"Фантастика 2026-98". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Волковский

— В предсказании лишь две строчки имеют для тебя негативный оттенок. Это…, - я вытащила из рукава листочек с аккуратно выписанным на нем текстом (да-да, я готовилась) и процитировала: — С ней встречи миг лишит тебя покоя, на муки и терзания обречет. Все остальное лично тебя не касается.

— А кого касается? — Кощей тоже умел быть дотошным.

— Касается изменяющейся ситуации вокруг тебя, твоего отношения к происходящему. Самое главное — в пророчестве ничего не говорится о способах твоего умерщвления, месте погребения, похоронах и поминках, — как можно равнодушнее вещала я.

— Способах умерщвления, говоришь? Занятно, занятно! — на безжизненном лице злыдня не дрогнула ни одна мышца, но его глаза смеялись.

СМЕЯЛИСЬ! У меня бред! Заколдовали! Я лихорадочно достала из кармана заветный русалочий флакончик, капнула из него в бокал с водой зельица и махом выпила все содержимое, зажмурилась и стала ждать последствий.

— Мария! — услышала я чуть обеспокоенный голос Кощея.

Ну вот, теперь к визуальным галлюцинациям присоединились и слуховые!

— Не налегайте на зелье! Передозировка — вещь неприятная, — проинформировал меня Бессмертный.

— Хвост вырастет или чешуей покроюсь? — поинтересовалась я, приоткрыв один глаз.

— Стервозность увеличится! — ответил шуткой бледненький.

— Тогда не страшно, она у меня и так на максимальном показателе, в потолок упирается, — отмахнулась я от шутки.

Присмотрелась к оппоненту: серьезен, холоден, безразличен. Красавчик! Таким он мне больше нравится! Кощей некоторое время сидел молча, я не вмешивалась в его мыслительный процесс, вновь занялась питанием детей.

— Знаешь, Мария, возможно, ты и права: о прямой угрозе в предсказании не говорится, — задумчиво произнес злыдень.

Внутри у меня все возликовало. Да-да-да, дорогой ты мой! И всего-то сорок минут реверансы разводил!

— Но общий посыл текста вызывает у меня некоторую обеспокоенность, — холодно проговорил дохлик.

В переводе на великий и могучий: «Иди ты, Маша, в баню со своими дилетантскими рассуждениями. Правительство выбрало курс, ему и будем следовать, а чтобы его изменить, у тебя, красавица, аргументы слабоваты!» Что ж, зайдем с другой стороны.

— А как твои специалисты интерпретировали строчку «И крохотный росточек прорастет»? — пошла я ва-банк, неотрывно смотря на бледненького.

По его лицу пробежала тень. Или мне это показалось?

— Согласен, это место вызывает у самых сведущих моих прорицательниц противоречия в толковании предсказания, — Кощей впился в меня ледяным взглядом.

— А ты не хотел бы допустить, что «крохотный росточек» — это что-то хорошее. А если род бабы Яги пресечется, то этого хорошего уже не случится? — серьезно спросила я.

Только бы не сорвалось! Только бы не сорвалось! — молила я про себя.

Бессмертный не сводил с меня глаз и молчал. Это продолжалось довольно долго. Я решила не мешать злыдню думать и снова занялась детьми. Те уже давно поели и покинули стол, предпочитая ходить, бегать, лазать и создавать хаос. После похищения я пересмотрела свои взгляды на воспитание своего ребенка. Вот он живой, здоровый, радостный бегает рядом, что-то роняет, над чем-то смеется. Какое счастье!

— Мария, а по-твоему, что именно говорит пророчество о моем счастье? — нарушил мои невеселые мысли дохлик.

Его вопрос был со скрытым подвохом. Так я и поверила, что сам Кощей Бессмертный — самый страшный и ужасный будет со мной о чем-то советоваться. Не по статусу мне!

— Мне кажется, что слова пророчества можно понять как послание о твоей встрече с суженой и вашем будущем семейном счастье, — как можно доброжелательней вещала я.

У Кощея полезли вверх брови, а потом он банально расхохотался над моими словами.

— И кем является моя суженая, которую ты разглядела в пророчестве? — веселился бледненький.

Ну вот, мы и подобрались к самой волнующей теме, главное, чтобы поклевка не сорвалась.

— Если судить по словам, описывающим «деву», то существует большая вероятность, что это будущая младшая дочь царевича Елисея, — демонстрируя листочек с текстом, продолжала я втирать свою версию пророчества дохлику.

— То есть ты считаешь, что она не убить меня должна, а замуж за меня выйти? — провоцировал меня на рисковый ответ Бессмертный.

Решайся, Маша, а не дрожи, как осиновый лист. В конце концов, попытка — не пытка.

— Да, — выдохнула я.

Кощей хмыкнул и вновь покинул меня, уйдя в свои мысли, дети бегали по залу, сея разрушения.

— Ты считаешь, что нужно рискнуть и дать шанс Елисею стать отцом?! — чуть улыбаясь, свысока пошутил дохлик.

— Я считаю, что ТЕБЕ нужно дать шанс стать отцом? — серьезно, неотрывно глядя в его холодные, прозрачные глаза, ответила я.

Улыбка тут же сползла с лица Кощея. Ну, все, Маша, доигралась! Сейчас тебя убивать будут! Убивать не стали:

— Может, и права ты, Мария, — задумчиво сказал Бессмертный. — Убить-то я всегда его успею.

Бедный Елисей, в этой фразе ценность его жизни упала до уровня червяка.

— В связи с новой трактовкой предсказания, сними, пожалуйста, с него проклятие твоих иголочек, — у меня внутри аж все задрожало от надежды скорой возможности попадания домой.

Все бы так удачно получилось: уговор со старушками был — расколдовать Елисея, а если Кощей мне его преобразует, то можно расследование не заканчивать, вместо этого прижать старых перечниц к стенке и взыскивать должок. Мол, позвоночник оговоренного объекта выпрямился, глазоньки сошлись в районе переносицы, гнусавость пропала, тогда вертай нас домой! Поджилки тряслись, ладошки взмокли, сердце малой пташкой рвалось из груди.

— Мария, конечно, я бы мог хоть сейчас расколдовать младшего царевича, — в морозном спокойствии развеял все мои надежды дохлик. — Но ты забыла тему нашего вчерашнего с тобой разговора, — я навострила ушки. — Скука — это самая большая беда в моей жизни, — обрыдаться, как мне тебя жалко! — А поиск виновного в злоключениях Елисея в твоем исполнении и в сопровождении яркой команды впечатляющих личностей обещает изничтожить мою проблему.

Другими словами, развлекай меня, Мария, пока не надоешь. Нужно хотя бы поторговаться, у меня нет ни желания, ни сил, ни времени быть аниматором у этого ходячего трупа.

— А что произойдет в том случае, если мы найдем злодея? — выспрашивала я.

— А что бы ты хотела, Мария? — в его исполнении мое имя приобретало рычащие нотки и звучало угрожающе. — Получишь все, что захочешь, только не торопись сейчас говорить свое желание, вдруг оно у тебя со временем изменится? Потом жалеть будешь!

И говорил он это так игриво, будто с двойным смыслом. Все ясно, угрожать опять будут и сыном шантажировать. Знаем, плавали.

После осознания услышанного, моя игривость с меня тут же слетела. К горлу подступил страх, плечи опустились, в носу защипало, к глазам