"Фантастика 2025-155". Компиляция. Книги 1-32 - Сергей Александрович Плотников

войны начинали. Высокая, статная, с косой толщиной в руку и формами, заставлявшими форменное платье трещать по швам. Верхняя пуговка кокетливо отсутствовала — то ли потерялась, то ли отлетела.

Старый пердун, как за глаза называла прислуга Бориса Аристарховича, с удовольствием отметил, как белоснежный передник подчеркивает все ее достоинства. На серебряном подносе красовался его утренний «эликсир бодрости» — кофе, щедро разбавленный коньяком). Рядом — плитка швейцарского шоколада и гаванская сигара, за которую на черном рынке давали цену, равную месячной зарплате среднего чиновника.

— Ах, господин, вы сегодня выглядите просто восхитительно! — защебетала девушка, наклоняясь чуть ниже необходимого, чтобы расставить приборы. — Такой моложавый, статный… Кто бы мог подумать, что вам уже… — тут она осеклась, прикусив язычок, и бросила на хозяина игривый взгляд из-под длинных ресниц.

Когда она проходила мимо, Борис Аристархович не удержался и легонько хлопнул её по аппетитному бедру. Маша звонко рассмеялась, прикрыв рот ладошкой.

Старый аристократ довольно хмыкнул. Да, девчонка откровенно льстила и заигрывала, но разве может быть лучше начало дня, чем внимание молодой красавицы? Даже если это внимание оплачено вместе с контрактом на услуги прислуги.

— Подайте завтрак на веранду, — велел он, облачаясь в халат.

Он устроился за резным столиком, наслаждаясь видом безупречно подстриженного газона. Размышляя о делах.

Металлический лязг его прервал. У ворот особняка, поднимая пыль на безупречной подъездной дорожке затормозили четыре черных бронированных автомобиля.

«Какого демона?..» — Борис Аристархович поднялся, собираясь высказать нарушителям все, что думает об их фамильном древе вплоть до десятого колена. Но не успел он придумать достаточно витиеватое проклятие, как из машин выскочили люди в черной форме и масках.

Последним, что отчетливо запомнил почтенный аристократ — одного из бойцов, который выхватил из разгрузки что-то похожее на небольшой арбалет. Через узорчатую ограду, отделявшую его владения от внешнего мира, вылетела странная штуковина.

Борис Аристархович опустил взгляд на свой халат, куда впились металлические лапки устройства.

— Что за е… — только и успел выдохнуть он, прежде чем разряд тока прошелся по его телу… а его лицо встретилось с землёй.

* * *

Я сидел в позе лотоса на древних каменных плитах нашего «секретного исследовательского центра» — заброшенного туалета. Да, самые серьезные эксперименты мы проводим в месте, которое раньше служило совсем иным целям.

Сосредоточившись на магическом ядре, я начал медленно расширять его границы. Процесс требовал абсолютной концентрации — одно неверное движение, и энергия вырвется из-под контроля. Это как пытаться удержать в ладонях шар из чистой плазмы, который одновременно обжигает холодом и пылает жаром.

Костя наблюдал за происходящим от дальней стены, и было на что посмотреть. Светло-зеленые потоки целительской силы расползались по полу подобно корням древа жизни, переплетаясь с черно-зелеными нитями некротической энергии. Противоборство двух стихий… там, где встречались потоки, камни трескались, не выдерживая напряжения.

Каждый удар сердца отдавался пульсацией силы. Я чувствовал, как медленно, миллиметр за миллиметром, расширяются границы ядра. Боль нарастала — словно каждая клетка тела сопротивлялась вторжению чуждой энергии. Но боль — это просто сигнал. Сигнал о том, что ты двигаешься вперед.

Наконец я прекратил подачу энергии. Результат того стоил, хотя ощущения были такие, будто тебя пропустили через мясорубку. Я вытер выступивший на лбу пот, восстанавливая дыхание.

— Слушай, — Костя дождался, пока схлынет магическое свечение. — А ты не можешь убрать из Софии свою силу? Этот, как ты говоришь… кокон из некротической энергии на сердце?

Я медленно поднялся, разминая затекшие мышцы:

— Теоретически возможно. Но сначала нужно найти способ стабилизировать её естественным путем. Потребуется полная диагностика, детальное изучение всех энергетических каналов. Это не та операция, которую можно провести наспех.

— А неплохо ты подставил её дедулю, — хмыкнул Костя, протягивая мне руку.

— Я никого не подставлял, — возмутился я. — Я просто вывел на свет то, что старик так старательно прятал в тени. Он сам выбрал этот путь, прекрасно понимая риски. Но ему было наплевать на внучку и на людей. Вспомни замороженных студентов — это был первый звоночек.

Я отряхнул брюки, продолжая размышлять вслух:

— А в этот раз ставки были неизмеримо выше. На балу собрался цвет империи — сливки общества, сильнейшие маги. Случись там выброс нестабильной маны… — я покачал головой. — И это, не считая концентрации иномирцев в зале. Такой набор мог создать идеальные условия для открытия портала. А учитывая силу возможного прорыва… — я сделал паузу, — думаю, замороженные студенты показались бы всем детскими шалостями. Так что по факту я спас её, — я оперся спиной о прохладную стену. — Спас людей на балу, которые даже не подозревали, на краю какой пропасти стояли. А теперь… — я сжал кулак, — теперь я могу всё исправить. Нужно время, чтобы аккуратно извлечь из неё мою силу, не позволив вернуться прежней нестабильности.

Я почувствовал, как внутри поднимается волна ярости:

— А её дед… — мой голос стал тише. — Настоящий урод. Мало того, что ему плевать на судьбу собственной внучки, так он ещё и пытается использовать её как пешку в своей игре. Подложить её под меня… — я криво усмехнулся. — Знаешь, я повидал немало грязи в этом мире, но использовать собственную кровь как разменную монету…

Тонкая трещина пробежала по каменной стене там, где я стоял — похоже, остаточная энергия от тренировки все еще бурлила внутри.

— Так родственники не поступают, — я медленно отошёл от стены. — Каждое действие порождает последствия. И наш дорогой дедушка скоро узнает, что карающая десница судьбы может быть очень… изобретательной.

От моих рук исходила черно-зеленая дымка:

— Если потребуется, я стану тем, кто опустит меч над его головой. Такие подонки должны быть наказаны. И когда придет время расплаты, он пожалеет о каждой секунде, когда думал, что может использовать невинную девушку в своих грязных играх.

Костя смотрел на меня, наморщив лоб. В его глазах читалось беспокойство.

— Что, опять пугаю? — я усмехнулся. — Не переживай, я не планирую ничего… слишком очевидного. В конце концов, лучшая месть — это когда жертва до последнего не понимает, откуда пришел удар.

* * *

Лечебный корпус встретил меня вечерней тишиной. Только приглушенное гудение защитных артефактов нарушало покой этих стерильных коридоров. После ужина здесь почти никого не бывает — идеальное время для работы. Когда даже дежурные целители предпочитают дремать в ординаторской, можно не опасаться лишних глаз.

Спасибо Ефиму за то, что