Газлайтер - Григорий Володин

Дом встретил меня тишиной и мягким светом, пробивающимся из-под дверей. Половина дома уже спала. У меня было сильное желание броситься в постель и забыться, но… не сегодня. Сегодня предстояла бессонная ночка, ведь иначе до утра мог не дожить весь Невинск — и это ещё в лучшем случае. Проходя мимо гостиной, я наткнулся на неожиданный сюрприз. Светка, вся такая серьёзная, сидела на диване и была полностью поглощена чтением романчика с ванильной обложкой.

— Ну-ка, что это у нас? — с ухмылкой спрашиваю, взглянув на книгу.

Светка вздрогнула, как воришка, пойманный на горячем. Лицо вспыхнуло краской, а роман тут же скрылся за подушкой.

— Ты ничего не видел! — выпалила она, нервно прижимая подушку к груди.

— Снова ничего не видел, — с улыбкой киваю. — Я же телепат, у меня это отлично получается.

Она недоверчиво хмурится, но явно облегчённо выдыхает, увидев, что я не собираюсь продолжать.

— Слушай, мне срочно нужно в Невинск, — говорю уже серьёзнее. — В Антарктике активизировались монахи. Они там готовят вторжение.

— Отлично, я еду с тобой, — Светка тут же подскакивает, глаза сверкают боевой решимостью.

— Поедешь, но не для того, чтобы сражаться. Ты будешь моим связным в Невинске. Через брачные кольца связь самая идеальная, а мне нужно держать контакт с гвардией и дружиной.

Её плечи опускаются, и решимость сменяется плохо скрываемым разочарованием.

— Но я хочу быть в деле! Бить этих фанатиков-монахов…

— Свет, — мягко перебиваю её. — Через кольца ты будешь моими глазами и ушами. Это не менее важно, чем швыряться фаерболами.

— Да уж, отмазался, — бурчит она, но соглашается. — Ладно, командир, когда выезжаем?

— Через четверть часа, — бросаю через плечо, уже направляясь в коридор.

Я нахожу Лену в соседней комнате, где она с предельной серьёзностью склонилась над стопками салфеток. Она явно старается выбрать идеальный вариант для предстоящей свадьбы. По-моему, они с Камилой чересчур углубились в детали — на собственное венчание они, кажется, потратили меньше времени и нервов. Насте повезло: такие увлечённые организаторши — настоящая находка.

Рядом, на мягком ковре, раскинулась Красивая. Гигантская кошка лежала с ленивым изяществом, наблюдая за Леной полуприкрытыми глазами.

— Лена, — тихо произношу. Она оборачивается с легким удивлением, но тут же улыбка становится шире. — Мы со Светой уходим в Невинск. Монахи сильно шалят. Ты за главную, пока нас не будет. Лакомка беременна, так что ты — самый хозяйственный человек здесь. Справишься?

— Конечно, Данечка, — заверяет благоверная.

Через пятнадцать минут я беру Светку за руку, активируя портальную статуэтку. На всякий случай заранее связываюсь с Портаклом, чтобы всё прошло гладко. Однако наш процесс подготовки внезапно прерывается — в дверях появляется Красивая. Её громкое, словно заявляющее о праве на участие, мурлыканье наполняет комнату.

— Сударыня, хотите с нами? — спрашиваю я с улыбкой, поднимая бровь.

Тигрица… кивает. Да-да, величественно и совершенно недвусмысленно.

— Ну что ж, хорошо, — подмигиваю Светке. — Коснись сударыни. Видимо, госпожа Красивая соскучилась по тигрятам.

Светка тянется к спине Красивой, но та, с характерным тигриным изяществом, хлопает её хвостом по руке.

— Она не хочет, Даня, — удивленно говорит блондинка.

Тигрица подходит ко мне и, не дожидаясь приглашения, прижимается боком к моему бедру.

— Так тоже сойдет, — соглашаюсь, удерживая статуэтку одной рукой, а другой крепко сжимая Светкину ладонь. Для перемещения вместе с кем-то нужен тактильный контакт.

В следующую секунду активация завершена, и нас переносит прямо во двор Невинского замка.

Во дворе у стелы нас встречает Портакл. Он зевает с таким беззаботным видом, будто его только что разбудили от полуденного сна.

— Все твои командиры уже в сборе, менталист, — лениво сообщает он, едва прикрывая рот рукой.

— Отлично, оставь стелу активной. Скоро она снова пригодится.

Со Светкой направляемся в замок. Внутри, в штабной комнате, царит то, что я бы назвал «организованным хаосом». Булграмм облокотился на стену с суровым выражением лица, Ледзор Одиннадцатипалый обдувает руки морозным дыханием, а Студень сосредоточенно указывает на карту, закреплённую на стене.

Змейка же, занимает самое необычное место — она лежит на столе, с ленивым удовольствием изгибаясь. На её чешуйчатых губах застыли капли чая.

— Пахнет мятой, — замечаю, войдя в комнату.

— Прости за бардак, Филинов, — внезапно раздаётся голос Фирсова. Он кивает на опрокинутую чашку и добавляет с едва заметной улыбкой: — Змейка оценила наш мятный чай… скажем так, слишком хорошо.

М-да, а ведь Горгоны тащатся от мяты, как кошки.

— Окей, но больше никакого чаепития на штабных столах, — бросаю взгляд на изгибающееся тело довольной Змейки. — Милая, могла бы ты освободить поверхность?

Хищница недовольно шипит, но всё же соскальзывает на пол, продолжая облизываться.

— Студень, твой отчёт, — перевожу взгляд на карту.

Студень кивает, указывая пальцем на точку на карте.

— Здесь, по данным разведки, собрались монахи с големами, — его голос ровный, но в интонациях слышится напряжение. — Красные метки обозначают монашеские Обители. Как раз между ними монахи и устроили лагерь сбора.

Глаза упираются в карту, пестрящую красными метками. Доклады продолжают звучать. Студень говорит, что армия монахов действительно неслабая. Фирсов угрюмо уточняет, что среди них замечены полукровки-дроу.

Я делаю вывод: монахи скоро перенесут своё войско в Невинск с помощью Гагера. Это становится почти очевидным. Не знаю, почему этот лорд-дроу ко мне прицепился. Вряд ли он просто злопамятный. Наверняка, союз с монахами дает ему какие-то выгоды. Может, подкинут ему пару ламп с джиннами.

— Так сколько их там? — спрашиваю.

— Три десятка големов и сотни две дроу-мутунтов. Монахов пока непонятно — они еще прибывают.

Внимательно изучаю карту, раздумывая что предпринять, наконец даю указания:

— Привести всю гвардию и дружину в полную боевую готовность, — резко бросаю, обводя взглядом присутствующих. — Булграмм, срочно перекинь сюда старшую и среднюю дружины. Фирсов, займись позициями с «Тибетом». «Бураны» держите наготове — если монахи с големами доберутся до Невинска, не скупитесь на кислотные залпы. Мы не имеем права дать им пройти в город. Всё должно быть подготовлено к возможной атаке.

— И все же их многовато, Филинов, — замечает Фирсов.

— Тогда мы примем бой и сразим их насмерть! Падем в великой битве за нашего конунга! — громогласно заявляет Булграмм, грозно сверкая глазами. Его рука сжимает рукоять меча,