Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

ещё, что делало её тяжелее и острее обычного. Стихия Пыли на стадии формирования была едва заметна — просто лёгкое изменение воздуха вокруг ладоней Цучикаге.

— Рука Земли: Тяжёлый Кулак.

Камень под ногами Оками взорвался вверх — не один крупный блок, а десятки меньших кусков, выстрелив одновременно с разных сторон. Была ещё ловушка снизу, закрывающая пространство для манёвра.

Оками прыгнул. Отталкивался с уже поднимающегося камня и уходил вверх, пропуская основную волну под собой. Приземлился на выступ скалы метром выше, на краю ущелья, а Ханзо ждал его там.

Удар был готов заранее. Ладонь в грудь с полной силой и чакрой и Оками принял его на скрещённые руки перед собой. Его отбросило назад, перекатившись по скальному выступу, он остановился лишь у самого края.

Никто к нему не приблизился добивать, и он спокойно поднялся без спешки отряхивая одежду.

Ооноки сверху нахмурился. Этот человек принял прямой удар Ханзо и встал. Сломанные рёбра должны были быть, минимум одно. Но…ничего, тот просто встал. Это в корне меняло расчёты и следующий рывок Ханзо подтвердил догадки Цучикаге.

Следующие несколько минут выглядели со стороны как странный танец.

Ханзо атаковал в ближнем бою — быстро, технично, не давая противнику отдышаться. Оками уходил, блокировал, и иногда контратаковал. Ооноки работал дистанционно — каменные волны, сталагмиты из скал, давление земли снизу. Создавал ограничения пространства, загонял незнакомца туда, где Ханзо мог работать эффективнее.

Схема была отработанная. Не специально под этого противника, но достаточно гибкая.

Оками её видел. Это тоже было заметно — он не просто реагировал на удары, а выбирал, куда перемещаться, так, чтобы не оказаться там, где хотели видеть его двое сильных шиноби. Иногда проигрывал в этом выборе — и тогда получал или от Ханзо, или попадал под каменные техники Ооноки. Но не критично, ни разу критично и спокойно продолжал.

— Он нас проверяет, — сказал Ханзо между атаками, когда Оками отступил на пару секунд за каменный выступ. — Смотри на ноги.

Ооноки посмотрел. И увидел — незнакомец распределял вес с такой точностью, что каждый его шаг был осознанным. Не инстинктивным, а продуманным. Он анализировал в бою.

— Знает, что мы не бьём в полную силу, — добавил Ханзо.

— Мы тоже знаем, что он не бьётся в полную силу.

— Верно.

Оками вышел из-за выступа. Теперь у него в руке был кунай. Он не стал кидать — просто держал, меняя дистанцию для ближнего боя.

Ханзо ринулся вперёд. Короткий размен — кунай против голой руки, Саламандра перехватил запястье, крутанул, а Оками поддался на пол-движения — ровно до точки, где захват терял смысл — и освободился, отходя назад.

Ооноки опустился ниже, ближе к уровню скал и сложил ручные печати. Земля вокруг Оками вздулась буграми, потом резко схлопнулась внутрь — техника захвата ног. Оками увидел в последний момент и отпрыгнул, но один бугор всё же захватил левую ступню на долю секунды — задержка, меньше секунды — но этого хватило Ханзо для следующей атаки.

Прямой удар в лицо. Быстрый удар с коротким замахом руки. Оками наклонил голову и удар пришёлся по скуле вскользь, но что-то всё же хрустнуло.

Он ответил — не кунаем, а локтем в подбородок Ханзо снизу-вверх. Саламандра не успел полностью уйти и получил удар вскользь по маске, качнулся первый раз за весь бой.

Ооноки остановил технику. Просто завис и смотрел, как Ханзо выравнивается.

— Хорошо, — произнёс Саламандра негромко. Это снова была просто мысль. Не похвала, не раздражение. Констатация.

Оками потрогал скулу. Треснула, похоже. Регенерация уже работала — слабо, но работала. Ситуация не позволяла тратить силы на быстрое восстановление, но кость медленно стягивалась.

— Ты мог уйти минуту назад, — сказал Ханзо. — Когда я атаковал после захвата Ооноки. Там был момент.

— Был.

— Почему не ушёл?

Оками помолчал.

— Интересно было.

Саламандра наклонил голову. Если за маской было какое-то выражение лица — непонятно, но чакра у него изменилась. Стала чуть плотнее и чуть сосредоточеннее.

— Тогда продолжим, — сказал он и атака пошла иначе.

Ханзо формировал печати на ходу — быстро, почти без видимого движения пальцев. Дыхание изменилось, и Оками уже знал, что сейчас будет выброс ядовитого тумана. Перекатился в сторону до выброса — глаза читали формирование чакры и давал секунду-полторы преимущества. Туман вырвался туда, где он стоял долю секунды назад.

Он был фиолетовый и настолько густой что медленно оседал словно мёд.

Оками не стал проверять на себе что в нём.

Он поднялся на скальный выступ, работая ногами. Прыжок за прыжком, выбирая траекторию так, чтобы не входить в облако. Ханзо следовал, сокращая дистанцию, а Ооноки поднялся выше, меняя угол атаки.

Каменный столб вырвался сбоку. Оками ушёл от него, но второй уже шёл с другой стороны — Ооноки работал сразу двумя. Стиснул пространство, деваться было почти некуда, и Ханзо использовал этот момент — рванул в клинч, схватив за плечо.

Оками дёрнулся, но захват был крепкий и он не стал вырываться. Вместо этого шагнул вперёд — навстречу Ханзо, сокращая дистанцию до нуля — и ударил головой в маску. Хруст. Маска выдержала, но Саламандра отшатнулся, рефлекторно ослабив хват.

Этого хватило.

Оками освободился и отскочил. Встряхнул головой — лоб болел, но больно было и Ханзо. Тот тёр маску рукой, поворачиваясь к нему.

— Интересная техника, — произнёс Ооноки сверху с каким-то непонятным интересом. — Головой.

— Работает ведь, — откликнулся Оками.

— Не всегда.

— Пока работало.

Ооноки снова сложил знаки. На этот раз другой набор — более длинный, сложный. Чакра у него стала ощущаться иначе: плотнее, дробнее. Будто что-то готовилось разлететься на мелкие части. Оками почувствовал это краем сознания и отложил на потом, секунды ещё были в запасе, техника похоже сложная.

Пока важнее был Ханзо.

Саламандра снова пошёл вперёд, но теперь медленнее. Он менял ритм — до этого он двигался быстро, непрерывно давя темпом. Теперь остановился, выжидая и Оками двинулся первым — прямой удар кулаком в голову.

Ханзо поднырнул под руку. Захват за бедро, рывок — классический бросок. Оками успел сгруппироваться, и приземлился на руки, оттолкнувшись и ушёл перекатом. Встал