По эту сторону. Дом с секретом и его притяжение. Часть вторая - Ольга Станиславовна Назарова

Открытое окно всегда интригует, а уж окно, распахнутое там, куда очень хотелось попасть, для сорок вообще необоримо притягательно! Вот и притянуло оно этих сорок так, словно их внутрь пылесосом втянуло!

Три чёрно-белые птицы влетели в комнату, закружились по ней, недоумевающе перекрикиваясь – пустое помещение их смутило. Впрочем, стук оконных створок, захлопнувшихся за ними, смутил гораздо больше – закрытых помещений сороки не любили…

Первая птица, сделав круг у окна, упала на пол и подскочила с него молодым черноволосым парнем. Парень кинулся к окну и начал дёргать ручку.

– Не получается! – крикнул он братьям, которые тоже приняли людской облик и заторопились помогать.

– А вот не надо окошко выламывать! – голос сзади заставил их подпрыгнуть и развернуться к говорящему. – Сила есть, а ума так и не нашли? Бывает, бывает… правда, как правило, заканчивается не так уж хорошо…

Соколовский, которого только что тут не было, стоял у стены, небрежно прислонившись к ней плечом, и с явной насмешкой рассматривал незваных гостей.

– Сокол! – обрадовались все трое. – А мы как раз к тебе!

– Да-вы-что… И кто бы мог подумать! А я так надеялся, что вас просто ветром занесло!

– Нее, мы точно к тебе! Мы ж поговорить хотим!

– Так я с вами уже поговорил, и даже сказал, чтобы вы ко мне близко не подлетали!

– Нет! Ты сказал, чтобы мы к твоей квартире не подлетали, а это не квартира! – с полнейшей убеждённостью заверили его братья. – А про гостиницу ты точно ничегошеньки не говорил! Мы специально запомнили!

Соколовский, припомнив свои слова, был вынужден признать, что таки да… про гостиницу он не говорил! Равно как и про съёмочные площадки, автомобили, рестораны, клубы, кафе и прочие места, где его можно встретить.

– Н-да… а я вас недооценил! – процедил он.

– Так не ты один! Нас вообще почти все недооценивают! – радостно заверили его сороки.

– Ну вы и… сорокопуты!

– Нее, сорокопуты – это другие птицы! – с полнейшей серьёзностью сказал ему старший из братьев.

– Я в курсе, – мрачно отозвался Соколовский. – Но про ваше предложение уже всё сказал!

– Так ты же не дослушал! – вразумил собеседника средний братец.

– Нас почти все недослушивают, – добавил младший, чтобы тоже поучаствовать в разговоре.

– Как я понимаю этих «всех»! – признался Сокол. – Понимаю и поддерживаю! Раз уж я забыл вам запретить появляться в доме, наказывать на первый раз не буду. НО… Чтоб я вас больше не видел у себя в квартире, около неё, в гостинице и около неё, в…

– Неее, раз уж мы сюда влетели, то дай нам договорить! Мы же не просто так! Мы же на этот раз не просили у тебя денег!

– Дааа? – искренне удивился Филипп Иванович.

– Чесслово! И золота тоже!

– Невероятно! – чужая безграничная наглость, помноженная на настырность и исключительную простоту, его как-то даже восхитила.

– Да, мы такие! – с гордостью признались братья. – Мы невероятные! И мы хотим, чтобы ты нас продюсировал!

– ЧТО? – изумить Сокола дорогого стоило…

Он даже передумал выкидывать их прямым лётом из окна второго этажа – в людском, разумеется, виде, а ведь только что собирался так и поступить!

– Мы решили петь! – торжественно заявили ему братья.

– Ужасно! – Филипп взялся за виски.

– Нет! Классно! Нам очень понравилось!

– Да кто бы сомневался! Остаётся только узнать, пережили ли это ваши слушатели?

– Всем понравилось! – заверили его сороки.

– Да-да, мама ваша была очень рада…

– Нет! В смысле, мама, конечно, тоже очень рада, но и не только она! Мы даже людям пели!

– И остались битыми?

– Нет! Нам ДАЖЕ деньги заплатили!