Фантастика 2025-150 - Иван Катиш

Ректора не пустили к его величеству, а вот Свито не отступил, добился встречи, несмотря на позднее время, и ему удалось полностью отменить Верин приговор, но не сдержался, высказал обиду:

- Это твоя любимая Агнесс Ферокс так своевольничает. Властью упивается!

- Агнешка? Ну-ка, ну-ка, дайка мне приговор. Она зазря не будет ничего делать. Вот смотри, тут ведь как посмотреть. Нам ли с тобой не знать, какими хищницами бывают юные лэры, особенно со слабым даром.

- Да не слабый у неё дар! Не слабый, а редкий и нужный! Она, между прочим, тебе, твоё величество, кучу денег сэкономила.

- Ах, так это на неё казначей жаловался, что деньги в Западную летят без счёта! Военное ведомство забирает себе огромную долю всех наших доходов, а у меня, между прочим, сельское хозяйство давно уже вложений требует! Развитие культуры поддержать нужно. А мы едва справляемся с выплатами пособий семьям военных! Казначей предоставил данные о выплатах, так Западная деньги жрёт тоннами!

- Жмот он! Западная – одна из самых тревожных крепостей! Конечно, она в числе лидеров по выплатам пособий!

- Свито, - замахал его величество на советника руками, чтобы не начинал свои вечные жалобы, - чем тебе Агнешка не угодила, что хочешь так показательно её работу оспорить? Она замечательная, тонко чувствующая девушка. Думаешь, ей легко в чужих мыслях ковыряться? Ты вот небось на мордашку своей протеже смотришь, а Агнесс в душу ей заглянула и раз решила, что твоя девочка виновна, значит, виновна.

Военный советник не отступал, король не сдавался. Её величество, уставшая ждать мужа, посмотрела на принесённые бумаги, изменила наказание и выставила советника вон.

Утром Вере был озвучен новый приговор: два года в Южной Варсе.

После десяти лет этот приговор давал надежду на жизнь. Два года она постарается продержаться! Морозы её не пугают, боязно людей. Если там преступники, то ей нужны защитные артефакты. На миг она пожалела об отданном артефакте, а потом решительно встала. За ту бляшку её на севере убили бы. Нет, тут надо что-то другое. Вера вскочила и засобиралась.

- Ранс, ты куда? Уже на службу бежишь? – удивился ректор.

- Лэр-в Каримон, а когда мне надо туда попасть?

- Ну, вообще-то тебя отконвоируют… Свито, как это вообще происходит?

- Собирают группу и везут на назначенные места. Я договорился, что Ранс прибудет сама.

- Спасибо Вам, лэр-в Свито, - поблагодарила Вера, на что мужчина досадливо махнул рукой.

- Лэра Ранс, - подумав, обратился советник к девушке, - вы не отчаивайтесь. Северные земли обжиты. Вас посылают в самую тёплую часть севера. Там служат ссыльные, но среди них много неплохих людей. Многие, как и вы, попали в неприятные жизненные обстоятельства и, выбираясь так, как умели, получили срок. Лэр-в Линей, командующий Южной Варсы, практически единственный лэр-в на всём севере. Он ещё в молодости превысил свои полномочия и был переведён служить в Южную Варсу. Давно уже мог бы покинуть крепость, но остался там. Привык, говорит, что ему нравится север. Человек он требовательный, но справедливый. Порядок у него идеальный. Так что, лэра,  не придумывайте себе никаких ужасов. Я напишу Линею записку, объясню специфику вашего дара – и пусть радуется. Единственное, что не могу обещать, так это дополнительного финансирования. Тут уж вам выкручиваться придётся самой. 

- Спасибо.

Советник вздохнул.

- За что «спасибо»? Ерунда у нас какая-то вышла, а ты мне «спасибо»! Каримон, а я ведь тебе говорил, что дурдом у нас происходит. С лёгкой руки менталистки уже немало лэров отправились в ссылку, и я подозреваю, что наше величество так решает проблему нехватки кадров на севере.

- Кого ещё она отправила?

- Ты их не знаешь, но был тут случай, когда командующий небольшой крепостью за её счет поддерживал жителей деревни после того, как там твари весь скот задрали. Деньги тратил, а бумаги не оформил, как подобает. Да и некому у него их оформлять. Крепостица-то маленькая! Ферокс прилетела, подтвердила, что растрата есть, а остальное не её дело. В моём ведомстве командующий считается ответственным и разумным лэром, а в других он - растратчик. И тут дело даже не в его жалости к жителям деревни, а в том, что пережив тяжелые времена, они бы встали на ноги и продолжали бы поддерживать крепость продуктами. Это всяк дешевле, чем везти питание гарнизону издалека, но видишь у нас как теперь!  Я-то, старый дурак, сначала на гаргулью серчал, что она развела бюрократию. Решили, что имеет смысл в спорных ситуациях молодую менталистку посылать, чтобы приобретала опыт, на месте смотрела, что да как. Ставили ей конкретную задачу. И вот пожинаем урожай.

- Свито, нам сейчас не проблемы королевства надо решать, а вот этой особы, попавшей в жернова политики.

- Чего тут решать? Люди везде живут. Ты, голуба, знала, что с Варгом непросто будет разойтись?

Вера кивнула, не обращая внимания на перескоки в общении с ней советника.

- Ну, так вот. Считай, легко отделалась. Ты же не думала, что будешь служить в соседней с ним крепости? Держать тебя поблизости от него – значит соблазнять его на разные дурные поступки. И я тебе прямо скажу, дал бы тебе назначение на юг. Любишь жару?

Девушка пожала плечами.

- Не знаешь, потому что не жила в жаркой части королевства. Жару любить надо, уметь жить в ней. Может, даже и лучше, что так сложилось. Север – он разный. Там зимой снега, весной всё тает, лето короткое, но жаркое, а потом красочная осень – и всё по новой. Да, зимы морозные, не то, что у нас, но ничего страшного, если тепло одеваться.

А Вера даже затаила дыхание. Неужели на севере смена сезонов схожа с привычными ей на Земле? Здесь снег она видела только в Живице, и то ни разу не было таких морозов, чтобы крепко за щёки хватал.

Мужчины ещё долго говорили о деле Веры, о своих делах, а она отправилась к лэре артефактору. Знакомая ей лэра оказалась матерью молодого Ферокса и свекровью Агнесс. Вере пришлось рассказать, как погибла гаргулья, о том, что менталистка могла помочь, но не захотела. Лэра Ферокс расспрашивала о делах, приведших её в столицу и о заведённом на неё деле о дезертирстве. Снова пришлось упомянуть невестку лэры Ферокс.

Вера чувствовала себя неловко, но если молчать