Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

«Раньше она была в стеснённых обстоятельствах, а сейчас у неё есть средства на обновки. Но у меня тоже эта версия вызывает сомнения. Поэтому второе. Мужское внимание».

Лирка судорожно дёрнула под столом ногой, въехала в столешницу коленом и глухо застонала.

«Его и на заставе было навалом», — отверг и эту идею Иррес.

«На заставе на неё смотрели… прости за сравнение… как на кусок мяса, которым можно насытиться. Не то внимание, которое вдохновляет на изменения. А здесь мужчины на неё смотрят как на нечто, заслуживающее восхищения и прекрасных слов. Хайнес, волки из Вотых… вспомни, как вчера господин Леахаш рассыпался в комплиментах».

Иррес вспомнил. Словами, которые воспитанный и очень благородный оборотень ничуть не заслужил.

«Ну и этот Орлид в конце концов. Внимание вынуждает Лиркаю больше чувствовать себя женщиной. И пробуждает интерес: а какой бы была я, если бы носила такое платье? Господину Викану понравился мой запах леса. Станет ли он лучше с ароматом цветов? Хайнес часто глядит на мои губы. Если я трону их краской, сможет ли он отозвать взгляд?»

— Я так никогда не думала! — возмутилась Лирка.

Но, видимо, теперь будет думать!

«И чего такой знаток женщин один куковал?» — Ирресу не стоило спрашивать подобное. Знает же, что больное место.

«Этого недостаточно для крепких отношений», — с лёгкой грустью отозвался бывший хайрен.

«Эй, Лирка, я совсем не против платья, — поспешил замять тему дух. — С удовольствием посмотрю на твои ножки в чулочках».

Чего он там ещё не видел? Лирка раздражённо отшвырнула проверенное письмо на поднос и потянулась к следующему. Сейчас мысль, что подселенец видел всё её тело, смущала её лишь самую чуточку, исключительно из-за господина Наэша. Но в первый год совместной жизни дух превратил её жизнь в кошмар. Бывший хайрен вёл себя очень тактично и пытался увещевать Ирреса, а в особо деликатные моменты прятался в подсознании, чтобы не смущать девушку своим присутствием. После совместно пережитых беременности и родов Лирка и дух пришли к шаткому миру, и Иррес стал с бо̀льшим уважением относиться к её границам. По крайней мере, когда она ходила купаться или в уборную, он предпочитал прятаться. Да и переодеваться давал спокойно. Хотя сколько неловких моментов Лирке пришлось из-за него пережить… Ноги в чулочках уже не смутят. Благодаря поганцу Ирресу на заставе о ней такие слухи ходили…

Дверь резко, без стука распахнулась, и Лирка мгновенно положила руку на рукоять кинжала. Но на пороге замер хайнес. Вот кого не хотелось бы видеть с утра пораньше, но, видимо, Сильнейшему требовалось убедиться, что с «прекрасной самочкой» всё в порядке.

— Доброе утро, господин, — Лирка встала и поклонилась.

— Дай-то боги… — рассеянно отозвался оборотень, осматриваясь. — Так, проверишь письма позже, сейчас всё равно не до них. Собирайся, поедешь со мной.

Женщина проглотила «Зачем?» и шагнула из-за стола. Но притормозила, потому что сам хайнес не спешил уходить с её пути. Нахмурившись, он протянул руку к розовому конверту.

— Я его не проверяла! — спохватилась Лирка.

— А зачем тогда положила сюда? — удивился Риш.

— Оно… приятно пахло, — смутилась женщина. — А господин Саврий всё равно обычно велит их уничтожать.

— Вот как, — мужчина словно бы не дослушал её, вчитываясь в имя отправительницы. — Зачем письмо, если сама приехала… — тихо пробормотал себе под нос.

Помял послание, нащупал какое-то уплотнение.

— А ну-ка проверь.

Лирка поймала переброшенное ей письмо, повертела в руках и положила на стол. Проверила на заклинания.

— Заклятий нет.

— А содержимое? — допытывался оборотень.

— Надо вскрывать и смотреть, — пожала плечами женщина.

Риш в сомнениях пожевал губами.

— Как обычно уничтожаешь?

— Сжигаю.

— Отлично. Тогда сжигай, и я жду тебя у кабинета. Поторапливайся!

Развернувшись на каблуках, хайнес покинул кабинетик.

«Нам теперь из-за этой скляды весь день носа не высовывать?» — недовольно протянул Иррес.

«Потерпишь, — осадил его господин Наэш. — Лиркая, уточни, когда тебе будут положены выходные. Всё ж обещал Сильнейший».

Лирка тяжело вздохнула и подпалила конверт. Вот как чувствовала, что день будет дрянь. Бросив уголочек сгоревшего письма на поднос, женщина чихнула и покинула пропахший дымом кабинет. В солнечном свете остались кружиться пепел и серебристая, с голубым отливом пыль.

Ничего объяснять хайнес не стал. Из кабинета с бюваром под мышкой вышел господин Саврий, обменялся с Лиркой приветствиями, и они втроём направились к лестнице.

— Боюсь, успеха мы не добьёмся, — поделился своими соображениями помощник.

Лирка не собиралась подслушивать, просто шла слишком близко. Попыталась отстать, но тут же схлопотала строгий оклик от хайнеса.

— Не отставай, — и уже Саврию: — Долго увиливать он не сможет.

На лестнице возникла небольшая заминка.

— О, какая приятная встреча.

У Лирки появились сомнения в искренности хайнеса. Слишком безупречно радостно он выдал фразу.

— Не ожидал вас увидеть.

Или же не хотел.

— Я бы тоже не хотела видеть тебя так рано, — недовольно протянул женский голос, и магичка с некоторым затруднением узнала хайрени Лийришу.

Широкие спины мужчин закрывали обзор, и Лирка слегка отступила в сторону. Ей тут же открылся вид на немного раздражённую госпожу Лийришу, которая посматривала на пасынка каким-то странным многозначительным взглядом и поглаживала живот.

— Доброго утра, Сильнейший. Я вчера узнала, что хайрени сама вяжет вещи для ребёнка, и поспешила привезти ей нежнейшую шерсть…

Больше Лирка ничего не слышала. Нежный мелодичный голосок ворвался в её уши подобно шторму. Дыхание спёрло, а сердце пустилось вскачь как бешеное. Кровь ударила в голову. Она судорожно вдохнула и ощутила прекраснейший цветочный аромат. Самый сладкий, самый восхитительный во всём мире. Сглотнув набежавшую слюну, Лирка сделала ещё один шаг в сторону и замерла в восхищении.

Рядом с госпожой Лийришей стояла та самая рыжеватая девушка, которую Лирка видела у ворот. Боги, почему она только сейчас поняла, насколько та восхитительна? Нежный овал лица, трогательно-розовые губы, по-кошачьи диковатые зелёные глаза… Лирка скользила восхищённым взглядом по тонкой шее, изящной фигуре, облачённой в летящее платье светло-зелёного шёлка, по длинным хрупким пальчикам…

— Ваша забота делает вам честь, госпожа Лизея, — Узээриш спустился ниже и приник поцелуем к ладошке девушки.

От него не ускользнул её выжидательный взгляд, но он быстро перевёл внимание на мачеху. Похоже, в письме всё же что-то было.

— Как сегодня твоё самочувствие? — никого не стесняясь, Риш погладил