Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

Наполеон же занимался, причём подделывая как раз наши рубли, – и ничего. Его до сих пор считают великим человеком, – хмыкнул бывший майор. – Он чуть ли не всю войну против нас с помощью фальшивых рублёвых ассигнаций профинансировал. Канкрин же тебе докладывал, что до сих пор его фальшивки по стране ходят. Или я что-то путаю?

– Нет, – Николай зло скрипнул зубами, – но Наполеон – узурпатор. А цивилизованные страны…

– Да то же самое творят, когда могут. Причём не только ассигнации – золотые слитки подделывают.

– Как?

– Ну-у-у… высверливают мерные слитки внутри и заливают в дырки вольфрам, – беззаботно сообщил бывший майор, вспоминая статьи в интернете о том, что вместо полноценных слитков Форт-Нокс заполнен вот такими наполовину вольфрамовыми подделками. – А поверх снова заливают золотом. По весу почти один в один, а на самом деле золото там только снаружи.

– Вольфрам?

– Металл такой, – махнул рукой Даниил. – Сейчас не слишком известен, а у нас там из него нити накаливания для электрических лампочек делают.

Николай замер, хмуря лоб, но затем вздохнул и махнул рукой.

– Вот никак не привыкну, сколько всего из всяких разных областей ты знаешь…

– Да разве ж это знание? – вздохнул бывший майор. – Я ж про этот вольфрам ничего внятного не знаю. Только название и пару вещей, где используется. Ни из чего и как его добывать, ни температуру плавления и как её достигнуть, ни приёмов и методов его обработки… а они, точно тебе скажу, очень непростые. Недаром вольфрам ещё и в сердечниках подкалиберных снарядов использовался.

– В чем? Каких снарядов? – недоумённо взглянул на него молодой император. Но Даниил в ответ лишь вздохнул и махнул рукой:

– Проехали…

Они несколько мгновений помолчали, после чего Николай вновь заговорил:

– Ладно, допустим, но зачем непременно делать эти твои «ямбы»? Можно же расплачиваться золотом.

– Ага-ага… и как долго ты после этого сохранишь контроль над золотоносными районами? Или ты думаешь, что англичане будут просто смотреть на это?

– Ну у тебя же смотрели, насколько я понял?

– Так это случилось лет на двадцать пять позже. И к тому моменту население США составило, наверное, миллионов двадцать с лишним. Да и в самой Калифорнии жили уже несколько десятков, а то и сотня тысяч человек. Так что эскадра кораблей с парой-тройкой полков там уже ничего сделать не смогли бы. А сейчас как, смогут?

– Мы тоже отправляем эскадру кораблей, – огрызнулся Николай, но под насмешливым взглядом бывшего майора отвернулся.

– Вот и я о чём, – вздохнул Даниил. – Так что чем позже эти ребята узнают, что там есть золото, тем лучше. А производство «ямбов» позволит выиграть время. Кто его знает, откуда они у нас – клад нашли, например, или какой поставщик расплатился… Хотя, конечно, все эти отговорки вилами на воде писаны – но всё равно, пока разберутся, проверят все версии, посрутся между собой, потому что одни будут думать одно, другие – другое, и каждый будет проталкивать своё ви́дение, выставляя оппонентов дураками, – глядишь, пару-тройку лет и выиграем. А там успеем и продуктами запастись, и порохом, и береговые батареи в ключевых местах построить, и пяток фортов заложить, и союзников отыскать.

– Союзников?

– Ну да.

Николай задумался, потом неуверенно произнёс:

– Испанцев, что ли? Так они против англичан точно не пойдут. Да и в тех местах их там, насколько я знаю, – раз-два и обчёлся. Тихоокеанское побережье же – самая глушь!

– Может и испанцев… или, скорее уж, мексиканцев, но я не про них. Там вокруг масса индейских племён живёт. Вот с ними и надо законтачить – договор заключить, прикормить, церкви построить, девушек местных в жёны взять… у нас-то туда более шести тысяч человек поплывёт, а баб из них – меньше тысячи… – Николай по совету бывшего майора разрешил отправляемым «в ссылку» солдатам, унтерам и офицерам взять с собой семьи, в том числе и те, которые остались в их деревнях, из которых они были забриты в рекруты. Так что из этой тысячи собственно баб было меньше пяти сотен, остальные – сопливые девчонки разных возрастов. – Вот для остальных мы индейских девок и наберём.

– Да зачем они нужны-то? – раздражённо произнёс Николай. – Они ж дикари!

– А что, у девок дикарских там всё как-то по другому устроено? – вытаращил глаза Даниил.

– Да я не об этом… вот ведь ты охальник! Я о том, зачем нам нужны такие союзники? Какой от них толк?

– Ну, англичане от своих сипайских частей много толка имеют. Да и мы калмыков вполне себе в войне использовали. Они ведь тоже, прямо скажем, не шибко цивилизованные… Ну и как разведчики, и иррегулярная пехота – индейцы вполне годны. Так что даже против регулярных частей европейских армий они вполне эффективны. Просто не в правильном бою, а в засадах, ночных налётах и всём таком прочем.

Николай скривился, показывая, как он относится к подобным «неблагородным» приёмам и способам ведения войны. Но промолчал.

– К тому же не думаю, – продолжил Даниил, – что там будет много регулярной армии, а вот бандитов, которые начнут промышлять налётами на прииски и неорганизованных старателей, будет много. А против них индейские отряды будут очень эффективны. Они ж там все поголовно – охотники и следопыты…

– Ладно, я понял… с этими твоими «ямбами» согласен, – вздохнул Николай. – Но почему ты так уверен, что никто, кроме тебя, с этим не справится?

– Ну, например, потому, что одними «ямбами» точно не обойтись! Скотину и птицу с Китая не повезёшь, а индейцы её не разводят. Они собак едят… – Данька заметил, как молодого императора передёрнуло от брезгливости, и мстительно ухмыльнулся. – То есть их нужно будет где-то покупать. И не за «ямбы». А за что-то вроде этого, – и он ловким щелчком подбросил вверх золотой соверен. – Или этого, – вслед за совереном над его ладонью взлетел наполеондор.

– Что-о-о – подделывать европейскую валюту?! Да как ты смеешь даже предлагать такое?!

– Да в чём разница-то, – усмехнулся Даниил. – Золото и золото. Где подделка-то? Тем более что расплачиваться мы всем этим будем на другом континенте. И если слухи и дойдут, то совсем смутные и очень и очень не скоро…

Короче, в этот вечер они с Николаем поругались. Николай ни в какую не хотел его отпускать, а Даниил очень хотел сбежать из Санкт-Петербурга. Настолько, что готов был бросить и завод, и свои любимые железные дороги, и все будущие успехи российского образования. Уж слишком сильно его напугал прошедший бал и всё, что началось после него… Слава богу, четвёртого мая пришло известие о кончине Александры Фёдоровны, жены покойного Александра