыми. Само существо очень напоминало гигантскую стрекозу: массивная голова, огромные выпуклые глаза и длинное, сравнительно тонкое тело. Оно летело на высоте около тысячи футов, и, глядя на землю, я прикинул, что оно несёт нас со скоростью свыше ста миль в час.

Цепляясь одной рукой за край огромного сегмента и обхватив округлое туловище обеими ногами, я наблюдал за стремительно меняющимся пейзажем внизу. Вскоре вся растительность исчезла, и мы пролетали над бесплодной, ослепительно белой областью, покрытой дюнами и впадинами.

Долорес отчаянно цеплялась руками за сегмент, находящийся передо мной, и я заметил, что она тоже с тревогой вглядывается в пейзаж внизу. Я окликнул её, но она не услышала меня из-за гула, производимого огромными крыльями. И я не мог подползти к ней ближе, не рискуя сорваться с нашего живого летательного аппарата и разбиться насмерть.

Я был настолько поглощен наблюдением за разворачивавшейся внизу панорамой, что не замечал огромную черную тварь, молнией устремившуюся на нас сверху, пока она не нанесла удар. Огромные зубы вонзились в грудную клетку гигантской стрекозы прямо за головой. Ее крылья затрепетали, а затем безвольно повисли. Это была быстрое и безупречное убийство. Нас стремительно понесло вверх по крутой спирали, и у меня появилась возможность разглядеть существо, атаковавшее нас. Это была исполинская безволосая летучая мышь с черной кожей. Тело насекомого теперь повисло практически вертикально, из-за чего удерживаться на нем стало куда труднее, чем во время горизонтального полета. Похоже, гигантская летучая мышь даже не заметила нас, приняв за часть тела своей добычи.

По мере того как мы продолжали всё выше и выше подниматься по спирали, свет над нами становился всё ярче, а очертания земли внизу делались всё более расплывчатыми и нечеткими.

Выше и выше поднимались мы сквозь клубящиеся полупрозрачные туманы, пока не оказались у самого светящегося купола этого странного подземного мира – на высоте добрых пяти миль над землей. Глаза слепило яркое сияние неровного, вероятно радиоактивного камня, из которого был сложен свод.

Летучая мышь на мгновение зависла под огромным зубчатым проломом в куполе. Тут я заметил, что поблизости есть ещё несколько подобных отверстий. Затем она устремилась вверх и в сторону, опустившись в освещённой изнутри пещере площадью около ста квадратных футов.

Я недоумевал, почему чудовище не съело свою добычу прямо в полёте, как обычно поступают летучие мыши внешнего мира, но вскоре понял причину. Двое её детёнышей, висевших вниз головой на уступе в глубине пещеры, слетели на пол и бросились к матери, пронзительно визжа и возбуждённо хлопая крыльями.

Взрослая летучая мышь опустила насекомое на пол – мы всё еще цеплялись за него, – после чего развернулась и нырнула в отверстие.

Судя по размерам взрослой особи, двое мчавшихся к нам детенышей выросли едва ли на четверть. Но это не мешало им быть чрезвычайно грозными противниками, поскольку каждый из них достигал более десяти футов в высоту и был вооружен длинными острыми зубами, а также устрашающего вида когтями на крыльях и задних лапах. Мы с Долорес одновременно вскочили на ноги и попятились, а они набросились на насекомое и принялись жадно пожирать его, словно каждый боялся, что другому достанется больше.

Первым моим порывом было найти хоть какой-нибудь путь к бегству, пока два огромных детеныша были заняты своим пиршеством. Велев Долорес спрятаться за одним из валунов, усеивавших пол, я осторожно обследовал пещеру, обходя летучих мышей то с одной, то с другой стороны. Они следили за мной своими черными глазами-бусинками, но, по-видимому, не считали меня столь же лакомым кусочком, как насекомое.

Убедившись, что выбраться из пещеры можно только тем путём, которым мы сюда попали, я вернулся к валуну. Глаза-бусинки летучих мышей всё так же неотступно следили за мной, пока они доедали остатки несчастной стрекозы.

Наше положение казалось совершенно безнадёжным. Мы находились в пяти милях над поверхностью нижнего мира и неведомо на какой глубине под земной корой; мы были заперты с двумя голодными существами, превосходившими размерами и опасностью величайших хищников внешнего мира. Более того, в любую минуту могли вернуться один или оба их родителя – создания вчетверо крупнее тех, что находились перед нами.

Не было никаких сомнений в том, что молодые летучие мыши нападут на нас, и это произошло очень скоро. Покончив с пиршеством и облизнувшись, они, подпрыгивая и хлопая крыльями, бросились к нам.

Сжимая в левой руке цилиндр с парализующим лучом Лака, а в правой – его раскаленный