Ксенолог с пересадочной станции - Аксюта Янсен

неохотой предложенный «ключ от всех дверей» тоже не прошёл отбора, но уже как подаренная лично мне вещь и имеющая для меня слишком большую ценность. Тогда я принялась выворачивать карманы. Вы когда-нибудь слышали, что может поместиться в сумочке у девушки? Если слышали, то можете себе представить, с каким интересом следило почтенное общество за этим действом. Под неугасающий свет пещерных ламп были извлечены: «вечный» листок для заметок — небольшого формата пластинка, на которой можно было писать и стирать бессчётное количество раз, электронная записная книжка, набор заколок (зачем только таскала! ведь с тех пор как сделала модную стрижку, совсем перестала ими пользоваться), слипшиеся в единый ком леденцы, брикетик жевательной зубной пасты, идентификационная карта (одна из нескольких у меня имеющихся), кое-что из косметики, «счастливая» монетка выменянная когда-то у Бродяжек, баллончик с псевдокожей выпрошенный у Мика (им я немедленно воспользовалась, залив защитно-регенеративным составом несколько крупных ссадин на руках и ногах) и ещё чёртова уйма вещей, непонятно зачем таскаемых за собой. Самые обычные мелочи, и по общему убеждению — ничего такого, эквивалентного единственной и неповторимой мне. Я даже расстраиваться начала, пока не выудила из уголка кармана, случайно завалявшуюся там и застрявшую ягодку, когда-то сорванную в спальне у Ненни-Ро.

— Вот, — предъявила я торжественно. — Семена драконьего мха.

Тёмно-бордовая, чуть сморщенная горошинка пошла по рукам. Потом общество внезапно пришло в движение и, как приливной волной подхватив и меня за собой, устремилось в неизвестном направлении. Слава богу, идти пришлось недалеко — всего лишь преодолеть пару аналогичных залов-пещер да проплыть метров десять по полностью затопленному переходу — говорить не о чем. Зато место, куда мы попали, полностью окупало все труды по его достижению. Сад — не сад, оранжерея — не оранжерея, но что-то подобное — царство эндемичной растительности, занимавшей и подводную часть пещеры, и плетями тянущейся на подвесных канатах и гроздьями-сростками крепящейся к стенам. В нос ударил острый, тёплый, пряный грибной запах, смешанный с чем-то трудно распознаваемым — у меня сразу же начала кружиться голова и все местные красоты отступили на второй план. В том числе и хозяйка этой плантации, которая вывернула из-за желтовато-бурого листа местной флоры и, принялась ругаться на старейшин. Судя по всему, она была не слишком рада видеть толпу ввалившегося в оранжерею народа, и недовольство её удалось усмирить только предъявлением чуть сморщенной ягодки драконьего мха (надо будет узнать у Ненни-Ро, как же он всё-таки по-настоящему называется). Речь я их, конечно же, не понимала, но общий смысл переговоров был и так понятен по общему тону, мимике и жестам, и каким бы сомнительным мне самой не казался этот полусухой шарик, первую из увиденных мной женщин-русалок он заинтересовал. Кстати, она нимало не напоминала образы пышногрудых длинноволосых прелестниц, которыми пестрят иллюстрации сказок и фантастических романов и которую, я подсознательно ожидала увидеть. Такое же поджарое и обтекаемое тело, как и у мужчин, грудь выступает едва-едва, волосы, то ли коротко подстрижены, чтобы не застилать в воде зрение, то ли просто длиннее не растут, но при этом более изящное телосложение, да и общая женственность линий не позволяла спутать её с представителями сильного пола. Звуки наступали и отступали, голова продолжала кружиться и я тихонько стекла на полузатопленный пол, чтобы не грохнуться на него со всего маха, если уж потеряю сознание. А потом и в наглую привалилась здоровым плечом к оказавшемуся рядом наяде. Нет у меня больше ни сил, ни желания, беспокоиться о том, как будут восприняты те или иные мои поступки.

Меня всё-таки отпустили. Меня не просто отпустили, но проводили до самого берега, где на небольшом утёсе стоял дом моих друзей. И не как в прошлый раз, при входе в поселение, грубо за ногу, а позволили прокатиться, держась за спину и плечи одной из наяд. Не знаю, как бы иначе я выплыла, потому что сил осталось катастрофически мало: наполненный беготнёй день, падение в городской канал, да ещё и эти миленькие посиделки с наядами и русалками. Любой вымотается. Так что поднималась я к дому в предрассветных сумерках медленно и осторожно и размышляла, что даже такой маленький, всего-то в три этажа домик, стоящий на небольшом возвышении, в отсутствие других строений смотрится настоящей башней. Высокой-превысокой.

Глава 18

У дверей дома я буквально рухнула. У закрытых дверей, надо добавить. Я уже и раньше замечала, что искин, управляющий этим домом меня ни во что не ставит, вот и сейчас без прямого хозяйского приказа дверей не открыл. А, кстати, хозяева-то где? Я чуть не обиделась — тут, понимаешь ли, едва приползаешь, пережив неизвестно какие приключения, а тебя никто не встречает. Попробовать позвонить? Я развернула диалоговое окно на напульснике и обомлела. Мама-дорогая, это столько у меня пропущенных вызовов за последние шесть часов образовалось! А я об этом ни сном, ни духом. Загрузить, что ли в напульсник бета-версию Домового, как он и просил, чтобы впредь подобного не случалось? Это же надо, более сотни вызовов от двадцати с лишним адресатов! Видно меня потеряли окончательно. Нет, я прекрасно понимала, что искать меня начали прямо сразу, Сааша-Ши наверняка немедленно поднял тревогу, просто старалась не концентрироваться ещё и на этой проблеме, с которой всё равно ничего не могла поделать. Дрожащими пальцами выбрала в списке контактов Мика, дождалась пока пройдёт соединение, но не успела сказать ни слова:

— Где ты⁈ — вопль прозвучал оглушительно, даже не смотря на то, что доносился не из утерянной где-то во время странствий гарнитуры, а прямо из динамиков напульсника.

— Сижу на пороге дома.

— Никуда оттуда не уходи! — донеслось паническое. Я вздрогнула всем своим побитым организмом и подумала, что уж конечно, в ближайшее время точно никуда отсюда не двинусь. Однако оттуда же донеслось уже другим голосом (чьим я не смогла разобрать) приглушённое:

— Что за ерунду ты городишь? Пусть в дом заходит.

И сразу же, как по команде (хотя почему, собственно «как» — по команде и было) дверь за моей спиной распахнулась и приятный голос искина произнёс:

— Добро пожаловать в дом.

— Не отключайся! — это опять Мика.

— Не буду, — поспешила я уверить его и поинтересовалась: — А вы скоро?

— Пять минут. Мы уже на подлёте.

А раз до встречи всего пять минут, то не имеет смысла тащиться переодеваться, а лучше прямо сейчас усесться вот в это мягкое